Мера ноль (СИ) - Изотов Александр

– Держи баклер, копейщики должны с ним уметь управляться.

Небольшой, круглый, с металлической окантовкой. Я подхватил щит совершенно рефлекторно, как будто тысячу раз так делал. Рычок нагнулся, выдирая ценную стрелу из Кабана.

В этот же момент из-за другого края скалы показался второй зверь. Блодин со светлыми волосами. Как же его там? Кан, кажется.

– А, просва сраная! – Кан застыл, круглыми глазами глядя на тело Хама, лежащего у нас под ногами.

Нас разделяла только яма схрона. Я, не мешкая, метнул копье, и блондин дернулся, отбивая мечом снаряд. Но Рычок выстрелил следом, с разницей в долю секунды, и стрела вошла в грудь, ближе к плечу.

Ох, мне бы так стрелять! Я разбежался, подхватив второе копье у края схрона, и прыгнул через яму. Кан упал на колено, но ему все же удалось выдрать стрелу. Приземлившись, я через кувырок всадил копье ему в живот.

Кабан заорал и махнул мечом, я же сделал шаг вперед и подставил баклер под удар. По мне будто рельсой прилетело, послышался треск, и меня кинуло на колени. Но я, тряхнув головой, продолжал давить на копье, выкручивая наконечник.

– А-аргх, – прохрипел Кан, – Убью! Собачий ноль!

Он снова замахнулся, в этот момент ему прямо в глаз прилетела вторая стрела. Кабан дернулся, застыл, открыв рот, и повалился назад.

Пошатываясь, я встал, растирая ушибленную руку, и удивленно глянул на баклер. Бедный щит почти развалился на две половинки, только металлическая окантовка удерживала их. Вот это удары у зверей!

Покрутив головой, я подождал третьего, но больше никто не вышел. Видимо, их начальник остался в деревне, встречать Рюглу.

– Уходить надо, – крикнул я, прыгая в яму за другим, целым щитом, – Бери стрелы и бежим.

Я схватил новенький баклер, а потом, недолго думая, взял целую вязанку мелких метательных копий. Они все умещались в длинном чехле по типу колчана, и спокойно крепились на спине. Уж с ними-то у меня лучше получится, чем с луком.

Снова протрубил рог. Я выскочил из схрона, и Рычок дернулся было закрыть его.

– Сдурел?!? – крикнул я, – Бежим!

Мы кинулись дальше, на холм, а потом сбежали по склону и понеслись уже по низинам. Эти самые Проклятые Горы темной стеной возвышались впереди.

– Они же схрон найдут! – возмущался Волчонок.

– Зато без нас!

Сзади снова послышался рог, и он будто придал нам ускорения. Я чувствовал, что уже должен был устать, но мне показалось, что щит в руке будто добавил мне сил. Кто знает, быть может, дар Скорпионов и на него распространяется?

Мы не поднимались на вершины, это отнимало силы, и нас могли заметить раньше времени. Волчонок вел вперед уверенной дорогой, будто тысячи раз тут бегал.

– Как ты так стреляешь из лука? – спросил я, – Я не заметил у тебя личного пути.

– Ну, – Рычок замялся, – Есть его зачатки. Меня научил отец, и, кроме того, чтобы стрелять, я ничего толком и не умею.

– Ты там охотился? – я указал вперед.

Волчонок замотал головой:

– Нет. Там Ущелье Правды.

Меня чуть удивила эта новость. Интересно, а это не то же самое, что Пещера Правды?

– А ты проходил его?

– Да нет, конечно, – Рычок со злостью сжал кулаки, – Но я бы прошел, точно говорю! Мне бы только вторую ступень.

Я посмотрел на Проклятые Горы еще раз. Тут Ущелье Правды, у Скорпионов пещера с такой же функцией. И все в горах. Может ли такое быть, что пещера Скорпионов как-то связана с этими горами? Или с этим ущельем.

– В это ущелье только Кабаны и ходят, – сказал Рычок, и нехотя добавил, – Белые Волки нечасто проходят испытание…

Тут, может, требовалось его поддержать, но я промолчал. Меня больше удивило, что Кабаньи Клыки тоже туда ходят. А значит, знают дорогу.

Холмы вокруг огрубели, стали чаше попадаться каменные выступы и лбы, торчащие прямо из земли. Я понял, что скоро мы уже выйдем в горы, темные вершины уже почти нависали над нами.

