Первый ярус (СИ) - Баранников Сергей

— Не удивительно. Кристаллы горят красным. Твари в Лабиринте вообще с ума посходили. Вон, даже огры кидаются на своих же, чуть что не так.

Я вспомнил случай с обезумевшим огром и поежился. Не хотелось, чтобы что-то подобное произошло с одним из чудовищ, идущих рядом.

— Нет, похоже, что впереди какая-то проблема, — заметила Кари, которая не вступала до этого в разговор, а внимательно следила за колдунами.

Проблема не заставила себя долго ждать. Впереди нашей колонны воздух пошел волнами, а стены завибрировали, словно где-то рядом начались несколько десятков небольших землетрясений. Колдуны попятились и бросились врассыпную.

— Огров сюда, живо! — завопил Колбейн, который был встревожен не на шутку.

Что же могло так напугать старого колдуна, да еще и на первом ярусе? Вместо того чтобы прятаться, я замер и как завороженный наблюдал за происходящим. А вот друзья решили не искушать судьбу и устроились за ближайшим камнем. Барил, которому не нашлось места в укрытии, просто улегся на пол, закрыв голову руками.

— Ричи, уйди оттуда, живо! — скомандовала Кари.

— Да ладно тебе, интересно же посмотреть. Гляди сколько их, наверняка они разберутся с этой проблемой.

В том, что колдуны выйдут победителями в схватке с этой неведомой опасностью я не сомневался. В конечном счете, каким бы цветом не светились кристаллы, это же первый ярус! Да, не нулевой, но пока еще слишком легкий, чтобы встретить действительно что-то смертельное для такого отряда. Хотя реакция колдунов настораживала.

— Уйди, слышишь? — Кари не унималась.

— Перестань, что может быть опасного на первом уровне. Это наверняка какой-нибудь… Элементаль?

Последнее слово я договорил, когда существо, словно уж, протиснулось сквозь узкие для него створки тоннеля и оказалось в пещере. Это было создание, целиком состоящее из камня. Местами его тело увенчивали скопления различных металлов, россыпи кристаллов и корни различных растений, растущих лишь благодаря свету кристаллов. Похоже, он был не рад тому, что его потревожили.

— Беру свои слова назад, — произнес я, падая на землю рядом с Барилом.

Похоже, намечается серьезная драка, и я не то, чтобы сильно болел за успех элементаля, но меня бы устроила результативная стычка, после которой обе стороны понесут как можно большие потери. Подняв голову, я наблюдал за битвой со стороны. Это отличная возможность в деле проверить чего ждать от наших врагов.

Заклинания колдунов лишь оцарапали поверхность каменного гиганта, а огры нерешительно топтались в стороне. Один из колдунов, которому не посчастливилось попасться под горячую руку, взмыл в воздух от одного удара и впечатался в противоположную сторону пещеры. Огр оказался крепче. Он пролетел всего пару метров, но итог для обоих был одинаков.

Увидев гибель своего сородича, огры пришли в бешенство и бросились в атаку. Их мощные дубины обрушивались на элементаля, выбивая с того каменную крошку. Колдуны воспользовались шансом и отошли подальше, продолжая обстреливать существо темной магией.

— Плетите сеть, бездельники! — зарычал Колбейн.

Он первым поднял руки и принялся создавать магическую сеть. Остальные колдуны присоединилсь к нему. Пока каменный гигант делал отбивную из огров, колдуны создали огромную плотную сеть и направили ее на противника. На своем пути сеть прихватила парочку огров, которым не повезло оказаться на ее пути, но служителей лабиринта это нисколько не смутило. Похоже, они были готовы к таким потерям. Главная цель была достигнута. Общими усилиями колдуны спутали каменного гиганта и повалили на землю.

Почувствовал безнаказанность, огры бросились на свою жертву и принялись колотить порождение стихий дубинами, пока оно не замерло, испустив дух.

— Отойдите все в сторону! — скомандовал Колбейн. — Мне нужен первородный дух.

Я напрягся, услышав слова старика. Что еще за первородный дух? Никогда не слышал ни о чем подобном.

— Кари, ты в курсе о чем это он?

— Вероятно речь о сердце элементаля. Точнее, не совсем сердце, а той искре, благодаря которой в нем зародилась жизнь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Как думаешь, зачем она ему?

— Возможно захочет вернуть кого-то к жизни. Не знаю точно.

