Бриллиантовый берег - Альбина Равилевна Нурисламова

рациональную половину своего сознания, что женщина в коридоре была обычная, просто неуместно одетая. Настоящий журналист должен опираться на факты, а факт состоял в том, что Катарина сегодня дважды столкнулась с призраками.

Сначала ей явился Милан, потом — дама в зеленом.

Первый шок прошел, и Катарина стала искать логику в появлениях гостей из иного мира. Милан погиб в отеле — и его призрак обитает здесь. Можно предположить, что и женщина в вечернем платье тоже умерла в этих стенах.

Катарина около двух часов просидела в Интернете, пробуя отыскать информацию. Она не знала имени той женщины, не могла загрузить в Гугл ее фотографию для поиска, приходилось формулировать запрос, на разные лады перекраивая тезис про смерть женщины в отеле «Бриллиантовый берег».

Попытки оказались тщетны. Катарине не удалось узнать о загадочной незнакомке, не нашлось ни единого упоминания. Впрочем, про трагическую гибель Милана тоже нигде не было ни слова. Будь это криминальная смерть, огласки не избежать, но имел место несчастный случай, и в прессу он не попал. Получается, незнакомка в зеленом тоже скончалась либо от естественных причин, либо по трагической случайности.

Однако обнаружилось, что слова «смерть» и «Бриллиантовый берег» не единожды встречались в одном предложении: имелось самоубийство мужчины, о котором Катарина уже читала, когда рылась в Интернете до отъезда, а еще она наткнулась на два упоминания о трагедиях на экскурсиях, на море, в результате чего погибли люди.

Когда Катарина еще дома, в Баня Луке, пыталась отыскать что-то в Сети, эти два эпизода ей не попались, потому что она действовала не совсем правильно. На этот раз молодая женщина искала заметки о гибели людей в Неуме, безотносительно к отелю «Бриллиантовый берег», узнавала имена жертв (где это было возможно), а после пробовала собрать сведения о пострадавших.

Дважды Катарине повезло (если слово «везение» здесь применимо). Упоминания о «Бриллиантовом береге» обнаружились на личных страницах погибших. Возможно, если копнуть еще глубже, случаев выявится больше.

Ясное дело, к отелю происшествия имели косвенное отношение: люди умирали вдали от «Бриллиантового берега», они лишь проживали там, приехав в отпуск.

И все же…

Сара тоже умерла не здесь. А женщина, которая убила свою семью, вернувшись с отдыха! Катарина считала, аналогичных эпизодов могут быть десятки, просто их невозможно выявить.

«Бриллиантовый берег» напоминал ядовитое облако, окутывавшее всех, кто оказывался рядом.

«Миа, во что ты меня втянула? Во что я влезла?» — подумала она, стоя перед дверью номера Давида, слушая шаги Боба, который спешил к двери, чтобы впустить ее.

В этот момент Катарина окончательно уверилась: ей не отступить назад, нечто необратимое произошло в ее жизни, хотя она и не поняла до конца, что.

Глава пятая

Боб прижал палец к губам.

— Тише, прошу вас. Давид только что заснул.

«Надо же, как неудачно вышло», — подумала Катарина.

Боб впустил гостью в номер, который был гораздо больше, чем у нее: три комнаты — гостиная и две спальни.

— Поговорим на балконе, — прошептал Боб, приглашая ее войти.

Катарина на цыпочках пошла за ним и увидела, что на балконе накрыт стол: ваза с фруктами, минеральная вода, кофейник и две чашки. Боб поплотнее прикрыл балконную дверь.

— Присаживайтесь, — он все еще говорил вполголоса, но шептать перестал. — Выпьете кофе?

— Не откажусь.

Он стал разливать кофе по чашкам, и Катарина невольно залюбовалась тем, как ловко и плавно движутся его мощные руки: ни одного лишнего, пустого, бестолкового жеста.

— Простите, вы хотели пообщаться с Давидом, но тут такое было…

Боб покачал головой и вздохнул.

— Какое? — спросила она. — Отменный кофе, спасибо.

— После процедур я повез Давида обратно. — Боб метнул взгляд на Катарину. — Внезапно он стал стонать, биться, пена на губах выступила, глаза закатились. Впервые такой припадок. Хорошо, что рядом был врач. Пришлось поставить укол, потому Давид и заснул.

«Женщина в зеленом добралась до него», — подумала Катарина. Ей было невыразимо жаль Давида. Насколько же сильный ужас обуял его! А он не мог убежать или хотя бы отшатнуться.

— Давно вы о нем заботитесь? — спросила она.

Боб отрицательно покачал головой.

— Его мать, госпожа Лазич, наняла меня в конце весны. Для поездки сюда.

— Не стоит ли вам связаться с ней, сказать, что это место плохо действует на Давида? Возможно, вам лучше было бы уехать отсюда.

Боб глянул в сторону балконной двери, словно опасался, что Давид может подкрасться и услышать лишнего.

— Это невозможно. — Он снова понизил голос, лицо погрустнело, меж бровей пролегла складка. — Давид не знает, и я не хотел бы стать человеком, который ему скажет. Госпожа Лазич смертельно больна. Она отправила сына на отдых, чтобы он ничего не заподозрил, а сама легла на обследование. К сожалению, диагноз подтвердился. Она звонила мне позавчера. Врачи дают ей не более нескольких месяцев.

— Господи, но как же…

Боб прервал ее.

— Не вздумайте начать причитать при мальчике. Не смотрите на него жалостливым взглядом, никаких тяжких вздохов, вы поняли? Давид мигом догадается, он умный и чувствительный.

— Я не какая-то глупая курица! — возмутилась Катарина.

— Знаю, иначе не сказал бы вам ни слова, — невозмутимо проговорил Боб. — Просто предупреждаю. Давиду нужны друзья. А вы кажетесь хорошим человеком. Вы понравились ему.

Катарина не знала, что на это ответить, и кивнула.

— Вы с Давидом пробудете в отеле до конца лета?

— Похоже на то. Его мать хочет спокойно, без суеты уладить юридические тонкости. С финансовой точки зрения все отлично, семья богатая. Но родных, которые могли бы позаботиться о Давиде, нет, в этом-то и проблема. Госпожа Лазич хочет устроить так, чтобы он после ее смерти ни в чем не нуждался. Продумывает все мелочи, как и где сын станет жить дальше, чтобы его не обобрали ушлые людишки и так далее.

Все это было настолько печально, что Катарина забыла о тайнах отеля. Бедный мальчик не знает, что мама обречена, что скоро он останется совсем один на белом свете. А несчастная мать? Каково знать, что она оставляет своего ребенка в жестоком мире — беспомощного, больного, прикованного к инвалидному креслу?

Катарина постаралась взять себя в руки. Боб, который поначалу произвел впечатление простоватого, недалекого парня, оказался другим, к тому же был искренне привязан к своему подопечному, и ей не хотелось разочаровывать его кудахтаньем и глупыми восклицаниями.

— Давид проснется и расстроится, что вы приходили, а он проспал ваш визит. Скажу ему, что вы обещали зайти позже. Вы ведь придете?

— Вы меня выпроваживаете? — удивилась Катарина.

Боб улыбнулся, и улыбка у него оказалась чудесная, открытая. Когда люди так улыбаются, сразу хочется ответить тем же.

— Что вы! Просто дал вам возможность