Отчаяние - Анастасия Пименова

что ночью может быть виден дым даже из-за такого высокого забора, как этот. Однако, видимо, этих людей не беспокоит данный факт.

Я вижу людей, выходящих из-за стволов деревьев и смотрящих на нас. Тут и мужчины, и женщина, и дети (в основном девочки, но пару мальчиков тоже успела заметить). Некоторые из них кивают Зейну, а на нас с Тоби смотрят предельно осторожно, и никто ничего не говорит.

Брат подходит ко мне почти в плотную, его также напрягает это место, как и меня.

Почему все молчат?

Я чувствую эту давящую атмосферу. Она окутывает меня, придавая каждому вдоху ощущение неизбежности.

Женщина останавливается недалеко от костра, и жестом руки приглашает нас сесть рядом с ним.

Когда Зейн садится, то мы тоже опускаемся рядом. Помимо нас здесь ещё трое мужчин, и у них те же точки на лбу.

Сама женщина куда-то уходит.

Я слышу лишь звук треска костра и свое собственное напряженное дыхание. Уже говорила, что мне не нравится здесь?

– Что это за община? – спрашиваю я, поборов свою нервозность и страх перед ликтором. Оказывается, эти люди пугают меня ещё больше.

– Безмолвные. Так они себя зовут.

– То есть все эти люди немые?

– Да. Но не глухие, поэтому тебя прекрасно слышат, – подтверждает он, и я более не задаю вопросов, хоть их у меня в голове сейчас множество.

Как такое количество людей может быть немыми? Я понимаю, один, два… ну максимум десять человек, но не столько. Здесь их минимум тридцать. Как их находят? Или как они находят это место? Не понимаю.

Пока я погружаюсь в размышления, то похоже не замечаю, как женщина возвращается с небольшим подносом с едой. Как только мой нос чует запах горячего… супа, то слюна застывает во рту.

Она отдает одну порцию Зейну, после Тоби и мне, на что все мы киваем. И даже достается по куску хлеба. После сама садится недалеко, и стоит ей это сделать, как к нам подтягивается остальной народ.

Я смотрю на суп, не решаясь начать его есть и не понимая… её доброту. Да, Зейна их что-то связывает, но мы с Тоби чужие люди. Признаться, я не до конца верила, что ликтор сказал про общину, что нам всё это предоставят. Но я ошиблась.

– Можете есть, – сказал Зейн, видя, что мы с братом пока так и не притронулись к еде.

Когда я съела первую ложку, то в моем рту произошел целый фейерверк. Так вкусно это оказалось! После съела следом ещё одну ложку и ещё… Я правда пыталась не торопиться, но чувство голода взяло вверх.

Мельком уловила движение рук женщины, а от Зейна тут же прозвучал вопрос:

– Ее зовут Мэйра.

– Я – Эйви, а это мой брат Тоби, – ответила я, посмотрев на женщину.

– Она спрашивает, как давно вы не ели, Эйви? – перевел её следующие жесты словами Зейн.

– Около трех дней, – ответила я, на что Мэйра кивнула и вновь начала что-то показывать руками.

– Порция небольшая. Она специально такую дала, потому что если после стольких дней вы набьете животы, то вас вырвет. Лучше перекусите спустя час.

– Спасибо, – поблагодарила её и даже чуть осмелела или просто доверилась из-за съеденной пищи, – могу задать вопрос? – кивок. – Вы нас даже не знаете, так почему делитесь едой и даже разрешили нам остаться? Одно дело… Зейн, – чуть не назвала его ликтором, хотя этим людям и так должно быть известно, кто он, – но не мы.

Её губы из-за моего вопроса сложились в тонкую линию улыбки.

– Мэйра говорит… что знакомые Зейна, которых он добровольно приводит сюда, нам не враги. Более – они те, кому мы должны помочь, как он когда-то помог нам, – повторил её слова парень, а после замолчал, за что получил хмурый взгляд женщины и активную жестикуляцию. – Тем более, что вы с братом первые, кого он привел за шесть лет, – будто нехотя произнес он, на что женщина выдала удовлетворенный кивок.

Первые?

Я метнула задумчивый взгляд на парня, почти доевшего свою порцию. Вероятно, ему до этого просто так не "везло".

– Откуда вы?

– Из Архейнхола, – ответила на следующий вопрос Мэйры.

– Далеко отсюда, – перевел следующее Зейн и начал что-то показывать на пальцах.

Он мог бы сказать вслух, женщина и так бы его поняла, но видимо ликтор решил, что эти слова не предназначены для лишних ушей.

– Я рассказал, как мы встретились и куда вы держите путь, – хоть я не спросила, но он всё же объяснил мне, за что мысленно благодарна.

Помимо женщины нас внимательно слушают и другие люди. Я вижу, как одна из девочек смотрит на моего брата, его ровесница и что-то жестикулирует, спрашивая у мамы. Тоби тоже это замечает и хмурится.

– Как так оказалось, что вы решили отправиться на другой конец мира вдвоем? Где ваши родители? – задал вопрос Зейн, но исходит он от женщины.

Я почти доела свою порцию, поэтому сглотнула прежде, чем ответить.

– Отец записался в самоубийцы, когда ещё Тоби не родился, а мама… – она бросила нас, забрав всё лекарство, – с ней мы договорились встретиться в Гристоуне, – когда я это сказала, то заметила, как между бровей Зейна появилась складка, – мы тоже записались в самоубийцы и вот… теперь мы здесь.

– Как так получилось, что вы разминулись с собственной матерью?

Не знаю, чей этот вопрос – Зейна или Мэйры.

– Так сложились обстоятельства. Могу теперь я спросить? – решила увести разговор в другое русло.

– Спрашивай.

– Почему вы живете здесь, а не перейдете в какой-нибудь квадрант? Там же легче… есть кафоликон, работа…

– Наш дом здесь, – начал переводить Зейн, – кафоликон есть и за пределами квадрантов, за него также нужно выполнять определенную работу, которая в основном связана с убийством пожирателей. С чем мы неплохо справляемся. Еда и кров у нас есть, как и безопасность, а более ничего не нужно. Когда ты лишаешься одного дара, – женщина показала рукой на рот, – то в тебе открывается другой. Мы можем постоять за себя и это самое главное.

Не могу в этом плане с ней не согласиться.

К Тоби подошла девочка и протянула ему руку, а брат тут же взглянул на меня.

– Она хочет тебе кое-что показать, – объяснил Зейн.

– Эйви?

– Иди, – разрешила я. Она не похожа на убийцу.

– Меня зовут Тоби.

– Её имя Нова, – ответил Зейн.

– Но как я пойму, если она что-то будет говорить?

– Иногда слова не нужны, – с промелькнувшей улыбкой ответил Зейн, и я так удивилась этому жесту, вновь забывая, что он просто