"Выход" - Александр Александрович Яйков

приходилось держать свои конечности предельно расслабленными и мысленно следить за этой проблемой, чтобы не дернуться на какой-нибудь кочке. Благо, улицы главного степного поселения были вымощены камнем и почти идеально ровными, что позволяло не так пристально следить за своим сильно поменявшимся телом… и размышлять о том, что это уже не стойбище, а вполне основательный и полноценный город.

— Уж прости, потомок святых, но мы не удостоим тебя чести посетить дворец нашего правителя. Никак нельзя запятнать это древнее здание твоей проклятой творцами кровью. Мы уже сообщили халифу Уркоху о пленении имперского диверсанта и он согласился с тем что такого осквернителя как ты лучше допросить и казнить без лишних глаз, где-нибудь на окраине стойбища. Подальше от конюшен и богатых улиц, поближе к выгребным ямам, чтобы там потом и притопить твою оскверненную плоть — мешала моим мыслям эта черная носатая мышь, глумливо и ярко описывая мое скорое будущее. Он упивался своей маленькой властью надомной и не имея возможности навредить крепкому телу своей жертвы, глумился над беззащитным разумом, видимо наивно думая что его слова меня хоть как-то трогают. Смысл его речей миновал мои мысли, почти никак не цепляясь за них, вызывая слабое раздражение лишь своей нудностью и мерзким скрипучим голосом.

— Да-да-да-да. Я все понял, осознал свою ничтожность и уже боюсь. Я даже готов попросить прощения у твоего правителя за все свои злодейства и сотни убитых степняков. Готов ответить на все его вопросы… Только прекрати уже наконец скулить под ухом. У меня и так все болит от проклятия создателей, так еще и ты своим мерзотным голоском мучаешь. Помолчи немного и дай от тебя отдохнуть — намеренно громко просил я, явно привлекая внимание идущих по улице людей. Что точно не порадовало моего пленителя. Он требовательно зашипел, прося меня быть потише, но потом, ворча что-то себе под нос, нехотя слез с телеги. И вот я наконец-то остался наедине со своими мыслями… посреди довольно многолюдной и шумной улочки по которой меня куда-то везли.

Видимо Дион и Тохатоп сопротивлялись и умерли в бою, не желая даваться в руки пытарям халифа, из-за чего никто пока не понял, что я являюсь перерожденным. И это, несмотря на смерть пары хороших товарищей, было просто прекрасным исходом, так как выводило из-под внимания врагов сестренку Мирину. Они могут использовать ее жизнь как весомую угрозу… влияние которой могло меня и прогнуть под волю здешних правителей. Ну а раз опасности для сестры пока нет, мне можно было себя никак не сдерживать и поначалу даже поддержать ошибочную мысль о том, что я отпрыск имперских святых. Благо, никто из моих пленителей в этом не сомневался, видимо успев потыкать в меня клинками и оббив свои ноги об мои каменные бока. Ну а воспользоваться каким-нибудь шилом и ткнуть им глаз или ухо они не догадались, позволяя моему телу становиться еще крепче и живучее. Несмотря на то, что сильно ослабевшая боль еще блуждала по телу, говоря о том что необходимые для полного изменения пять дней еще не прошли, я почему-то был уверен в своей прочности. Даже начинало казаться, что все то же шило, пробив мозг, не смогло бы меня убить… учитывая мою выносливость, перевалившую за пять десятков.

[Дух — 1] [Интеллект — 11] [Ловкость — 35] [Выносливость — 51] [Сила — 101][Мирное владение — 13] [Боевое владение — 124]

Характеристики радовали глаз, но я пока не мог прочувствовать и осознать свой переход на новую сотню в силе. Да и до ста выносливости было пока далеко, так что у меня еще была возможность безнаказанно, со стороны творцов, убивать всяких одноглазых тварей. Но это потом. А сейчас для меня куда важнее было вызнать хотя бы примерные характеристики местного халифа и его верного слуги, ну а поняв насколько велика разница между нами, уже решать как вести с ними разговор. Хотелось бы конечно занять вершину сильнейшего, но сперва нужно было посмотреть на них… И попробовать выкрасть сестренку если они оба окажутся близки мне по силе. Лишать степь сразу двух защитников было точно нельзя, так как именно им придется биться с поводырем если у меня не получится его одолеть.

Ну а если я все же убью эту тварь, то возможно этой победы мне хватит чтобы стать высшим человеком. Только вот… непонятно, нужно мне это бессмертие или нет? С сестрой кажется все хорошо и ей мое появление принесет лишь боль воспоминаний и новые беды. Ну а иных целей в моей жизни кажется и не было. Можно было конечно последовать примеру других наблюдателей и, поставив еще одну статую в храмах, дождаться появления следующего бедствия…, а потом убить его и умереть от настоящего гнева творцов, желая подарить народам этой части мира еще одну или две сотни лет спокойствия. Столетие которое они потратят впустую, радуясь мирной жизни и не стремясь к какому-то развитию. Вон, как те же имперцы, которые ничего не меняли у себя до тех пор, пока их за зажиревший бок не начали покусывать кочевники. Насколько я знаю, все эти арбалеты и этот странный язык колокольчиков были придуманы всего несколько лет назад, для укрепления обороны своей огромной страны. В которой все привыкли к вечному миру и очень обрадовались тому, что в бой вместо себя можно отправлять всяких перерожденных дурачков.

Поэтому у меня не было никакого желания спасать местных, от которых практически не увидел ничего хорошего. Из-за чего у меня была надежда на то, что я не стану новым наблюдателем и сгнию в какой-нибудь далекой глуши, гоняя овец и лошадей как пастух Тохатоп.

— Почти приехали! Готовься к смерти, имперское животное — ворвался в мои мысли один надоедливый крыс, вызывая сильное желание подняться и оторвать ему голову. Но я все же сдержал этот неразумный порыв и просто промолчал, прекращая мучить себя мыслями о пока еще несуществующем будущем и стараясь не слушать мерзкие речи моего пленителя — Тебе посчастливится встретиться с самим халифом Уркохом и стражем его семьи Акураем. Поэтому будь рад такой чести и честно отвечай на все его вопросы. Он обучен чувствовать ложь и…

«- Надоел. Скорее бы меня уже привезли на казнь. Я ведь долго