Мера ноль (СИ) - Изотов Александр

— Дадаш, расскажи, что ты видел.

— Мы ходили к долине Зеленых Скорпионов, чтобы сторговать рыбы. Крестьянин там есть, Акува-первушник, – глядя мне в глаза, сказал Дадаш.

Я кивнул. Акуву я помню, сам, по сути, жизнью ему обязан.

– Никто не пришел. Ну, мы ждали час, и обычно он не задерживался, все-таки, у них жизнь трудовая. Без причины бы он не пришел.

Дадаш глянул на старейшину, тот сказал:

– Говори уж прямо. Если бы крестьянин не пошел рыбачить, его бы ждала порка, а то бы и забили.

Я поджал губы. Где-нибудь у Кабанов так и происходит, но у Зеленых Скорпионов… А, впрочем, таких тонкостей я не знаю.

– В общем, я потом принял решение пройти до красного холма, — продолжил Дадаш.

— А что за красный холм? — спросил я.

— Это красная черта, – пояснил старейшина, – Дальше него идти нельзя, если только нет веской причины. Это мой приказ, наказание — смерть. В долине Скорпионов мы так называем один из холмов. С него хорошо все видно, но дальше идти нельзя.

Дадаш кивнул.

– В общем, поднялись и залегли. Оттуда хорошо видно деревню крестьян.

В этот момент три горца сзади громко засмеялись, мимо них прошла молодая стройная горянка, и что-то ответила им с улыбкой. Они провожали ее взглядами, подшучивая друг над другом.

— Так, весельчаки, -- гаркнул Евгений Павлович, – А ну, дуйте отсыпаться, кто-то из вас скоро на заставу пойдет.

Улыбки слетели с лиц горцев, и они, состроив кислые мины, кивнули и унеслись прочь.

– Продолжай.

– В общем, там Кабаньи Клыки были, – сказал Дадаш, – И Серые Волки.

Я напрягся.

– Что значит – были? Со Скорпионами разговаривали?

– Нет. Скорпионов не видел. Только Клыки и Волки. Они связывали крестьян и уводили.

– Куда? – у меня все внутри похолодело, но я быстро попытался взять себя в руки. Старейшине совершенно не нужно знать о моих слабостях.

Дадаш усмехнулся:

– А мне-то почем знать? Связывали руки, строили рядком, и куда-то уводили. Детей в повозках-клетушках увозили.

– А кто-нибудь сопротивлялся? – спросил старейшина, внимательно глядя на мою реакцию.

– Ну, разговор у них короткий был, – Дадаш скривился, что-то вспомнив, – Пару особо упрямых насадили на колья и подняли перед остальными для примера.

Я лихорадочно пытался сообразить, что там могло произойти. Скорее всего, если там Кабаны, то все это связано со всей этой историей. Скорпионы подставились с деревней Белых Волков, Кабаньи Клыки заявили о своих претензиях, и последовало какое-то наказание.

Но ведь Скорпионы уже выплатили свой долг. У них забрали половину молодежи на войну, хотя не должны были. Что же еще произошло? Что бы там ни случилось, мне нужно было туда попасть, и самому все выяснить. Тогда я смогу понять, как быть дальше.

В одной из повозок уезжала девочка Грезэ. Я представил эту картину, и к горлу подступил ком. Смешно, она, может быть, и не помнит меня вообще, а я тут собрался ее спасать.

– А деревню самих Скорпионов оттуда не видно? – спросил я.

– Нет, далеко очень. Но там тоже какое-то движение было, много зверей.

Я поджал губы, задумавшись. Видимо, на моем лице многое отразилось, и Евгений Павлович покачал головой.

– Нет, Марк, отпустить я тебя не могу. И не думай, что я такой злодей. Так будет лучше для тебя.

– Да, зверей там очень много, – кивнул Дадаш, – И, мне кажется, я видел «человека».

– Третью меру? – спросил старейшина.

– Да. На лошади, огромный, весь в железе.

Евгений Павлович кивнул, потом сказал:

– Так, за долиной Скорпионов наблюдаем с зеленой черты. Чуть что, сразу отступать, – он махнул Дадашу, – Организуй патруль, а потом можешь идти отдыхать.

Тот кивнул и сказал:

– Хорошо. К сестре могу сходить?

Старейшина улыбнулся:

– На, что за вопросы. Можно, конечно.