— Разве есть что-то, чего ты не знаешь? — я удивленно обернулся на девушку, заставив ее покраснеть от смущения.

— Я и это видела лишь мельком. В этом мире существует много вещей, о которых мы не знаем.

Магическая сеть рассеялась после того, как Колбейн опустил руки и направился к поверженному порождению стихий. Я следил за действиями старика, не сводя с него глаз. Он возложил руки на грудь элементаля и закрыл глаза. Интересно, что он делает? Как ему удается достать эту частичку жизни и куда он ее покладет? Колбейн отпрянул от тела поверженного гиганта, когда яркая частичка поднялась над безжизненной грудой камня. Колдун вынул фиал и осторожно поймал частичку в стеклянную колбу.

— Хорошая работа, — похвалил он остальных. — В конечном счете, не бывает только плохих событий. Каждая беда приносит и радость.

— Вы вернете Феррина к жизни? — восторженно произнес один из колдунов.

— Вот еще! Ты хоть понимаешь какая это редкость? — Колбейн спрятал фиал за пояс и накрыл ее полами плаща. — Мало просто победить элементаля. Он должен быть достаточно сильным и древним, чтобы частичка не улетучилась с его смертью. У молодых элементалей это происходит практически мгновенно.

— Но зачем она вам? Кого вы хотите вернуть к жизни? — не унимался другой колдун.

— Не твоего ума дело, — отрезал старик. — Что встали? Поднимайте бойцов и в путь!

Уцелевшие колдуны бросились наводить порядок в строю. В скором времени нас снова подняли и повели дальше. Из этой ситуации я вынес урок, что обитатели подземелья не обязательно подчиняются Лабиринту, а могут жить своей жизнью и иметь собственные цели. Выходит, не все они и враги, хоть и опасны в равной мере. А еще я понял, что в день, когда Лабиринт горит красным, я даже не подумаю сунуться сюда. Если такие существа бродят по первому ярусу, что же там на более нижних?

— Долго нам еще идти? — поинтересовался Витольд. Перспектива спускаться глубоко вниз его не прельщала. Чем дальше мы шли, тем мрачнее становился наемник и его бойцы.

— Еще пару ярусов, и будем на месте, — хохотнул Колбейн.

— Старик, я не говорил, что хочу спускаться в самые недра!

— Можешь остаться здесь, если тебе так хочется, — колдун резко повернулся к своему собеседнику и наградил его суровым взглядом. — Ты думаешь, мы уходим так далеко от нечего делать?

— Я знаю зачем это все, — ответил наемник.

— Тогда иди и не ной. Не думаю, что кто-то из людей рад таким длительным переходам, — колдун остановился перед большой пещерой, из которой в разные стороны расходились несколько коридоров. — Хорошо, если ты так настаиваешь, мы пойдем быстрее. Кедран, Зельвиг, остаетесь здесь! Нифур, Торам, берете свои отряды пленников и ведете их за мной.

Колдуны разделились. Двое остались возле нас, а остальные направились к Колбейну. Огры также остались возле своих колдунов, а вот все гоблины, которые участвовали в захвате советника Трента, нерешительно переминались с ноги на ногу. Они явно не знали что им делать.

— Витольд, что стоишь? Идем! Гарк, веди своих гоблинов за нами.

— Почему ты все время тащишь меня за собой?

— Я думал, тебе будет интересно взглянуть на это, — произнес Колбейн. — Но, если честно, я не хочу оставлять тебя одного. Еще наделаешь глупостей и умудришься подохнуть здесь. А мне нужен сильный союзник, который послужит примером для остальных.

— Уговорил, — Витольд кивнул наемникам, приказывая следовать за ним, и отправился следом за Колбейном.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Отряд разделился на две части. Пленники заволновались, чувствуя скорую смерть, но удары кнутов быстро подавили их волю к борьбе. Самых стойких колдуны едва не забили до смерти. Ограм пришлось забросить их на плечи и нести в таком виде.

— Кедран, Зельвиг! Смотреть в оба! Если я узнаю, что хоть кто-то из них сбежал, поплатитесь головой! — Колбейн бросил быстрый взгляд на Трента. — Жаль, что ты не будешь слышать предсмертных криков, Трент. Ты пойдешь в следующей волне и умрешь последним. А пока сиди и думай, что ты мог исправить все это, но не смог.