Дипломная работа - Василий Кораблев

учился, то насмотрелся всяких дверей. Иные лучше не отрывать. Там может быть такое, что похуже Геенны Огненной…

Жора иногда помогал Денису в тайных учениях, но на свой манер. Во-первых, он враждовал с Валерой. Они вечно расходились во взглядах на жизнь, а поскольку они оба были остры на язык и психически неустойчивы, то при каждой случайной пьянке доходило до мордобоя.

— Твой дружок...Порождение Хорька и Ехидны...Как его такого только земля носит? Он же хамло бессовестное!!! — говорил обычно про Валеру бывший экзорцист. Валера, как правило, в долгу не оставался, а порой ещё и обвинял Жору в том, что тот сбивает Дениску с пути истинного. В кого он такой честный? В папу - маму? Неа - в дядю Жору!

А во-вторых, Жора до смерти боялся Лаперуза.

— Он ужасен. Я вижу над его головой шлейф из детских душ. Они плачут и молят о помощи! Я видел в своей жизни всякое, но он отличается. Он не похож на бесовское отродье, но и сила! Силища немереная... Бойся его! Каждого его движения - бойся!

В этот раз, Денис явился в подвал, прихватив две бутылки водки. Он вспомнил, что однажды беседах дворник проговорился о том, что изучал псевдоматериальных сущностей. Теперь следовало вывести разговор в нужное русло. Любая, даже самая малейшая информация об Ырке, могла стать полезной.

Жора выглядел неважно. Всю ночь, видимо, рисовал. Лицо было опухшее, а под столом валялось с десяток пустых бутылок.

Денис молча поставил на стол целую бутылку водки. Дворник сначала обрадовался, выпил стакан и тут неожиданно начал очень внимательно разглядывать студента.

— Ты чего? — испугался Денис.

— Сияние твоё изменилось, — хриплым голосом поведал дворник. — На проклятие похоже, а вроде бы и не оно. Странно выглядишь.

— Договор с Лаперузом дополнили. Пообещал отпустить нас, если Ырку поймаем, — рассказал Денис.

Он рассказал дворнику о встрече с проклятым учителем и о новых условиях. И чем больше рассказывал, тем бледнее становился дворник.

— Да вы рехнулись. Умом тронулись, идиоты! — простонал он. — Вы же про эти доски ничего не знаете! Он снова вас обдурил, как котят слепошарых. Вокруг пальца обвёл...Вот откуда сияние-то!

— Но ведь Ырку можно поймать. Ты же говорил, что изучал их, — начал было Денис.

— Я изучал их в теории! В теории, а не с глазу на глаз. И не Ырок богопротивных, а Берегинь. Это заложники высшего уровня! Ты хоть что-то про иерархию некроплоти, смекаешь?

— Ну знаю, что они псевдоматерия.

Дворник не выдержал и, схватив початую бутылку, осушил её без остатка. Выдохнул и спросил вновь более спокойным голосом.

— Кто - они? Тупица?

— Эммм...Ырки?

— Хуирки! Твой сраный учитель давал тебе информацию о разнице плотности между призраками и псевдоматерии? Сравнительные таблицы? К кому относятся Ырки? Как называют эти сущности вкупе? Чем они отличаются от крёстной и нечистой силы? В глаза мне смотри!!!

Вместо ответа, Денис молча поставил на стол вторую бутылку. Дворник печально опустил голову.

— Понятно. На погибель он вас отправил. Плохо дело.

— Мне сойдёт всё, что расскажешь, — попросил Денис.

Жора медленно поднялся из-за стола и куда-то вышел из комнаты. Вернулся минут через десять, держа подмышкой небольшую грифельную доску.

— Тут, лучше рисовать, — пояснил он. — Нагляднее будет.

Потом он принёс ещё один стакан. Разлил водку и приказал Денису пить вместе с ним.

— Но я же не пью…

— Теперь будешь. Я вместе с тобой буду пить. Не чокаясь. За помин твоей души, паря! — С этими словами Жора поднял свой стакан.

Они выпили. Дворник взял в руку мел и начал рисовать на доске. Нарисовал могилку.

— Первым делом, ты должен помнить, что все заложники умерли в мучениях и не своей смертью. Исключение только для горьких пьяниц, умерших от белой горячки. Эти становятся — опивцами. Опивец, тот же упырь. Жрёт людей и животных. Пьёт кровь. В основном пьёт. Мясом только закусывает.

— Знаю. Попадались, — кивнул Денис.

— Хорошо. Это ещё не псевдоматерия. Так же, как и утопленники, и засыпанные землёй, и задохнувшиеся от дыма, и те, кто сам себя сжёг. Видов самоубийств много. Каждый способ может вызвать определённый рост некроклеток, пытающихся помочь человеку не умереть.

Дворник нарисовал от могилки две стрелочки. К одной он пририсовал знак плюс, а к другой минус.

— Тут, мы пляшем от человека. Каким он был при жизни? Если человек был хороший и в момент смерти он отчаянно желал помочь семье или близким, то после превращения в заложного, такой мертвец становится берегиней. Ты мне скажешь, что Берегини только бабы и они все, псевдоматерия, и будешь не прав. Есть множество упоминаний в церковной литературе о мертвецах, живущих рядом со своими потомками в склепах и лесах тайно, и помогающим по мере надобности. Заложные не всегда плохие, но на то и экзорцисты, чтобы направить заблудшую душу к богу, а не мучить её, заставляя скитаться по земле.

— А что экзорцисты делают с Берегинями? — уточнил Денис.

— Делали. В устав внесли изменение после 1945 года. В связи с ухудшением демографической обстановки. Раньше-то, просто проводили изгнание и кремировали тело заложного мертвеца.

Денис поморщился и Жора поспешно добавил:

— Я такой подход тоже считаю ошибочным, оттого и из экзорцистов ушёл, но сейчас не об этом. Ты посмотри на плюс и на минус. Ырка где?

— На минусе, ясное дело. Он же кровосос.

— Нет не кровосос. Кровососы употребляют только кровь, а Ырка высасывает человека, как паук гусеницу. Относится к категории висельников. Обязательно повешен, а потом под воздействием множества факторов тело должно быть сохранено так, чтобы спокойно дозревало несколько лет. Главное, чтобы звери с птицами его не съели. А звери, сам знаешь, главные санитары лесов, полей и рек. По запаху гниющую плоть находят. Черви и насекомые - дело другое. Они в принципе не согласны некроклетки в пищу употреблять. У них, то ли генетическая память сказывается, то ли ещё чего. Точно не известно почему, но все знают - они такую падаль не трогают.

— Токсины, — припомнил Денис.

— Пусть будут