Размышления русского боксёра в токийской академии Тамагава, 7 (СИ) - Афанасьев Семён

И ведь не спросишь – неприлично будет. И так сегодня откровений выше крыши.

* * *

Разговор двух неустановленных абонентов.

– Добрый вечер. Как ваш сын?

– Здравствуйте. Спасибо. Перелом руки, сложный, в трёх местах. Пришлось делать операцию. Длилась три с половиной часа.

– Могу поинтересоваться деталями? Господин Муроя, надеюсь, это не слишком беспардонно с моей стороны?

– Прекратите, всё нормально. Мы же договорились… Врач сказал, очень много времени ушло на совмещение. Перелом был винтообразный. Повторюсь, ещё и множественный. Это имеет какое-то своё название в медицине, но я запомнил простыми словами.

– Даже не знаю, как спросить… Как это возможно? Недомерок меньше вашего сына в два раза?

– У него был железный прут в руках. Сын рассказал, он его нокаутировал вначале, а потом, в полубессознательном состоянии, уже покалечил.

– Что-то ритуальное? Судя по характеру травм? Не сочтите за зацикленность, но хотелось бы понимать, чего ждать Сэю. Он ведь тоже два раза проигрывал уже…

– Мои вам соболезнования, искренние, – говорящий вздыхает. – Но у вашего Сэя хотя бы есть специальная подготовка. Ваш-то хоть разбирается, как надо бить.

– Судя по результатам, не очень, – собеседник отзеркаливает вздох. – Другое дело что вариантов нет. Вы попытались дозвониться по номерам, которые дали в отделе учёта учащихся?

– Да. Такое впечатление, что долбаный якудза оставил аппарат где-то по одному адресу, а сам находится по другому.

– Такое возможно?

– Вряд ли. Очень сомневаюсь, всё же не тот бизнес, хе-хе. Видимо, что-то иное.

– Может быть, что он просто не желает с нами разговаривать? Потому что исключает сам вариант переговоров?

– Не думаю. Автодозвон, больше часа, с трёх разных номеров. Если бы он не хотел разговаривать, он бы внёс в чёрный список номера либо как-то заблокировал соединение. Вы бы выдержали полтора часа беспрерывных вызовов? Даже беззвучно, просто сверкание перед глазами?

– Согласен. Видимо, что-то иное… А если мы до завтрашнего утра так и не дозвонимся?

– Если до утра не дозвонимся – значит, и договориться с ним не сможем. Значит, ситуацию мы не контролируем.

– Тогда действуем по второму плану?

– Да. Кстати, а телефона этой секретарши у нас нет возможности достать? Может, если не отвечает Асада-старший, что-то можно предварительно с ней обсудить? Хотя бы, устное соглашение о перемирии до встречи?

– У меня такой возможности нет. Это в полиции надо спрашивать, а в девятом бюро у меня никого.

– У меня есть варианты, но не охота из-за такой мелочи тревожить серьёзных людей.

– Я думаю, вариант два вполне купирует все риски, о которых мы говорили. Имплант есть имплант. Пусть даже временный и частичный.

– Согласен. Но в голове держим, что до утра время есть. Возможно, его отец сам нам ещё перезвонит?

– Тоже надеюсь. Когда-то же он вернётся к своему аппарату.

* * *

– Привет, – в отличие от родной сестры, её подруга Мао встаёт из-за стола, делая шаг мне навстречу.

После чего целует, чуть задерживая язык на моей щеке. К-хм.

Сестрице видна только спина подруги, потому оценить всех деталей Ю не может.

– Привет, – достаточно отстранённо кивает сестра. – Ты голодный?

– Мы-то уже поели, так что я бы место сменила. – Подхватывает её подруга по фамилии Курата.

Недорогой ресторан, в котором мы все встретились, скорее является просто качественной столовой. Несмотря на абсолютно нормальное меню (судя по тому, что я вижу на других столах), интерьер, конечно, не самый располагающий.

Деревянные столы и лавки побуждают быстрее поесть – и освободить место для следующих.

– Да, я успел поесть, – подхватываю ранцы обеих дам. – Домой же заходил после спортзала, в порядок себя привёл, – жестом намекаю сестре на некоторые банные процедуры, в экономичном формате тренировочного комплекса недоступные.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Как ты много успеваешь, – вроде бы искренне и добродушно, улыбается Мао, подхватывая меня под руку.

