Марионетки - Татьяна Владимировна Корсакова

молодежи игры! – пробормотал Гальяно, а Командор вдруг побледнел.

Стэф проследил за его взглядом, устремленным на Маркушу. Только сейчас они заметили засохшую кровь на левой Маркушиной ладони.

– Это откуда?! – Командор схватил пацана за руку, развернул ладошкой кверху, так, что всем сразу стала видна резаная рана, идущая параллельно линии жизни и обрывающаяся на запястье. – Малой, тебе больно?

– Не больно. – Маркуша разглядывал рану с интересом. – Вообще не болит.

– Может, поцарапался обо что-то по пути? – предположил Гальяно. – За траву какую острую зацепился?

– Это не от травы. – Командор покачал головой. – Это резаная рана. Эй, красивая, глянь-ка острым взглядом! – Он подтолкнул Маркушу к Веронике.

Вероника наклонилась над раскрытой ладошкой Маркуши, сощурилась, разглядывая рану, потом спросила:

– Тебе точно не больно?

– Да нет же! Сколько можно говорить?! – Маркуша вырвал руку из Командоровой хватки, потер о футболку, сказал с досадой: – Только чешется очень!

– Чешется, значит заживает, – пробормотал Командор.

– До свадьбы заживет! – поддержал его Гальяно.

Маркуша ничего не ответил, лишь саркастически фыркнул. Судя по всему, от случившегося он уже полностью оправился, по сторонам смотрел с любопытством, но без страха.

– Где он взял нож? – спросил Стэф, склоняясь к самому уху Вероники.

– Не знаю, – ответила она так же шепотом. – Может марёвки принесли?

– Спички детям не игрушки, – пробормотал он рассеянно. – Раньше они обходились чем-то более традиционным.

– Что вы там шушукаетесь? – Тут же насторожился Командор. Как только Маркуша нашелся живым и невредимым, к нему вернулась вся его едкость и подозрительность. – Кто из вас нож в хате кинул без присмотра? Мозги ж надо включать!

Спорить с ним никто не стал, все понимали, что Командор просто выпускает пар. А ещё все понимали, что нужно возвращаться обратно. Болото и раньше не было идеальным местом для прогулок, но теперь оно казалось ещё опаснее и непредсказуемее, чем год назад.

Маркуша порывался идти сам, но Командор не позволил, посадил пацана себе на закорки. Так и шли – мрачной, безмолвной процессией. Вероника снова была впереди, только на сей раз обошлись без клубка. А Стэф всю дорогу до дома думал о том, что поход к болотному домику, возможно, снова откладывается. Болото морочило их, водило кругами, его моховая шкура растягивалась прямо у них под ногами, превращая обычные расстояния в почти непреодолимые. При этом и Вероника, и Гальяно были уверены, что идут правильным путем. Стэф не спорил. В какой-то момент он сменил начавшего выдыхаться и прихрамывать Командора, усадив Маркушу к себе на плечи.

– А это вы из-за меня на болото пошли? – спрашивал Маркуша время от времени. – Типа, я пропал, а вам не плевать?

– Малой, ты ж, вроде, не дурак? – Командор смотрел на него снизу вверх и хмурился. – Когда это мне было на тебя наплевать?

– Тебе – да, а им какой интерес? – Маркуша, как шашкой, размахивал над головой Стэфа подобранной хворостиной.

– А нам такой интерес, что ты наш пацан. – В какой-то момент Стэф не выдержал, выхватил хворостину из Маркушиных рук, зашвырнул в заросли болотной травы. Оттуда тут же послышалось недовольное ворчание, но существо, чей покой он потревожил, предпочло не являть себя миру.

– Как это ваш? – спросил Маркуша заинтересованно. – Это значит, вы за меня тоже отвечаете?

– В том числе, – проворчал Стэф. Маркуша хоть и весил совсем немного, но обладал повышенной вертлявостью, его приходилось не только нести, но и надежно фиксировать, чтобы не свалился. – Мы к тебе, знаешь ли, уже успели привязаться.

– Ты теперь тоже наш братан, – поддакнул Гальяно, а потом предложил: – Туча, может, давай теперь я его немного пронесу?

– А братан – это как кот? – спросил Маркуша.

– Братан – это как друг, – объяснил Стэф, на полном серьезе раздумывая над тем, чтобы пересадить мальчишку на плечи Гальяно.

