Северина и Адский Кондор - Вера Александровна Петрук

Отложив газету, я поняла, чего мне не хватало – телефона и интернета. Без паспорта купить смартфон было сложно, но можно. Главное, знать, где искать, а я знала.

День подползал к четырем пополудни. Проснулась я поздно, а в город и вовсе приехала к обеду. Пока бродила, высматривая наемников Аллигатора или Грача, а также изучая обстановку, еще часа два потеряла. Стоило себе признать, что боялась я вовсе не киллеров, а кое-кого, кто приснился мне в кошмаре под утро. То был страшный сон, и даже крепчайший кофе из мотеля не смог смыть его следы из сознания.

Мне приснилось, что Касьян съел мое сердце. Буквально съел. Привязал меня к кровати, разрезал кожу, разломал грудную клетку и … Боль была адской, я была живой, смотрела и все чувствовала. Остатки кошмара до сих пор отдавались горечью во рту. С кем же мне все-таки угораздило связаться?

Отбросив сомнения и кошмары в сторону, я взялась за дело. Прошлась по спальным районам, послушала, что болтают старушки и мамочки с детьми, потолкалась на крупных остановках, где водители автобусов пьют чай и едят беляши, заглянула на рынок и, собрав последние слухи, крепко задумалась. Люди только и болтали о том, что в городе устроили «чистку». В разных районах куда-то исчезли наркокурьеры, притихли диаспоры и шумные банды – и все из-за взорванной фабрики. Поговаривали о том, что в город приехал новый «хозяин», который устроил разборки с прежним криминалом.

Как бы там ни было на самом деле, но на рынке я с трудом нашла того, кто согласился продать бэушный телефон с симкой. Впрочем, пачка купюр быстро разговорила тщедушного на вид человечка неопределенного возраста, который посоветовал мне снять хату и не высовываться недели две. Видимо, принял за кого-то из своих кругов. Я подыграла, изобразив адские муки от свалившихся проблем, а потом спросила про Ленку, которая девчонка Марата. Мол, она мне должна. Мужик другом Ленки не являлся, я вообще сомневалась, что у нее в этом городе могли быть друзья, но через минуту я уже знала адрес квартиры ее отца. Через полчаса была там.

Поднявшись на третий этаж старой кирпичной пятиэтажки, я толкнула незапертую дверь. Ожидала преодолевать газовую завесу в виде перегара от многодневного запоя и иметь дело с не трезвеющем бухарем, каким представляла Ленкиного папашу, но в двушке витал свежий воздух – окна были распахнуты настежь, хотя легкое питейное зловоние еще угадывалось. В квартире царила беднота и относительный порядок, однако казалось, что прибирались наспех. На кухне я нашла старика в меховой шапке и поношенной куртке – все времен девяностых. Он сидел, облокотившись о подоконник и бездумно пялясь на собирающееся в закат солнце. Равнодушно на меня глянув, хозяин квартиры продолжил свое незатейливое занятие. На вид ему могло быть и пятьдесят, и семьдесят. Человек производил впечатление преждевременно состарившегося. Впрочем, судя по его опухшему лицу, протрезвел он совсем недавно.

– Лена нужна, – бросила я. Реакция деда удивила: он хрипло расхохотался.

– А нету, – развел старик руками, хотя я была уверена, что разговаривать со мной он не станет. А когда он посмотрел мне в глаза, я поняла, что теперь знаю, насколько сильно может терзать душевная боль. Именно она вопила в его поникшем взгляде.

– Уехала, – обреченным тоном сказал дед и вытащил из кармана пачку долларовых банкнот. – Дала мне их, будто откупилась, сучка поганая.

– Хорошо так откупилась, – присвистнула я, прикинув сумму. – Откуда валюта?

Какое-то время дед еще держал деньги передо мной, будто неосознанно предлагая их забрать. Потом сунул обратно в карман.

– Жених у нее появился, – сказал он таким тоном, словно не верил самому себе. – За один день нарисовался. Утром познакомились, а вечером он уже ее на личном самолете в столицу увез. Личный самолет! Ленка сунула мне деньги и бросилась чемодан собирать. А собирать-то особого и нечего. Лучше бы Марат ее прибил, честное слово. Но нет же, только поколачивал изредка, потому что нравилась она ему. А тут этот столичный принц.

– Когда это случилось? – внезапно охрипшим голосом спросила я.

– Глухая, что ли? Вчера. А может, ночью или утром. Не помню, я только к обеду протрезвел. Что прицепилась? Ты кто, вообще, такая?

– Подружка ее, – машинально отозвалась я, обуреваемая дурным предчувствием. – А вы этого принца столичного видели?

– Какая же ты подружка, раз Ленка тебе ничего не рассказала, – фыркнул дед. – Впрочем, она и меня в угол подвинула, отца собственного! В окошко ее хахаля мельком видел. Он за Ленкой на лимузине подъехал, тот длиннющий, еле во двор поместился. Да не жених, а машина. Мужик подозрительный, но в Ленкинах кругах все такие. С виду молод, а вроде как, и под сорок ему уже. Глаза у него хищные, я сразу их приметил. Да на органы он ее продаст, или в рабство куда. Ленка моя дурная, а я по пьяни не сразу сообразил, что ментов вызвать бы надо. Теперь уже поздно. Заявление напишу, да только кто ее в столицу искать поедет? Вот столько стоит моя Ленка.

И старик швырнул пачку денег на пол. Меня аж пробрало от его драматизма. Не то чтобы я осуждала деда, но Ленку он потерял не вчера, а давно – еще когда она к Марату работать пошла. Кстати, самого Марата, согласно местным байкам, которых я уже нахваталась, спалили на той же фабрике, но никто ничего конкретно не знал.

Покидая старика, я кипела от злости, более чем уверенная, что таинственный принц из столицы – Касьян. В игре, которую он со мной затеял, резко повысились ставки. Одно дело – гонять по лесу, другое – вмешиваться в судьбу тех немногих людей, с которыми я успела познакомиться, начав новую жизнь после тюрьмы. Ленка была мне чужой, но каким-то образом Касьян про нее узнал. Может, я проболталась о ней во время отключки? Мне много раз приходилось быть без сознания в его присутствии. Вдруг я во сне стала разговаривать? И хотя предположение, что Ленку увез Касьян, звучало абсурдно, чем дольше я думала о ситуации, тем больше убеждалась, что права. Да, Ленка постоянно крутилась в аэропорту, ее мог заметить какой угодно олигарх, только столичным богачам местные наркокурьеры не нужны. Разве только это не какой-то делец, который действительно ищет потерянных людей и продает их на органы. Или в рабство.

Я даже не знала, какой вариант лучше: рабство или Касьян. Вспоминая судьбу трех женщин, загадочно