И он махнул мне рукой, приглашая следовать за ним. Я, подхватив свой костыль, послушно поковылял. Напоследок я обернулся и кивнул Дадашу:

– Спасибо.

Тот махнул рукой и прошел в дом к Каре.

Мы некоторое время шли по деревне, направляясь уже в другой конец. Я еще пару раз услышал крик Рычка, от которого у меня схватывало все нутро. Вот так пытаться «не обращать» внимания было больнее, чем получать по морде от нулей-живодеров.

Скоро я сам так буду кричать, когда с ума сойду от угрызений совести. На Рычке там опыты ставят, ядом пичкают, а я беззаботно по деревне прогуливаюсь.

Спина Евгения Павловича мерно покачивалась впереди, и прямо манила проехаться по ней костылем. Его я уложу спокойно, но ведь надо еще вытащить Рычка, а потом убежать из деревни, вооруженной меткими арбалетчиками.

Тем более, в разговоре проскользнула застава…

– У вас еще и заставы есть? – спросил я.

– Да, небольшая сторожка перед грозовыми воротами, – кивнул он, обернувшись, – На случай, если кто-то захочет пройти. Или выйти.

– А если захватят ее, – сказал я, – Как заметите?

– У заставы цель одна, – сказал старейшина, – Подать сигнал. Там всегда дрова заготовлены, а здесь дежурный сидит. И смотрит.

– На закат капитализма? – попытался пошутить я.

Евгений Павлович сморщился.

– Было бы смешно, если не так грустно, – он вздохнул, – Вот вроде тридцать лет прошло. Я ведь оттуда, из Союза, пытаюсь сюда все лучшее взять.

Кивнув, я сам в это время думал, что застава – еще одна проблема. Впрочем, если они там смотрят только на проход через грозовые ворота, напасть сзади не будет проблемой.

Я неудачно наступил на камушек, и в перебинтованной ноге стрельнуло. Это она мне так намекнула, что побег со сломанной лодыжкой заранее обречен на провал.

– Что же там такого, у Скорпионов, что ты в лице поменялся? – вдруг спросил старейшина, – Я ведь чувствую, что ты так и не хочешь остаться, даже после рассказа Дадаша.

– Ну… – я замялся, пытаясь придумать весомую причину.

– Или там кто-то?

– Женщина, – выпалил я.

Адрианна, честно, не была для меня той причиной, ради которой я бы прыгнул в лапы смерти. Но, как правдоподобная версия, она для меня подходила. Тем более, стоит самому себе признаться, если она попадется на пути, разве я откажусь помочь?

– Постой, – старейшина снова обернулся, – Так это из-за бабы?

Я сразу тряхнул головой и упрямо засопел, дополняя образ.

– Вот же на хрен, – засмеялся Евгений Павлович, – А ты видел, какие у нас здесь красавицы ходят, а?

Он обвел деревню руками. Девушек здесь было много, и тут мастер Женя был прав. Нуляшки отличались завидной красотой.

– Эх, Марк, спасибо, что ответил, – старейшина положил мне руку на плечо, – Теперь я тебя и на выстрел не отпущу. Это ж надо, из-за бабы смерть искать? Тем более, ты ее больше двух недель знать не можешь.

Я едва сдержался, чтоб не усмехнуться. Две недели – это он хватил. Если говорить о девочке Грезэ, то там счет вообще на секунды шел.

– А еще я дам тебе возможность отомстить, – сказал, будто я уже на все согласился, старейшина, – Вот мстить можешь сколько угодно.

Мы пошли дальше, и я старался не отставать от него. Вскоре, пройдя пару улочек, мы вышли к небольшой арене.

Круглая площадка, как и стрельбище, тоже была расположена возле стены. Здесь упражнялись на деревянных мечах несколько нолей.

Заметив старейшину, они прекратили махаться палками, но тот кивнул им, и они продолжили. Я не был экспертом, но то, чем они занимались, было больше похоже на танцы, чем боевое искусство. У Скорпионов на арене все было по-настоящему.

Политика Евгения Павловича относительно других мер сама же и губила на корню всю его затею. Ему бы сюда зверя, владеющего клинком, он бы обучил этих нулей азам. Теперь ясно, зачем ему я.

У стены стояли стойки с деревянными мечами. Я вспомнил, что Скорпионы называли их «клавами». А сбоку стояла пара стоек с настоящим оружием. Я удивился, увидев здесь вполне приличные мечи, топоры и… копья.

С удобным древком, длинным наконечником…