– То есть, я ваш братан, потому что я ваш друг и вы за меня отвечаете?

– Да что ж такое-то?.. – простонал Стэф.

– То есть, мы тебя любим, – сказала Вероника и тоже посмотрела на Маркушу снизу вверх.

– Любите? – Пацан так стремительно свесился вниз, что Стэф едва успел ухватить его за лодыжки. – Как вы меня любите? – спросил Маркуша жарким шепотом.

– Нормально мы тебя любим, – буркнул Стэф, – но, если ты не перестанешь ерзать, я лично брошу тебя в воду. Уяснил?

– Уяснил! – сказал Маркуша радостно и с обезьяньей ловкостью отломил ветку с деревца, под которым они проходили. – Буду от тебя комаров отгонять! – пояснил он доверительным шепотом.

– Нет здесь комаров. – Стэф замолчал, прикидывая, насколько его ещё хватит. На Командора надежды не было никакой, он хромал все сильнее и сильнее, кряхтел и охал от каждого шага, а потом даже соорудил себе импровизированный посох.

Наконец, болото сжалилось и выпустило их из своих лап.

У дома их ждали Зверёныш с Братаном. Завидев Стэфа, кот с громким мяуканьем бросился к нему навстречу. Стэф осторожно опустил на землю Маркушу, подхватил на руки кота.

– Где ты был, бродяга? – спросил с облегчением в голосе.

Кот громко заурчал в ответ, запрыгнул ему на плечи, распластался, свесив вниз лапы.

– Лиса на воротник, – прокомментировал увиденное Гальяно и тут же сказал: – Не знаю, как вы, а я страшно хочу есть.

Прежде чем зайти в дом, Вероника присела перед Зверёнышем.

– Ну, ты как? – спросила, вытаскивая из рюкзака бутылку из-под вискаря, наполненную болотной водой. – Вот твое лекарство.

Она полила пса водой, пригладила шерсть, которая на несколько мгновений превратилась в чешую.

– Ничего, скоро отпустит, – сказала успокаивающе.

Зверёныш вздохнул, встал на лапы, сделал несколько неуверенных шагов в сторону болота и снова улегся на землю. Во взгляде его желтых глаз были тоска и обреченность. Стэф понимал его как никто другой. Наверное, у него самого был точно такой же взгляд.

– Ничего, – сказала Вероника бодрым голосом, – скоро все наладится. У всех наладится! – добавила многозначительно.

– Ты что-нибудь чувствуешь? – спросил Стэф шепотом.

– Кроме того, что болото волнуется?

– Почему оно, кстати, волнуется? Из-за нас?

– Пока не знаю.

– Может быть, они уже здесь?

Вот Стэф и задал мучивший его все это время вопрос. Если фон Лангер воспользовался автомобилем – а так оно скорее всего и было! – то он и Стеша уже этой ночью могли прибыть на место. Главное понять, на какое конкретно место и для чего.

– Очень может быть. – Судя по выражению лица Вероники, она тоже думала о такой вероятности. – Ты же понимаешь, что периметр болота огромен, они могли войти с любой стороны? Фон Лангер монстр, но не дурак, он не стал бы рисковать и появляться здесь. Такой твари, как он, не страшны даже торфяники. Стеше они, кстати, тоже не страшны. – Тут же добавила она, предвосхищая ещё незаданный вопрос.

Договорить они не успели, подошел Командор. Вид он имел бледный и несчастный.

– Мне бы твоего кота на пару минут. Жить не могу без котиков! – Он саркастически усмехнулся и уселся на траву рядом со Зверёнышем. – Причем, похоже, в буквальном смысле не могу.

Братан мяукнул, спрыгнул с плеч Стэфа на землю, на полусогнутых подкрался к Командору, а потом улегся поперек его вытянутой ноги. Командор со стоном облегчения закрыл глаза.

Пару секунд царило молчание, а потом он снова заговорил:

– Надо что-то делать с малым. Не нравится мне все это.

– Уезжайте, – сказал Стэф, усаживаясь рядом. – Наш договор остается в силе, деньги свои ты получишь при любом раскладе. Кто-нибудь из нас отвезет вас на вокзал.

– Мне кажется, это не имеет смысла, – сказала Вероника задумчиво.

– Что не имеет смысла? – Командор открыл глаза, уставился на Веронику. – Ты о чем, красивая?