Имперский хакер. Вернуть свое - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

— Господа не желают примериться? — ехидно уточнил граф Найдёнов. — Кто попросит извинений?

— Не готов их принять, — спокойно ответил я.

Дело в том, если на секундочку представить, как мой обидчик выдавит из себя слова извинения и их приму, в глазах собравшихся в этом окажется заслуга Ирины Михайловны. Мол простолюдин струсил, а замяла это дело его покровительница. Какие пойдут слухи и сплетни? Блондинку тоже подставлю под удар осуждения обществом. С одной стороны, мне на благородных плевать, однако, работать именно с ними собирался. В их руках сосредоточено большинство производств, где требуются услуги нашей фирмы. Нет, обычным людям оказывать услуги, разумеется, будем, но основной доход рассчитан именно на различные кланы, а в них сплошь аристократы! Это касается прикрытия, для официальной отчётности, хакерские дела не в счёт.

— Пройдёмте на ристалище? — предложил Степан Григорьевич, не скрывая улыбки.

Мало я этому белобрысому наглецу проблем доставил. Пожалуй, пора за него всерьёз взяться. Он в сеть выйти не сможет, сразу получит спам-атаку! Или палить его железо, с периодичностью этак раз в неделю и чаще? Ладно, подумаю, просто так это не оставлю. Даже в такой ситуации и то на Викторию бросает многообещающие взгляды. Мало его проучил, мой косяк!

— А что скажет именинница? — Ирина Михайловна обратилась к Серафиме. — Это её праздник и если пожелает, то дуэль вольна отложить.

Взгляды скрестились на засмущавшейся виновнице торжества. При этом спутник моего обидчика и граф Найдёнов, с которым Серафима недавно танцевала, делают ей знаки, чтобы не встревала.

— Простите, говорят, что красивые сражения на балах и торжественных приёмах являются своего рода украшением, — пролепетала именинница, потом взяла себя в руки и с улыбкой продолжила: — Конфликт меня никак не затрагивает, если не ошибаюсь, вмешиваться не могу.

Хм, похоже, эффектная блондинка сильно разочарована в словах той, кому подарила байк, да ещё с родителями вела переговоры.

— Я тебя услышала, — кивнула дама в красном, от которой прямо-таки веет раздражением. — Господа, бой до первой крови, правильно?

— Троекратное оскорбление при многочисленных свидетелях, — отрицательно качнул головой Востриков. — Оставляю за собой право нанести столько же уколов, если раньше не услышу слова о пощаде.

Я пожал плечами и никак не прокомментировал слова своего оппонента. Виктория притихла, идёт рядом и кусает губы. На мои замечания не реагирует и готова разрыдаться.

— Ты меня уже хоронишь? — улучил момент, когда рядом образовалось пустое пространство. — Вик, ты же неплохо меня изучила, неужели не доверяешь? Учти, за каждую слезинку, пролитую по мне, в постели с тебя спрошу.

— Алексей, ты о чём? — не поняла та.

— После приёма в квартиру вернёмся и тогда покажу на что способен!

— А силы-то останутся? — спросила та и всё же шмыгнула носом.

— Прости, платок свой наглецу отдал, — провёл кончиком пальца по её щекам, стирая солёные капельки. — Сейчас нос распухнет, лицо пятнами пойдёт, а ты мне танец обещала. Как вальсировать будешь?

— Ты уверен? — с шумом сглотнула та.

— Посмотришь, — подмигнул и направился к обслуживающему ристалище господину, перед которым стоит виконт, какой-то его приятель и Ирина Михайловна.

Шпаги уже вынесли, право выбора оружия предоставили мне. Но это чистая формальность, клинки одинаковые, их изготавливал один мастер.

— Отойдём на пару слов, — скрипнув зубами, произнесла блондинка, кивнув мне в один из углов зала. — Там не подслушают, для видеокамер мёртвая зона, микрофонов нет.

— Что за таинственность, — хмыкнул я, но отказываться не стал.

Любая информация полезна и никогда не бывает лишней.

— Алексей Петрович, всё это, — она чуть повела рукой, обводя усаживающихся на отведённые места гостей, — заранее спланировали, когда узнали, что вы получили приглашение. Ссора искусственная, виконта о ней просили, и он дал слово. Отступить не может, как и вы. Драться будет в полную силу и ваши шансы, — девушка вздохнула, — оцениваю ниже нуля.

— Это как, сам себя должен поранить? — хмыкнул я.

— Не придирайтесь, — поморщилась Ирина. — Допустим, на ваш выигрыш дам процент или два. От этого ничего не изменится! Кирилл Сергеевич, входил в сотню лучших фехтовальщиков империи, правда, среди юношей, но это о многом говорит.

Действительно, против меня не выставили монстра, посчитали, что получится некрасиво. А так, чуть старше противник, особых заслуг во взрослой жизни не имеет. Какие претензии?

— И? — невозмутимо поинтересовался я. — Неужели подумали напугать?

— Вы мне симпатичны, — медленно произнесла блондинка, увидела моё изумление и уточнила: — Не как мужчина, а как личность и собеседник.

— Странное определение, — задумчиво сказал девушке. — Если вы не поняли, то Виктория моя очень близкая подруга и оставлять её не входит в мои планы.

— Господь с вами, мы плохо знакомы и, простите, вы не в моё вкусе! — заявила Ирина Михайловна. — Но интересны и общение хотела бы продолжить.

Что-то она темнит, однако, на уточняющие вопросы точно не ответит.

— А хотите-то от меня чего? — устало задал я вопрос, краем глаза наблюдая, как мой предстоящий соперник производит разминку. — Не думаете, что, — кивнул в сторону виконта, — он лучше подготовится?

Блондинка на меня с прищуром посмотрела, словно пытаясь прочесть мысли, а потом вздохнула и махнула рукой:

— Идите, удачи и будьте осторожны прошу вас.

— Благодарю, — кивнул ей, а когда развернулся то услышал скрежет зубов своей собеседницы и чуть слышное бормотание:

— Такой же упрямец, один в один.

Интересно, кого ей напомнил? Впрочем, эту мысль почти сразу отбросил. Необходимо сосредоточиться на бое, это не состязание и оружие боевое. Шутки в сторону! Снял пиджак и отдал его Виктории, попросив позаботиться. Самойлова испуганно смотрит, пытается улыбаться, но получается плохо. Даже сказать и то ничего не смогла, только ещё сильнее губу прикусила.

— Просил же не психовать, всё нормально, это просто шоу, спланированное организаторами. Не удивлюсь, что пригласили на него в качестве участника, а предупредить забыли, — сказал подруге и пошёл к дожидающимся меня виконту и распорядителю ристалища.

Дуэльный круг порядка сорока квадратов, поверхность ворсистая, не скользящая. Свет не ослепляющий, внешние раздражители — зрители.

— Раз примирение невозможно, то бой до трёх уколов одному из противников, тогда его остановлю. Не дай Бог, ослушаетесь! — погрозил пальцем вальяжный распорядитель, почему-то обращаясь к виконту.

— Не волнуйтесь,