Ложь - Анастасия Пименова

Ашер поднял взгляд, смотря на предмет, откуда прозвучал приказ.

– … мы всегда это делаем, как только срабатывает сирена, – пробурчал себе под нос Рон, – и нам всегда напоминают… Вот! – Ашер взглянул на экран компьютера и стал искать кое-что определенное.

– Что вы ищите, мистер Тернер…? – вопрос прозвучал неуверенно, и Рон даже нервно сглотнул, то и дело поглядывая на страшный шрам мистера Тернера.

Это первый раз, когда он видит ликтора, о котором ходит слишком много слухов, так близко.

Ашер молчит, когда на одной из камер он замечает Зейна. Ничего необычного, но что-то в его походке привлекает внимание ликтора.

Он указывает пальцем на Зейна и произносит:

– Покажи, откуда он пришел.

– Да… сейчас…

Вновь стук клавиатуры, и Рон выводит следующую картинку, как Зейн выходит из кабинета О'Нила, таща Эйвери, которая пытается вырваться из его хватки. Они слишком быстро скрываются в лифте.

Звука в камерах нет, но он и не требуется, чтобы понять, что она кричала.

Это единственная запись, так как больше в том здание камер нет. И туда, куда её затащил Зейн – камер тоже нет.

Рон оглядывается, собираясь задать очередной вопрос, но обрывается, не успев ничего произнести, ведь видит лицо мистера Тернера. Его потемневший взгляд, от которого по коже пробегает озноб, и все слова застревают в горле.

Атмосфера мгновенно сгущается, становится почти осязаемой. Рон чувствует, как внутри все сжимается от необъяснимой тревоги.

– Найди её, – два слова в тишине звучат, как выстрел.

Даже двое других людей стали кидать на Рона обеспокоенные взгляды, замирая и понимая, что лучше не привлекать внимание. Лучше вообще не дышать.

Рон вновь что-то начинает набирать на клавиатуре, и ему кажется, что он делает все слишком медленно.

Капля пота скатывается по его виску.

Рон выводит на экран мониторов несколько разных ракурсов с камер видеонаблюдения возле ворот, и Ашер видит Эйвери, добегающую до них.

Она оглядывается, смотря в одну из камер, с обратной стороны откуда на неё смотрит Ашер, хотя девушка об этом даже не догадывается.

Эйвери начинает колотить руками по воротам, оглядывается, понимая, что её преследуют.

– Открой их, – слова мистера Тернера кажутся Рону слуховым миражом. Он даже не совсем понимает смысл, поэтому хмурится и смотрит на ликтора. Но взгляд последнего прикован только к монитору, где по ту сторону Эйвери прислоняется лбом к воротам.

– Но… мистер Тернер, вы слышали приказ и знаете, что это… не по правилам… Меня за такое уволить могут…

Рон сбивается несколько раз, пока говорит такую длинную речь.

Ашер тянется за ножом и достает его, вонзая в левую ладонь Рона так быстро, что парень даже не сразу кричит, и так глубоко, что лезвие выходит с оборотной стороны стола.

Люди замирают, смотря на то, как кровь Рона быстро окрашивает поверхность рядом в кровавый цвет.

– Открывай чертова ворота.

Ликтор не сообщает ему, что он не привык повторять дважды. Иногда действия бывают более эффективны, чем слова.

Рон прерывисто дышит и спешно нажимает на клавиатуре уже только правой рукой несколько кнопок, и ворота начинают медленно открываться.

Эйвери оглядывается, а Ашер шепчет так тихо, что никто более его не слышит:

– Беги, мышка.

Как только Эйвери оказывается за пределами Анклава, то мистер Тернер велит Рону закрыть и более не открывать ворота.

Ликтор уходит, так и не вынимая нож из руки парнишки.

***

Полчаса спустя.

Ашер почти сразу отправился к О'Нилу, успев перед этим сделать пару дел. Нужно быть совсем дураком, ожидая, что О'Нил не узнает.

Правда, в кабинете О'Нила не оказалось, но Ашеру это не помешало в скором времени найти мужчину на минус первом этаже. Там, куда, по всей вероятности, отвел Зейн Эйвери.

Ликтор вышел из лифта и направился туда, откуда сильнее всего воняет.

Что здесь делают трупы? Их утилизируют, сжигая в одной из комнат, которая находится здесь же.

Ликтор свернул и замедлил шаг, замечая О'Нила и Зейна, который что-то говорит, указывая на одну из стен.

Его присутствие они замечают раньше, чем Ашер окончательно подходит, останавливаясь рядом.

О'Нил усмехнулся, глядя на него и вдруг задумался, что двигало Ашером, когда он решил помочь девчонке сбежать. У дьявола не может вдруг появиться сердце или такое чувство, как сострадание, милосердие… Всё это точно не про него.

Зейн? Да, возможно, О'Нил и предполагает, что ликтор питал теплые чувства к Эйвери, и скорее бы ослушался он… чем Ашер. Однако, Зейн почти сделал, как приказал О'Нил. Девчонка не выживет за пределами Анклава. Теперь она считается без вести пропавшей, то есть умершей, и О'Нил на всех законных основаниях может использовать Тобиаса Рида для проекта "гиперион".

Ашер сталкивается взглядами с О'Нилом, а после и с Зейном, который держит в руках пистолет.

– Ты всегда умел удивлять, Ашер, – говорит О'Нил, – и иногда это удивление было приятным, а иногда, как сейчас, не очень. – Мужчина сокращает дистанцию и останавливается рядом. – Хоть мне и интересно, как обычному человеку, по какой причине ты так поступил… Но. Я сам учил вас, что у некоторых мотивов просто не бывает. Они поступают по той или иной причине лишь по тому, что захотят.

О'Нил проходит мимо, но прежде, чем окончательно скрыться за поворотом, то оглядывается и смотрит на спину Ашера.

– Она того стоила? – единственный вопрос О'Нил всё-таки задает, зная, что не услышит от ликтора ответа, а после переводит взгляд на Зейна. – Убей его.

Ашер улыбается, смотря на то, как Зейн на секунды замирает.

Они знают друг друга с самого детства. Два брата не по крови, но по тому, что связало их судьбы. Такие разные и похожие одновременно…

Сейчас их взгляды несильно отличаются.

Напряжение вибрирует в воздухе, словно невидимая струна, натянутая до предела.

– Мистер доброе сердце оказался… с гнильцой, – эти слова ликтора работают для Зейна, как спусковой крючок.

Он делает два выстрела прямо в грудь Ашеру.

Эхо от выстрелов замирает в сыром воздухе этого места. Лишь спустя пару секунд слышно, как О'Нил окончательно уходит.

Ликтор опускает голову и смотрит на два отверстия в своей груди. Кровь едва видно из-за черного цвета формы.

Ашер падает на пол, пытаясь сделать новые вдохи, которые даются с трудом, и смотрит лишь на тусклый свет светильника над ним, когда перед глазами всё плывет.

Секунда, две… пять… семь… девять…

Тьма побеждает и окончательно сгущается, поглощая остатки света и сознания Ашера.