Сердце екнуло, оповещая об опасности, и я толкнул Рычка в сторону. Мимо со свистом пролетела стрела. Мы устояли на ногах и понеслись дальше, лавируя между огромными камнями.

На одном из поворотов я обернулся. За нами бежал отряд Кабанов, позади них на вершине холма стоял всадник. Он поднял над головой посох. Неужели тоже умеет колдовать?

Опасность будто шла из-под земли, била по чувствам, и я крикнул Рычку.

– Прыгай, – я сам взвился в воздух.

К счастью, Волчонок сначала прыгнул, а только потом стал думать. Прямо под нами будто ощетинилась щетка из острых камней. Они, словно сотня клыков, выскочили из земли на две ладони, и исчезли.

Приземлившись, я снова понесся дальше. Не было времени удивляться. Мы бежали юзом, мимо еще пару раз свистнули стрелы. Огибая холм, я подумал, что уже можем не успеть.

– Осторожно! – крикнул Рычок.

Поздно. Земля просто исчезла у меня под ногами, и я кувыркнулся вниз. Мастерство Скорпионов сразу же вернуло меня в правильное положение, и я поскользил по крутому склону, собирая мягким местом все уступы.

Рядом скачками спускался Рычок.

Передо нами открылось огромное ущелье с широким дном. Оно уходило далеко вперед, в горы, и терялось между вершинами. По размерам ущелье больше походило на долину, до того колоссальным все казалось.

Проскользив, я ударился ногами в большом каменный выступ, чуть не пробив коленками себе подбородок.

– А-а-а, – вырвалось у меня.

Рядом приземлился Рычок.

– Это – Ущелье Правды!

Моя рука дернулась, вскинула щит над Волчонком – и в нем появилась стрела. Наконечник чудом не пропахал мне руку.

Я поднял голову. Кабаны уже появились на краю, двое целились из луков.

– Сейчас расстреляют нас, – Рычок тоже вскинул лук, собираясь отстреливаться.

И тут воздух сотряс гул. Тяжелый, утробный, казалось, он заполнил все ущелье, горы, всю Вселенную! Затрясся склон, камни завибрировали, потихоньку выворачиваясь из породы. Я испугался, сейчас начнется мощное землетрясение, но гул неожиданно прекратился.

Кабаны сразу же исчезли с края. Я, прикрываясь щитом, пытался понять, что происходит, и посмотрел на ущелье. Там я ничего подозрительного не заметил, поэтому я обернулся на Волчонка. Тот был бледный, как поганка, под цвет своим волосам, и смотрел на меня круглыми от страха глазами.

– Так, – сразу спросил я, – Что все это значит?

Рычок дрожащими губами произнес:

– Это Ревун! – он тут же вскинул голову наверх, – Нельзя в Проклятые! Нельзя!

Рычок дернулся было забраться обратно, но я схватил его за ногу и стащил вниз. Он забил руками и ногами, и я врезал ему пощечину.

– Наверху – смерть!

– Тут везде смерть! – крикнул он.

– Так какая тебе разница?!?

Звереныш посмотрел на меня удивленными глазами, будто я сморозил глупость.

– Это Ревун! Гудящий!

– И что? – спросил я, не забывая поглядывать наверх.

– Как что? Это смерть! Слышишь Ревуна, беги!

Я стиснул его плечо и толкнул вперед, чтобы он спускался дальше.

– А мы не пойдем к Ревуну! Мы обойдем его!

Рычок сопротивлялся, но не особо сильно.

– Вот кто тебе сказал, что Ревун – это смерть? – пытался я достучаться до него.

– Старшие… – беспомощно пробормотал Волчонок.

– А нули могут сражаться? Может ноль победить зверя? – спросил я, – Что про это старшие говорят?

– Не может… – тихо ответил мальчишка.

Мы медленно сползали вниз, приближаясь ко дну ущелья.

– Не слышу, – сказал я.

– Не может ноль победить зверя! – уже громче повторил Рычок.

Я засмеялся, махнув головой назад.

– Им тоже старшие говорили, нуля не бойся! – а потом я ткнул себе в грудь, – А теперь они у меня вот где. Понятно?

– Понятно, – смущенно сказал Волчонок, а потом помотал головой, – Только здесь другое.

– Почему?

– Тут не место никому. Ни зверям, ни первушникам, ни нулям. Здесь Небо наказывает всех, кто зайдет далеко.

Я чуть не застонал, задрав голову. Небо наказывает! Ну, сколько можно-то?