Чёртовы колядки - Алёна Берндт

Ева рванула нечто тёмное, стоявшее у меня за спиной, и я тут же перестала чувствовать хоть что-то. Последнее, что я увидела, это как Ева подходит к лежащей на полу матери и тянет к ней свою руку.

«Не убивай её!» – хотела крикнуть я, но не смогла и отключилась.

Глава 6

Очнулась я на диване, укрытая шерстяным одеялом. Ева, как ни в чём не бывало сидела у меня в ногах и пускала вверх аккуратные колечки дыма, держа в тонких пальцах свой мундштук.

– Ева… Ева, а что с мамой? – слабо простонала я, у меня не было сил даже поднять голову.

– Лежи, – спокойно и весело ответила Ева, – Нормально всё с матерью твоей, вон, в комнате на кровати лежит. Правда, поболеет с месяц, но потом оправится. На работу пойдёт, жизнь заново начнёт.

– А это… это кто был? Который Николаем был…

– Тебе сейчас это не за чем, после поговорим. На вот, чаю выпей, и поедем. Тебе здесь не нужно быть пока, как раз с месяц, а потом нормально, без страха можешь мать навещать.

После чая, того самого, на травах, мне стало легче, и на ватных ногах, опершись на крепкую руку Евы, я кое-как доползла до её машины и уселась на сиденье. Когда мы уходили, я видела, что на полу, там, где был Николай, осталось едва приметное пятно, и всё…

– За мать свою не переживай, с ней всё хорошо будет, – сказала мне Ева, усевшись на водительское сидение, – Я там ей денег оставила, на продукты ей хватит. А пить она больше не станет никогда в своей жизни, – хмыкнула Ева, – Ты к ней пока не езди, ей нужно самой… Да и тебе тоже, про другое нужно подумать.

– А звонить-то ей хоть можно? – мне всё же было беспокойно за мать, ведь кроме неё у меня и нет никого родни.

– Звони, чего бы нет. Но я тебе хочу сказать… дeрьмoвый человек мамаша твоя. И никакая очистка ей в этом не поможет, не любит она никого, кроме себя, в этом её проблема. Так что, не помощник она тебе в этой жизни, вот что.

Как будто я сама не знаю, усмехнувшись подумала я. С детства это знаю, но… ведь она моя мать. Ладно, посмотрим, чего дальше делать, а сейчас меня так клонило в сон, что я перед собой ничего не видела. Потом… всё потом решу, а пока… Додумать я не успела, откинулась на спинку сидения и заснула.

Проспала я до самого Питера и проснулась от того, что приятно запахло кофе. Открыв глаза, я увидела, что едем мы уже по улицам города, в моём подлокотнике стоит бумажный стакан из кофейни, из такого же пьёт Ева.

– Мы уже в городе? – спросила скорее для того, чтобы показать Еве, что я проснулась.

– Да, приехали. Сейчас домой тебя отвезу, – сказала Ева, – Ты позвони Азалии и отпросись до конца недели. Тебе нужно оправиться, с силами собраться. За деньги не беспокойся, я тебе всё компенсирую, не каждый день удаётся отобрать силу у Хари. Он давно с твоей матерью, очень давно. В разных обличиях и формах рядом ходил, вот и подселил ей… а через неё и тебе досталось. Но ты крепкая, потому что… Ладно, после про это. Теперь всё хорошо будет. Пей кофе пока не остыл.

– У кого? У какой Хари? – трясущимися руками я взяла кофе и отпила глоток, по телу пробежало горячее тепло, – А что ты сделала с… с Николаем? Или… что это было вообще?

– Забей! Придёшь домой, поешь хорошенько, прими ванну. Только спиртного не пей, хуже станет. Я приду послезавтра проведать тебя, а пока – отдыхай.

В тот день я сделала всё так, как велела Ева, каким-то чутьём понимаю, что нужно слушать её. Позвонила Азалии, и та на удивление легко согласилась отпустить меня «поболеть», спросила не нужно ли мне что-нибудь привезти. Моя соседка по квартире была на работе, и мне это показалось удачным стечением – не хотелось разговоров и общения.

От помощи я отказалась и открыла пакет, который дала мне с собой Ева, там была упакованная в лотки ресторанная еда, свежая, вкусная и… судя по всему очень дорогая. Я почувствовала звериный голод, мысленно поблагодарила загадочную свою подругу и с аппетитом съела почти всё угощение.

В ванне я лежала уже в полусне. Немного ныли плечи и спина, голова гудела какой-то гулкой пустотой, но чувствовала я себя… какой-то живой, новой. Завернувшись в полотенце, я добрела до своей комнаты, облачилась в пижаму и забралась под одеяло.

Проспала я до обеда следующего дня, меня разбудил звонок моего сотового, это звонила Ева чтобы сказать, что она идёт ко мне в гости. И я приготовилась к серьёзному, но интересному разговору.

С того самого дня всё в моей жизни развернулось в другую сторону. Клиенты пошли в агентство Азалии таким наплывом, какого раньше не бывало в самые «жирные» месяцы. Мы сдавали всё, что оказывалось у нас в базе, и премия моя стала такой, о какой я мечтать не смела раньше. А через месяц примерно меня пригласили на собеседование в довольно крупную организацию, и… приняли на работу! Это было немыслимо, но должность и зарплата – всё меня более чем устраивало! Ещё и дополнительные плюшки была – частичная компенсация аренды жилья, абонементы на спорт и дополнительная медицинская страховка.

Прощалась я с агентством Азалии со слезами, но все там за меня радовались очень искренне, это было так непривычно и… радостно. Обещала заходить в свободную минутку, и мне было так приятно слышать слова Азалии, что я была лучшей из всех, работавших на этом месте до меня.

Новый коллектив встретил меня как родную, и уже через неделю я достаточно глубоко влилась в процесс, за что получила похвалу руководства. Всё шло так непривычно гладко, и иногда я щипала себя за руку, чтобы удостовериться, что не сплю. Я переехала в удобную квартиру-студию, и теперь добираться до работы могла даже пешком, за полчаса неспешной прогулки.

С Евой мы держали связь по телефону, болтая о всяком,