Под крайне неодобрительный взгляд Ю.

– Куда пойдём? – уточняет нам в спину сестра как-то чересчур задумчиво.

– Вначале же в кегельбан собирались? – Мао вопросительно хлопает ресницами.

Странно. Вроде бы и гормональная система лично у меня работает на все сто. И, одновременно, какое-то странное ощущение не покидает.

Отключив вообще все расширения концентратора, принимаю парадоксальное решение сегодня положиться исключительно на личный опыт. Если считать в абсолюте, я буду постарше даже их обеих, вместе взятых.

Глава 28

– Как жизнь? – Гэнки Томиясу, глава организации (и, по совместительству, ещё детский товарищ своего да «соседей» финансиста), вежливо наклонился над опущенным водительским стеклом.

– Приветствую. – Рицу, личный водитель друга, тут же вытянулся прямо в кресле.

Он даже растерянно потянулся к ручке двери, чтоб выйти из машины; но с той стороны на дверь опирался оябун.

Томиясу остановил парня:

– Сиди, я всё равно не к тебе приходил.

– Жизнь нормально. Сижу на месте, пока в офисе свет не погаснет. Затем звоню Куроге – и еду домой. – Дисциплинированно доложил стандартный порядок Рицу, не забыв упомянуть ежедневный рапорт начальнику безопасности. – Утром, к семи, я снова тут. Поднимаюсь в офис. Господин Асада по интеркому отвечает, чтоб я ждал внизу. Жду опять, пока в офисе свет не погаснет.

– Не скучно? – отстранённо поинтересовался кумитё.

– Шутите? – не принял предлагаемого сокращения дистанции сотрудник. – Меня всё устраивает. Порядок мне не в тягость.

– Тебе тут ещё дней пять, может быть, на парковке развлекаться, – заметил Гэнки, косясь на вход в стеклянный стакан офисного здания. – Смотри, а то могу тебя пока на другой маршрут поставить?

– Спасибо. Если не возражаете, я лучше тут. Всё равно же тут кому-то надо будет дежурить?

– Логично… Кстати, ты с Мивако не ездил в школу к его сыну? – Томиясу кивнул на окна офиса.

– Нет. Она сама была за рулём, и стартовала не отсюда. – Водитель помялся, думая, посвящать ли главного босса в достаточно личные детали других сослуживцев.

– Ни говори ничего, я понял, – верно истолковал заминку оябун, выпрямляясь. – К тебе претензий нет.

– Если бы я был с ней, я бы не позволил мажорам её ударить. – Тихо сказал Рицу, глядя перед собой. – Либо, если бы не смог упредить, переломал бы всем руки. Так, чтоб долго срастались.

– Так руки там именно что переломали! – отчего-то развеселился кумитё. – На три раза, с проворотом, винтообразные переломы со смещением. Врач говорит, заживать будет порядком. Асада-младший постарался, – доверительно завершил он и потянулся в карман.

Из окна машины тут же появилась рука водителя с горящей зажигалкой.

– М-м-м-м-м, нет, прикуриватель лучше дай, – покачал головой Гэнки, извлекая не сигарету, а сигару. – От зажигалки не хочу.

Зажигалка в окне менее чем за секунду сменилась на светящийся красным прикуриватель.

– Угум-м… – Томиясу молча кивнул, затягиваясь.

– А как Маса в Тамагава справился? – осторожно спросил Рицу, всё-таки принимая невысказанное приглашение оябуна к диалогу.

Водитель был далеко не глуп, имел за спиной и опыт, и образование (пока – удалённое неоконченное, но тем не менее). Он понимал: Томиясу сейчас хочет поболтать, просто поболтать. Но старый товарищ босса, с кем он обычно это делал, по ряду технических моментов к общению в этот момент был пригоден не до конца.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Вот я и сам удивляюсь, – тихо посмеялся кумитё. – Специально заехал расспросить нашего финансового воротилу – что у него за перемены с сыном.

– А что у них в школе вообще произошло? – вежливо уточнил сотрудник. – Я только на форуме упоминание видел.