Салыуй - Дмитрий Александров

— Иван Иванович, если не ошибаюсь? — произнёс он.

— Ну я.

— Меня зовут Фёдор Усладников. Я командую геологической экспедицией. Вот, держите!

— Что это? — спросил Старорук, бросив короткий взгляд на бумагу, которую ему протягивал сухощавый человек с орлиным носом.

— Прочтите. Здесь все инструкции.

Старорук, хмуро смотря в глаза неожиданному гостю, взял бумагу. Тон учёного был лишён какой бы то ни было заносчивости и высокомерия, но он говорил с той вежливостью, к которой Старорук не привык и которую инстинктивно ощущал именно так: формой высокомерия.

— Так, — начал всё же читать он вслух, — «…разместить, оказать содействие… Шарза».

Некоторое время Старорук всматривался в буквы, затем поднял глаза:

— Шарза. Вот зараза!

Глава 2. Разведочная партия

— Я не могу вас разместить. Попроситесь в санаторий или в пионерлагерь, на завод — куда угодно.

— Но нам надо быть здесь! — из-за спины главы экспедиции показалась светлая голова стажера.

— Напротив: вам здесь быть не надо, — ответил Старорук. Понимая, что потребуются доводы, он сразу продолжил: — Станция пострадала от урагана. Произошёл пожар. Кроме того, вода непригодна для питья.

— Об этом нам известно, — мягко произнёс Усладников, как видно, старающийся в меру своих сил найти подход к несговорчивому начальнику станции. — Мы уже договорились на счёт воды. Комиссия приедет завтра. До конца года будет проведено водоснабжение из посёлка: ветка, идущая через дачный кооператив, согласована.

Поняв, что упрямствовать бесполезно, Иван махнул рукой и пошёл в «спасовку».

— А куда нам заехать? — донёсся до него чей-то вопрос.

— Куда угодно. Справа от ворот встаньте. Доски сами переложите.

Егора на станции не было. «И то ладно. Лишние объяснения», — подумал Иван, отпирая двери двух стоявших рядом домиков. Геологи производили впечатление совершенно городских, неудобных Ивану людей; они свалились на него в неудачное время и теперь требовали внимания.

Выгрузив из машины кучу ящиков, мешков, вёдра, лопаты, пару газовых баллонов, геологи отправили «буханку» с водителем в посёлок за водой.

— Под днищем устроен бак для технической воды. Питьевую возим в канистрах, это ещё 60 литров, — пояснил Усладников. Он поручил Голавлёву обойти вместе с Иваном станцию и записать в блокнот все замечания, предупреждения и так далее.

— Вы прямо указывайте: это не трогать, здесь не ходить, с этим помочь. Вы здесь начальник, так что… — торопливо говорил стажер, следуя за широкой фигурой.

— Начальник, — усмехнулся Иван. Настороженность и раздражение в нём как-то внезапно утихли: «Пускай себе занимаются. Геологи уедут — водопровод останется. Может, ещё что под это дело получим — нечего зря душу грызть».

— Вон, видишь? — Иван махнул рукой в сторону пепелища. — Одни угли остались.

— Я как раз угли изучаю! Правда каменные…

— Погоди, не перебивай. Я хочу вот что донести: вы, ребята, с газом осторожнее. И электрикой. Усёк?

Юноша торопливо зашуршал карандашом по бумаге.

Минут за двадцать Иван подробно рассказал о быте на станции, о Чаваче, озере. О Егоре он не упомянул, хотя понять, что в дальнем домике кто-то постоянно проживает, было не так трудно. День их первой встречи снова всплыл в голове бывшего водолаза: что если геологи приехали на Пайтым за золотом? «Правильно было бы сначала Егора предупредить, — думал Старорук. — Сболтнёт по наивности — что тогда будет? Да где ж его искать…»

Егор пришёл под вечер. Иван угадал его появление по поведению Чавача: тот стал прислушиваться, направляя уши в сторону дальней калитки. Иван погладил пса, встал и пошёл к забору.

С Егором была Настя.

«Этого ещё не хватало!» — чертыхнулся про себя Иван.

— Ну ты нашёл, когда её привести, — сказал он, показывая Егору вернуться к калитке. — Давайте не сегодня, а, молодёжь?

— Дядя Иван, я только хотел озеро показать. На лодке.

— Егор! Слушай, ко мне тут приехали… — начал было Иван. Затем он взглянул на девушку, стоявшую за спиной Егора: поза её была похожа на позу школьницы, чем-то провинившейся перед учителем. По всему выходило, что учитель этот — Старорук. Иван мотнул головой:

— Не сегодня. Отведёшь домой? Поздно уже, — смягчившимся голосом добавил он, чувствуя уже свою какую-то вину. Егор кивнул; калитка, скрипнув, закрылась. «Что ж они скрипят? Новые же», — Иван глянул строго на петли, повернулся и пошёл к освещённому тёплым электрическим светом домику, в котором собрались на ужин геологи: надо было поговорить.

На плитке закипал чайник, в алюминиевых мисках лежала уже картошка с сосисками — по паре на человека — Колесник сыпал на неё укроп из баночки с надписью «Витамин С». Спортивное телосложение тридцатидвухлетнего учёного, умело зачёсанные назад тёмные волосы, майка с номером на спине не вязались с его профессией. Впрочем, Иван видел геологов впервые.

Усладников пригласил начальника станции к общему столу, и тот, не долго размышляя, согласился.

Старорук рассказал, что в дальнем домике живёт у него паренёк, робкий и совсем не городской, помогает по хозяйству — все приняли это как должное, вопросов никто задавать не стал. По атмосфере за столом быстро стало понятно, что людей этих волновало только одно: цель экспедиции, научный поиск. Всё прочее было для них фоном, окружением, с которым надо взаимодействовать в таком ключе, чтобы оно не мешало (а желательно, помогало) их работе.

— Мы ищем отложения позднего эдиакария, — пояснял, наколов на вилку сосиску, Усладников. — Эдиакарий, или Венд (в нашей школе чаще используется Венд) — это последний геологический период докембрия, примерно с шестисот тридцати пяти и до пятисот тридцати восьми миллионов лет назад.

— Миллионов? Значит, будете бурить? — спросил Старорук, в представлении которого такие древности должны были располагаться где-то глубоко под землёй.

— Нет-нет, зачем же? Вы можете найти эдиакарские породы прямо здесь, по берегам озера, особенно в стороне реки.

— А для чего они нужны? Что в них ценного?

— Ценно всё! Ну а мы ищем следы животных той эпохи.

— Вы же сказали, что вы геологи. При чём здесь животные?

— А что, по вашему мнению, изучают геологи? Летопись Земли неразрывно связана с жизнью. Жизнь влияет на климат, формирует осадочные слои. Уголь, нефть, газ — это ведь жизнь! Мы лучше всех знаем, где именно искать. Следы организмов позволяют произвести датировку…

— Вообще-то с нами должен был ехать палеонтолог, — добавил Колесник, — но он заболел, так что начинаем без него.

— Я вам могу точно сказать, что возле озера ваших динозавров нет, — Старорук зачерпнул картошки. Комары вились вокруг лампы; пахло уютом; ночная свежесть пробиралась в дом, смешиваясь с нагретым людьми воздухом. Усладников удивлённо посмотрел на бывшего водолаза:

— Позвольте, но при чём здесь динозавры? Динозавры появятся только в триасе! Нет, нас интересуют вендобионты.