Чёртовы колядки - Алёна Берндт

речка, блестевшая от лучей клонившегося к закату солнца. Деревянный мосток желтел свежей древесиной – было видно, что перила на нём поменяли совсем недавно.

– О, кто-то мосток чинил, – приметила Маша, – В прошлый раз старые перила были, тоже красивые, резные.

Мы переехали мостик и остановились возле большого подворья. Ворота были распахнуты настежь, в них сидела смешная серая собака, у которой одно ухо приветливо торчало вверх, а второе падало ей на глаза. Она склонила голову на бок и рассматривала нас, а мы рассматривали её через окно. Во дворе стояла машина, внедорожник, наверное, к пасечнику кто-то приехал и кроме нас. Мы вышли из машины, поглядывая на собаку, но та не двинулась с места, просто смотрела на нас.

– Иди, тебя тут знают, а я за тобой, – кивнула я Маше, – А то как-то неловко, что мы незваными заявимся.

Но хозяин дома уже спешил нам навстречу, видимо, заслышав шум нашей машины. Это был высокий крепкий мужчина преклонных лет, одетый в уютную клетчатую рубаху и серые штаны.

– Баська, кто это к нам наведался? – спросил он собаку, и я подумала, что вот сейчас та в ответ плечами пожмёт, как человек, так понимающе она смотрела на хозяина.

– Здравствуйте, Иван Матвеевич, – Маша выступила вперёд, – Может быть вы помните меня? Я Маша, к вам с Давыдовыми приезжала, за мёдом… Вот, мы с подругой решили заглянуть к вам снова, может быть вы ещё продаёте мёд. Хотелось бы на зиму запастись, мёд у вас вкусный, волшебный.

– А чего не продать, урожай нынче богатый был. И для хороших людей всегда найдём медку! Баська, пусти гостий-то, чего сидишь. Экая охранница, и с места не двинулась! А давеча лису проворонила, та цыплёнка унесла, и ничего!

Собака виновато опустила голову, и я с трудом удержалась, чтобы не рассмеяться. А хозяин-то на полном серьёзе собаку отчитывал, какой тут смех!

– Обратно-то вы до́темна не поспеете, – глянув в небо, сказал хозяин, – Заночевать вам тут придётся, да? Сами поди знаете. Ладно, устроим вас на веранде. А вы к ужину как раз, вот и сын ко мне сегодня приехал, неделю будет гостить. Завтра вам и мёду из клети достанет. Ну, входите в дом.

На крыльце показался мужчина в брезентовой куртке, он держал в руке точильный камень, возле сарая стоял большой чурбак с воткнутым в него колуном. Видать, дрова собрался колоть…

Мужчина вышел из-под навеса над крыльцом, и глянув в его лицо я едва смогла выдохнуть. На меня смотрел Михаил.

Глава 18

Я просто стояла и смотрела на него, не веря глазам и с трудом удерживаясь, чтобы себя не ущипнуть. Может быть, я сплю? Или… или может быть вообще мне всё тогда приснилось, всё это Карпухино, и Елизавета, и мельница, и даже Михаил? Может быть, у меня что-то с головой, и я просто создала всё это в своей голове… может быть я когда-то где-то встречала этих людей, а потом на стрессе перенесла всё в эту выдуманную реальность, где до осени я прожила столько счастливых дней, в этом самом Карпухино.

– Здравствуйте, – Маша кивнула и улыбнулась, украдкой удивлённо взглянув на меня, – Меня зовут Мария, а это моя подруга Елена, мы за мёдом приехали, но так получилось, что поздновато добрались.

– А я Михаил, – мужчина спустился с крыльца и тоже поглядывал на меня, словно силясь вспомнить, где же он меня видел, – Ничего, к нам так часто приезжают, вроде бы недалеко от города, а дороги-то у нас не по прямой, вот и получается….

Я с трудом выдохнула воздух, в груди всё болело, сердце билось как беспокойная птица, и я с неимоверным усилием взяла себя в руки. Он меня не помнит, да и есть ли, что помнить? Мои сны, мои видения или выдумки – может быть это и есть то самое Карпухино…

– Ну, водитель, загоняй машину во двор, ворота закрою, – велел Иван Матвеевич и я вздрогнула, – Устала поди? – он участливо глянул на меня, – Дорога-то к нам не очень ровная, на скатёрку не похожа. Ну, ничего, сейчас отдохнёшь, а завтра поутру обратная дорога легче покажется. Баня топлена, сейчас дам вам веник нонешний, свеженький, ух, парок-то нонче хорош! А там и пройдёт всё, да и наладится.

О чём он говорил, мне было непонятно, да я и не могла понять – в голове метались разные мысли, воспоминания о Карпухино сейчас вспыхнули так ярко! Да не могло это всё мне присниться! Просто не могло, и всё! Но и подойти к Михаилу я не могла….

Что я ему скажу? Помнишь меня, мы с тобой в призрачной деревне на телеге катались и ходили смотреть, как мельница работает?! Интересно, а в такие отдалённые уголки психбригада выезжает? Если да, то после такого мне она была бы обеспечена!

Я решила молчать и присмотреться к тому, как будет реагировать на меня Михаил. Вдруг он помнит меня, и как-то это покажет? Вот тут я и не буду ничего отрицать – было и Карпухино, и мельница, и телега!

Позже нас усадили ужинать, а там и чай поспел, Иван Матвеевич поставил на стол большое блюда с мёдом в сотах, и по дому разнёсся будоражащий воспоминания дух. Разномастные чашки наполнились душистым чаем, Маша о чём-то говорила, а я никак не могла удержать в голове нить разговора.

То и дело я ловила на себе взгляд Михаила, судя по всему, он то ли пытался узнать меня, то ли вспомнить. Приметив, что я тоже смотрю на него, он тут же отводил глаза, и только Иван Матвеевич усмехался в бороду. Но постепенно всё наладилось, я отпустила все мысли… В конце концов, что произошло?

А произошло чудо! Михаил существует и в этом мире, и я знаю теперь, где его найти, если даже в этот раз наши дорожки разминутся. Успокоюсь, подумаю, как сказать ему всё, и найду его… потом. Михаил тоже расслабился, смеялся и шутил, подливая нам всем чай.

– А у моего старшего брата пекарня своя, там такие булочки вкусные, язык проглотишь, – говорил он, видимо речь сейчас в разговоре шла об этом, –