Там, на той стороне - Стэнли Дж. Гриммс

— Мама говорила, что ты хорошо рисуешь.

— Мама так сказала? — спросил Натан, не отрываясь от экрана.

— Конечно, она говорила, что твои рисунки замечательные и хотела бы, чтобы ты нарисовал что-нибудь и для меня.

— Ну ладно, — беспечно произнес он. Если эта мисс хочет рисунок, я его нарисую, может она повесит его у себя на стене и будет рассказывать о мальчике, который его нарисовал. А может его за это даже покажут по телику. И тогда папа будет им гордиться.

— Она протянула тетрадь и карандаши.

— И что мне для вас нарисовать?

— Все что угодно, просто не задумывайся о том, что рисуешь и води по листку так, как тебе вздумается.

—Ладно, — ответил Натан.

Изредка поглядывая в экран, он принялся водить по листку как сказала эта мисс,

«не задумываясь ни о чем».

Натан решил, что черный карандаш самый подходящий для таких дел. Его хорошо видно на бумаге, да и он привык обходиться исключительно им. Но для верности, чтобы не обидеть милую девушку он все же взял еще красный и зеленый.

Мисс Грейсон не отвлекала его, кажется у нее были и свои дела. Она записывала что-то в точно такую же тетрадь, как и у него. Ей тоже нравятся черные карандаши? Он почему-то улыбнулся при это. Может это была та шутка, которую он не поймет, пока не станет взрослым, но все же улыбнулся.

Когда он закончил, то убрал их обратно в коробку. Мисс Грейсон похоже и вправду так не терпелось увидеть рисунок. Теперь он уж очень хотел, чтобы ей понравилось, ведь он приложил все усилия, чтобы линии были четкими и старался не выступать за края.

— Если захотите, я могу нарисовать еще, а потом отослать по почте, какой у вас адрес?

— Я родом из Колумбуса, но ты можешь записать этот адрес. Или хочешь, чтобы это сделала я?

— Я совсем недавно научился нормально писать, — признался он и подал тетрадь.

Натан принялся внимательно разглядывать ее лицо, пытаясь определить по нему свой вердикт раньше, чем она что-то скажет.

Роуз Грейсон немного нахмурилась, это его испугало, а затем внимательно разглядывая все детали, крутила тетрадь в разные стороны.

Он не понимал, что она делает, так как всего лишь нарисовал собственную комнату, да так, что даже поезд выглядел точно таким же.

— Ты нарисовал все вещи в своей комнате так, как оставил их перед самым отъездом?

— Я старался, — произнес Натан.

— И у тебя отлично получилось, я считаю для мальчика семи лет…

— Мне почти восемь, — гордо заявил Натан.

Мисс Грейсон рассмеялась.

— Хорошо, для мальчика которому почти восемь, ты рисуешь на все двенадцать.

— Вы правда так думаете? — спросил Натан.

— Ну конечно, — ответила она. — А скажи Натан, кто это выглядывает из дверцы?

Ему стало любопытно и он, пройдя по ковру как по траве, взобрался на высокий стул рядом с Роуз Грейсон.

— Я не рисовал ничего такого, — ответил он, как только увидел рисунок. — Может быть, это сделали вы?

— Ну уж нет, Натан! Я привыкла играть по правилам. Если мяч летит отбивающему, он должен сам по нему ударить.

— Это вы про бейсбол, — радостно произнес Натан.

— А то! Главная фанатка Бостон Ред Сокс с шестьдесят пятого! — проговорила весело Мисс Грейсон, указывая на себя пальцем.

— Но я и правда не помню, как это нарисовал, — произнес Натан и еще раз взглянул в тетрадь вместе с Роуз Грейсон.

Это был детский рисунок, во всех его проявлениях, но все же одна деталь никак не ускользала, заставляя снова и снова останавливаться на ней, внимательно изучая. За закрытыми дверьми гардеробной, через темные просветы узких щелок, выглядывало что-то очень далекое и напоминающее лишь вскользь человеческую фигуру, нечеткие фрагменты ее контуров, что были видны, создавали образ призрака, ускользающего в тьму и только по глазам, которые Натан так живо изобразил, можно решить, что в этом нечто, все же есть что-то схожее с человеком.

Натан не хотел больше на него смотреть, это опять напомнило ему о том дне, когда он… впрочем ему хватит об этом вспоминать.

— Если у вас есть ластик, я мог бы это стереть, — сказал Натан. — У вас есть ластик?

Мисс Грейсон запротестовала:

— Ни в коем случае! Ты не против если я оставлю его у себя?

—Без проблем, мисс, — ответил Натан и довольно улыбнулся.

Все-таки ему уже почти восемь.

Его попросили выйти из кабинета и подождать за дверью, пока они, как сказала мама, посекретничают.

Натан стал слоняться из угла в угол, стараясь не отходить от кабинета настолько далеко, чтобы видеть выпирающую входную ручку. Ничего примечательно он не нашел и сел на лавочку возле кабинета сто тринадцать.

Из него вышел мужчина с седой шевелюрой и сел рядом с ним.

— Что парень, тоже жена бросила? — усмехнулся тот.

— Нет, — ответил Натан. Хотя мама и не разрешала разговаривать с незнакомыми, ему это правило казалось нелепым.

— А вам тоже показывали мультфильмы?

Мужчина глянул на Натана.

—Если бы парень… ну ладно, ты давай там, держи хвост пистолетом.

И ушел.

Наконец, появилась мама. Ее прическа слегка съехала на бок, но даже сейчас ей удавалось удерживать красоту. Она держала в руке дорожную сумку, в которой лежало его сменное белье и несколько рубашек.

Натан посмотрел на мисс Роуз, как бы проверяя, а не рассказывала ли она маме про содовую? Та в ответ лишь подмигнула, а Натан подмигнул ей. Теперь это стало их собственной фишкой, как у крутых парней из фильмов.

— Натан…, — начала Мишель Кэмпбелл. — Я и мисс Грейсон решили, что тебе нужно какое-то время пожить здесь. — Она тут же продолжила быстро, наклоняясь и беря его за руки. — Ты сможешь писать мне письма и у тебя будет свой личный телевизор… и холодильник.

— А на выходных мама сможет тебя навещать, в городе есть хорошая пиццерия, — добавила Роуз Грейсон.

Натан не говорил ни слова. Держи хвост пистолетом приятель! Это, наверное, как раз про этот случай,