Марионетки - Татьяна Владимировна Корсакова

Командору начал возвращаться здравый смысл, но он кивнул, а потом заговорил:

– Не понимаю, как он вышел! Я же был с ним в одной комнате! Как я не услышал? Почему не проснулся?

– Не ты один, – сказал Гальяно, ощупывая челюсть. – Мы с Тучей тоже ничего не услышали. А ты? – Он посмотрел на Веронику. Та досадливо покачала головой.

– И башка болит, – пожаловался Гальяно. – У меня одного?

– У всех, – сказала Вероника мрачно. – Стёпа, Братан тоже ушел.

Стэф уже знал, что кота нет ни дома, ни в окрестностях, но на всякий случай заглянул на печь.

– Это хорошо. – Вероника удовлетворенно кивнула.

– Что хорошего? – спросил Командор с надеждой в голосе.

– Все наши звери там, снаружи. Главное, Зверёныш там.

– И что это значит? – Командор со стоном сел и тут же потребовал: – Да развяжите вы меня. Я уже в порядке!

– Маркуша один из нас, Зверёныш это знает. А Зверёныш в болотной иерархии находится на самой вершине пищевой цепи.

– Думаешь, он присмотрит за малым? – спросил Командор, растирая запястья.

– Уверена.

Стэф подумал, что ему очень не хватает её уверенности, но спорить и переубеждать Веронику не стал, вместо этого выглянул в окно. Туман все ещё клубился над Змеиной заводью.

– Он ведь сам ушел, – сказал Гальяно растерянно. – Открыл дверь и ушел. Зачем?

– А если не сам? – Стэф отвернулся от окна, многозначительно посмотрел на Веронику.

– Марёвки? – она приподняла бровь. Похоже, такая мысль приходила и в ее голову.

– Хочешь сказать, мой малой ушел с этими тварями?! – Командор побледнел. Даже его налитые кровью глаза побелели. – Зачем?

– Успокойся! – сказала Вероника. – Марёвки не обижают маленьких детей.

– Ага, не обижают. Просто заманивают на болото в трясину. – Командор дернул вниз ворот майки, словно ему не хватало воздуха.

– И в трясину не заманивают. За мной они тоже когда-то приходили. Как видишь, я жива-здорова.

– Как мы все проспали? – спросил Стэф. – Почему не услышали?

Прежде чем ответить, Вероника посмотрела на корзины с провиантом.

– Думаешь, нас чем-то опоили? – несмотря на головную боль и распухшую физию, Гальяно соображал лучше остальных. – Куда наркоту подсыпали, Ника? В пирожки? В компотик? Вино ж мы не пили, а голова болит так, словно ночь бухали.

– Маркуша не уснул. – Стэф посмотрел на Командора. – Ты помнишь, что он не ел или не пил из того, что ели и пили мы?

– Не знаю. – Командор растерянно пожал плечами. – Вроде, все ел и все пил. А зачем нас было травить? Кому такое надо?

– Не травили нас, а нейтрализовали, – сказала Вероника задумчиво.

– Зачем? – спросил Стэф.

– Чтобы не мешали.

– Чему не мешали? Малому моему ноги сделать? – Командор застонал, потер лоб.

– Они силой детей никогда не уводят. – Вероника присела рядом с ним на корточки, заглянула в глаза. – Услышь меня, Командор! Марёвки ему ничего плохого не сделают!

– Без приглашения они войти не могли. Получается, это Маркуша их в дом не впустил, – сказал Гальяно задумчиво. – Повезло, что они нами по ходу дела не перекусили. Могли же? – Он посмотрел на Веронику.

Вероника ничего не ответила, взгляд у неё сделался отсутствующий.

– Когда за малым пойдем? – Командор встал, высунулся в окно. – Ребенок на болоте! В этом чертовом тумане! В незнакомом месте!

– Точно в незнакомом месте? – спросила Вероника.

– Ты о чем, красивая? – Командор обернулся, уперся поясницей в подоконник.

– Я о том, что мы в курсе, что Маркуша уже бывал здесь. Или лучше называть его Кирюшей?

– Не понял?.. – пробормотал Гальяно растерянно.

– Давно узнали? – спросил Командор с кривой усмешкой.

– Недавно, – сказал Стэф.

– Зря я в тебя поверил, олигарх.

– А что происходит? – Гальяно переводил растерянный взгляд с Командора на Стэфа и Веронику.

– Я тебе потом объясню, – отмахнулась Вероника.

