Страх - Анастасия Пименова

в сторону за волосы, волоча по земле.

Крик вырывается, сквозь который я едва различаю тихий голос Дэрила:

– Ты вновь нарушила правило номер два.

Рывком руки он отпихнул меня в стену и отпустил.

Я подняла тяжелый взгляд, видя, как его ноздри раздуваются, словно мужчина в бешенстве.

– Теперь тебя ждет наказание, Эйвери.

Прослеживаю, как он достает перчатки из кармана и надевает, а я пытаюсь подняться.

– Нет. Не вставай.

Не слушаюсь, бросаюсь в сторону, но тут же оказываюсь остановленной.

Он бьет с такой силой, что я вновь падаю на землю.

Следом ещё один удар, только уже ногой в живот. После рукой – куда-то в лицо, и перед глазами темнеет.

Мир взрывается болью.

Воздух выбивает из легких, и я пытаюсь вдохнуть, но не получается. Кандалы на руках мешаются, и я пытаюсь хоть как-то закрыться, чтобы спасти себя, но могу лишь всхлипывать.

Чувствую, как силы покидают меня, как боль заполняет все тело.

Сознание мечется, выхватывая обрывки мыслей.

В ушах звенит, словно после взрыва. Чувствую, как кровь течет по лицу, заливая глаза.

Пытаюсь сфокусировать взгляд, но вижу лишь расплывчатый силуэт. Слышу его голос, приглушенный и зловещий, словно шепот демона. Он говорит что-то, но слова не складываются в предложения, не имеют смысла. Кажется, Дэрил смеется.

Мужчина останавливается на секунды, переводя дыхание.

– … не шевелись, – доносится сквозь мутное сознание обрывок его фразы.

Пытаюсь собраться с силами, сконцентрироваться.

Не могу даже нормально дышать.

Заставляю себя пошевелиться, перевернуться на бок. Каждый мускул протестует, взрываясь новой волной боли. Чувствую вкус крови во рту, привкус страха и безысходности.

Собрав последние крохи воли, я делаю глубокий вдох, преодолевая боль. Открываю глаза и смотрю прямо на него.

Дэрил усмехается.

– Так даже будет намного приятнее, Эйвери. Приятнее, ломать тебя.

Очередной удар куда-то в живот, и дикая вспышка боли.

– Ты не умрешь. Не волнуйся. Как только я закончу здесь с тобой, то отправлю… – удар. – Они тебя там залатают, и… – удар. – Ты сама виновата…

С очередным ударом изо рта вырывается сгусток крови и мне всё сложнее пребывать в сознании.

Я вот-вот отключусь.

Перед глазами едва проясняется и мне мерещится силуэт Ашера, который стоит рядом с Дэрилом, что продолжает говорить. Ликтор едва склоняет голову и приседает на корточки.

В его глазах нет ни жалости, ни сожаления, лишь странный интерес.

Дай сдачу.

Я не могу. Мне хочется прокричать это предложение, но ни звука не вырывается из меня, лишь болезненные всхлипы.

Слабая.

Он встает с корточек, и его силуэт исчезает, когда я с очередным ударом чувствую, что что-то не так…

Не могу больше этого выносить, не могу всего чувствовать, сама не понимая, как и в какой момент отключаюсь.

Глава 19

Дышать сложно и тяжело. Что-то мешается.

Открываю глаза и натыкаюсь на трубку, торчащую из моего рта. Рвотный рефлекс срабатывает сразу же, как только я вижу её, поэтому достаю и сглатываю образовавшуюся слюну.

Где я?

Взгляд скользит по мониторам, что стоят рядом с кроватью, где я лежу. Дальше – на помещение, где меня держат. Это один из домов, по всей видимости. Он деревянный внутри, только тут есть электричество, в отличие от подземелья.

Помимо той кровати, где я лежу, то есть ещё несколько, но пустых.

Одна из дверей открывается, и я встречаюсь взглядом с женщиной, что едва повела бровью при встрече с моим взглядом.

Первая мысль – попросить её помочь мне подняться, чтобы я сбежала, но быстро понимаю, что это не вариант, ведь она достает рацию и сообщает по ней, что я очнулась.

Дальше женщина подходит ко мне и осматривает, делая это так, словно не желает прикасаться.

Что-то в её внешности есть отталкивающее. Пока не пойму, что именно.

Она ничего не объясняет, но я и так понимая, по какой причине здесь оказалась.

Вероятно, Дэрил всё-таки перестарался и, вероятно, у меня был разрыв органов и перелом ребер, потому что мне ещё больно дышать.

Сколько прошло времени с момента, как я здесь оказалась?

Когда женщина заканчивает, то она не уходит, а садится в кресле неподалеку, не сводя при этом с меня глаз, будто я в любой момент испарюсь. Было бы неплохо.

Через некоторое время тишины дверь, через которую зашла и незнакомка, открывается. На пороге возникает Дэрил собственной персоны, который улыбается, словно рад меня видеть.

– Эйвери, ты очнулась. Уже познакомилась с моей сестрой?

Едва хмурюсь и перевожу взгляд с него на женщину, теперь подмечая их сходство, включая цвет волос и глаз. Разница в возрасте на вид у них около пяти лет. Теперь понятно, по какой причине она мне не понравилась.

– Хотя Селин всегда неразговорчива.

– Не понимаю, зачем ты меня привлекаешь к своим куклам, – отзывается та самая Селин. – Итог один – они сдохнут. Мы только тратим на них лекарство и ресурсы.

Голос у неё столь же грубый, как и она сама.

– Эйвери особенная, Селин.

– Как же. Ты так говоришь про каждую, – женщина встает и качает головой, когда я напрягаюсь. После она поворачивается и впервые обращается ко мне. – Надеюсь, ты скоро сдохнешь. Больше выхаживать тебя я не собираюсь.

Селин уходит, оставляя нас с Дэрилом наедине.

Мужчина подходит и останавливается рядом с моей кроватью:

– Селин бывает груба. Этого у неё не отнять. Вся в мать. Я уж думал, что ты не очнешься, Эйвери. Признаться, я в тот раз немного переборщил, не думал, что ты и твои кости настолько хрупкие, – Дэрил касается пальцами моего виска и проводит в обманчиво-заботливом жесте, когда я сжимаюсь в подушку, стараясь отстраниться. – Не нужно этого делать, Эйви. Не зли меня. – Мужчина тут же меняется в лице, когда я замираю. – Впрочем, ты сама виновата в случившемся. Если бы слушалась, то проблем не было.

Если бы он не был больным ублюдком, то вот тогда бы проблем не было.

– Ты и так пропустила свое день рождения и даже очнулась спустя пару дней после наступления нового года. – Если это правда, то я провела в этом месте уже суммарно почти три месяца… Сглотнула, осознавая. – Ты была без сознания почти полтора месяца, поэтому мы наверстаем это время. Я буду более деликатен. Обещаю.

Дэрил достает наручники и ими прикрепляет одно из запястий к кровати, после уходит.

В груди заражается паника, когда я всё больше осознаю, сколько времени прошло.

Три месяца с момента, как я оказалась в плену у этого больного человека.

Три месяца, как мы нашли