Северина и Адский Кондор - Вера Александровна Петрук

все равно не жалела о том, что случилось вчера ночью. Если эта плата за свободу, то она была в удовольствие.

Касьян, правда, обо мне будто забыл. В окно я видела, как он гулял с двумя девицами по заснеженному лесу – с блондинкой и стриженной, потом появился с темноглазой шатенкой Кирой, с которой они делали вид, что лепят снеговика, но на самом деле, просто обжимались в снегу. Потом все три девицы (и хозяин дома с ними, разумеется) скрылись на кухне, откуда вскоре потянулись аппетитные запахи жаркого и какой-то выпечки.

В конце концов, мне стало настолько любопытно, кто эти дамы, на которых столь быстро переключилось внимание Касьяна, что я согласилась на обед, когда меня позвала блондинка.

Глава 15

Вот уж кто точно ни в каких госорганах не работал. Находка для шпиона – не зря ведь так говорят. Тамара или Тома, как она просила себя называть, болтала без умолку, заполняя паузы, а также перебивая всех, кого можно. Кира с Ариной моему обществу были явно не рады, Касьян же и вовсе прятал глаза, стараясь не встречаться со мной взглядом. Меня посадили подальше от всех, а буфером, конечно, служила Тома, расположившаяся по соседству. Я не жаловалась. Интуиция редко предупреждала о чем-то хорошем, а вот о плохом – с большим удовольствием. Сейчас внутренний голос оживился, настойчиво советуя не стесняться и накладывать на тарелку побольше, потому что полет на вертолете гладким не представлялся, а Лесогорск, вероятно, и вовсе не будет рад меня видеть.

Очевидно, девицы привезли съестное с собой, потому что в бункере у Касьяна я ни креветок, ни деликатесных сыров не видела. Впрочем, морепродукты меня не интересовали, зато жареная индейка пришлась по вкусу и я, не обращая внимание на суровый взгляд Киры, отрезала себе целую ножку, щедро обсыпав ее вареным картофелем и полив все сверху сметаной – просто потому, что она была на столе.

Тамара очень быстро выболтала профессиональные тайны сидящих за столом девушек, включая собственные. Кира, как и говорил Касьян, раньше работала в каком-то засекреченном отделе в госорганах, занималась вопросами безопасности, а сейчас путешествовала, выйдя на заслуженную пенсию. Судя по бриллиантам у нее на пальцах и в ушах, а также дорогой косметике и парфюму, жила она не на одну пенсию. Либо дружба с Касьяном покрывала часть ее расходов, либо Кира подрабатывала где-то еще. Например, у того же Грача. Я не слышала ни о каких «Мерзких голубках» и решила, что Касьян придумал прозвище сам.

Строгая Арина, которая на стуле сидела так, будто к ее позвоночнику привязали палку, в свое время летала на истребителе и была военной летчицей. Теперь она тоже вышла на пенсию. Значит, обеим брюнеткам – ближе к сорока. Но больше всех удивила Тома, которая заявила, что работает в цирке, где выступает в номере со львами. Ее родители – профессиональные дрессировщики, и девочку свою растили себе на смену.

Я задумчиво посмотрела на всех троих, которые были явно хорошо знакомы друг с другом. Тома заявила, что они случайно познакомились в одном клубе, где потом встретили и Касьяна, но я в совпадения не верила и подозрительно косилась на хозяина дома. Больше всего меня смущали профессии гостий. Две военные, одна дрессировщица львов. И я – бывший агент с тюремным сроком за плечами. Определенно какая-то связь во вкусах Касьяна прослеживалась. Если обобщать буквально и очевидно, ему нравились женщины, которые могли дать сдачу и жизнь которых была связана с риском.

Некстати вспомнился разговор наемников из фургона о том, что Адский Кондор убивал только женщин-агентов, не угодивших начальству. И снова поползли мысли о Касьяне-маньяке.

– Как поживаешь? – отвлек меня от мрачных мыслей его голос. Я постаралась на смотреть на его красивые изящные пальцы, которые он держал расслабленно рядом с бокалом, и не думать о том, что они вытворяли с моим телом прошлой ночью. Кстати, девицы притащили из бункера бутылки с вином и коньяком, которые коллективно с Касьяном распивали. Я от предложенного Томой бокала отказалась, испытывая к алкоголю двойное отвращение.

– Да вот, цвету и пахну, – отозвалась я и решила привлечь к себе его внимание – эксперимента ради. – Передашь мне вон тот салат с помидорками?

Касьян почему-то оглянулся на Арину, будто спрашивая ее разрешения, но, так как та сохраняла каменное выражение лица, все-таки передал мне миску.

– Большое спасибо.

– И тебе большое пожалуйста, – отозвался он с неожиданно теплой улыбкой.

– Раздери меня черти! – вдруг воскликнула Кира, которая уже долго буравила меня взглядом. – Ты что, сама не могла дотянуться?

А ведь правда. Я легко могла взять салатник, протянув руку.

Атмосфера за столом быстро накалялась. Вот и ответ на мои мысленные вопросы: все трое меня безумно ревновали, только Тамара скрывала ревность за болтовней.

– Следи за языком, – сказала она Кире, и я подумала, что так хамить могла либо очень близкая подруга, либо родственница. Все-таки Тамара, пусть и укротительница львов, но была явно младше.

– Я, вообще, не хочу, чтобы она мой салат ела, – заявила вдруг летчица Арина и посмотрела почему-то не на меня, а на Касьяна, который надолго припал к бокалу с вином, сделав вид, что ничего важнее в этот момент для него не было. А ведь этот подлец не мог не знать, к чему приведет совместный обед любовниц – новых и старых. Похоже, засранец искренне наслаждался, если я правильно истолковала выражение его лица, которое он старательно прятал за хрусталем.

Не ответить я не могла, потому что меня понесло. И да – я тоже ревновала.

– Каждая лиса своим хвостом гордится, – хмыкнула я. – А в салате что-то испорчено – кажется, помидорка гнилая попалась. Кушай его сама, дорогая.

И пристав, плюхнула миску перед Ариной, с удовольствием отметив, как брызги майонеза попали на ее блузу. Все эти девицы на обед с Касьяном вырядились, как на собственный день рождения.

– Я тут заметила, что когда ты открываешь рот, то кажется, будто твоя нижняя дырка поменялась местами с верхней, – выдала Тамара. Похоже, в цирке она училась не только укрощать львов, но и соперниц высмеивать. Касьян у нее точно был не единственный.

– Советую извиниться, – мягко сказала я. – Или ты выплюнешь в ладошку собственные зубы.

Не знаю, что произошло бы дальше, но тут Касьян решил вмешаться. Гад выбрал отнюдь не мою сторону.

– Не стоит угощаться сластями, за которые не заплатила, Северина, – сказал он, повернувшись ко мне и продолжая опостылевшую игру в словоблудие. –