– Учтите, я за малого любому глотку перегрызу! – Командор оскалился, демонстрируя крепкие зубы. – И если только попробуете его забрать…

– Не надо нам глотки грызть, – сказала Вероника успокаивающе. – Никто его у тебя не отберёт. Подумай сам, он очень любопытный мальчик, а детский дом от болота совсем недалеко. Он бывал здесь раньше, я уверена.

– Ну бывал, и что? – Командор, кажется, немного успокоился. – Думаешь, он мог знать этих ваших… маревок?

– Не исключаю такую возможность. Где ты его встретил?

Командор ответил не сразу, наверное, взвешивал все «за» и «против», а когда заговорил, в голосе его была решительность:

– На болоте я его встретил! – Он бросил полный обиды взгляд на Стэфа. – Да если бы не Марк, я бы сдох там. Он меня спас!

– Как это спас? – спросил ошалевший от услышанного Гальяно. – Маркуша спас тебя на болоте?

– Он как раз сбежал из этой своей образцово-показательной тюряги! Решил сразу на станцию не соваться, понимал, что на вокзале его будут искать в первую очередь. Хотел отсидеться тут, на болоте. Сказал, далеко заходить не собирался, как-то у него само собой получилось… – Командор замолчал.

– Он вытащил тебя из трясины? – спросила Вероника.

– Да. Я уже почти ушел под воду, когда Марк меня нашел.

– А как спас? – спросил Гальяно. В голосе его слышалось восхищение.

– Березку наклонил, чтобы я смог за неё ухватиться, а дальше я уже сам… выполз. Ну и потом мы с ним вдвоем двинули. И из болота, и по жизни. Не смог я его после такого бросить. Понимаете вы или нет?

Они молча кивнули. Они понимали.

– А это, я вам скажу, не котенка и не щеночка подобрать. Это человеческий детеныш! Я в них ни хрена не понимал. Мне кажется, и до сих пор не понимаю. – Командор усмехнулся. – Но как-то потихоньку – помаленьку пообвыклись, попритерлись друг к дружке. Документы ему новые выправил. Кучу бабла на это потратил. А по-другому никак!

– Так попробовал бы усыновить, – сказал Стэф.

– Ты, Стёпа, как я посмотрю, хоть и олигарх, но в житейских делах не шаришь. – Командор снова осклабился. – Кто бы мне, одинокому мужику, позволил его усыновить?! К тому же при живой мамашке! – Он поморщился, на лице его промелькнуло отвращение. – Ну, про мамашку ты, небось, и сам все теперь знаешь. Кому он нужен был, кроме меня? Да и мне он поначалу не был нужен. Что уж душой кривить? А потом ничего… как-то наладилось.

Наладилось. Ни у кого из них не было сомнений, что наладилось. Хоть и странно. Хоть и неожиданно.

– Сколько ты провел тогда на болоте? – спросила Вероника.

– На болоте? – Командор посмотрел на нее растерянным и, кажется, испуганным взглядом. – Тебе правду сказать, красивая?

Она молча кивнула.

– Казалось, что сутки с небольшим, а когда мы с малым выбрались наконец из этой… – Он неодобрительно покосился в сторону болота. – Из этой дыры, внезапно выяснилось, что выпал я из жизни не на сутки, а почти на две недели. Убейте меня, до сих пор не могу понять, как такое вышло! – Командор покачал головой. – Чертовщина какая-то…

– Или не чертовщина, а Марь, – сказала Вероника задумчиво.

– Когда за малым пойдем? – заговорил Командор уже другим, злым тоном. – Долго ещё будем тут сеансы психоанализа устраивать?

Стэф посмотрел сначала в окно, потом на Веронику. Она молча кивнула в ответ. Пора!

Глава 26

Снаружи все ещё клубился туман. Обычный туман, не имеющий ничего общего с недавним потусторонним мороком.

– Отползло? – спросил Гальяно, упираясь ладонями во влажные от росы перила крыльца.

– Отплыло, – буркнул Стэф, припоминая древний чешуйчатый бок то ли рыбы, то ли змеи. – Ника, она же проснулась?

Вероника кивнула. Всматривалась она не в туман, а в небо. Наверное, выглядывала там свою сову. Стэф тоже всмотрелся, устремил взгляд в ту сторону, откуда вчера явился Братан. Ничего и никого! Ни совы, ни кота, ни болотного пса.

– Что делать будем? – Спросил Командор нетерпеливо. – Идем на