На осколках мира - Виктор Владимирович Колесников

— Плевать… я больше не хочу! Пускай Он найдет себе другого «возвращающего души».

— Это невозможно. Ты выбран быть Его карающим мечом, и это не проклятье, а дар… — Как только произнес последние слова, пастор исчез, как и объявший Уоррена мрак. Марти увидел клетки с экипажем шхуны и приближавшихся головорезов.

— Что смотришь? — открывая клетку, обратился один из стражников к дрожащему, то ли от холода, то ли из-за нервного срыва, заключенному. — Идем, тебе сегодня повезло… Кошмар скоро кончится, — надзиратели вытащили Марти из клетки и, взяв его под руки, поволокли к выходу.

— Куда вы его тащите? Эй? — кричал Олдридж, но ответом стал плевок одного из стражников в лицо. — Суки! Я доберусь до каждого из вас! Слышите⁉ — объятый яростью, осознавая свое бессилие, кричал Итан в след головорезам.

Марти, тем временем, озирался на возникавшего в темных углах, глубине коридоров и дальних помещениях, пастыря, шепчущего ему: «Ты должен сделать это… Должен… Проснись же, карающий меч». Уоррена тащили вверх, затем снова вниз, минуя коридоры и трюмы с пустующими клетками, пока он не оказался в большом зале.

В центре помещения разверзлась темная прямоугольная, напоминающая пустой бассейн, яма, из которой разило падалью. Вонь была настолько сильной, что даже издалека вызывала рвотные позывы.

— Сейчас Цаво вкусит дар племени и даст «ищущим плоть» много дичи, — шептал человек-зверь второму, но тот не отвечал, а только всматривался в яму, скрывающую нечто пугающее его до смерти. Стражники подтащили пленника к краю ямы, где не было ограждения, и усадили перед разверзнувшейся тьмой на колени.

— Великий Цаво! — дрожащим голосом произнес стражник, заходя узнику за спину, — прими дар твоего племени и дай нам новый урожай! Помоги выжить среди вод, поглотивших мир! Будь добрей к своему народу, Великий Цаво! — закончив речь, головорез пихнул Марти в спину, и тот свалился в яму, после чего стражники спешно покинули помещение.

Уоррен неудачно упал и напоролся на торчащую, острую как нож, кость. Он взвыл от боли. Его изувеченное, кровоточащее тело отказывалось подчиняться, и еще живой Марти лежал среди многочисленных останков, уставившись в стоявшего у края ямы собеседника в одеяниях священнослужителя.

— Время пришло, Марти… — сказал пастор, когда неподалеку раздался зловещий хохот. — Тебе нужно принять решение, пока не поздно… — продолжал собеседник, пока некто, как и сам пастор, не возник из темноты. Неизвестное создание медленно приближалось к жертве.

— Пора, Марти… Пора…

С истошным воплем Уоррен вытащил заостренную кость из живота и, оскалившись, стиснул ее в руке. «Хорошо, я сделаю это для Него снова» — подумал он.

Глава одиннадцатая

«Вещий сон»

Крул открыл глаза. Сильный звон поселился в ушах. Пыльное облако объяло окрестности. Он присел на колено. Заметил в своих руках оружие. Осмотрелся. «Все в порядке, не задели. Просто прилетело в стену позади меня», — подумал он и спешно ретировался к разбитой, толстой бетонной стене, у которой в данный момент вели огонь его товарищи, после чего еще раз осмотрел себя на наличие ранения и когда убедился, что невредим, принялся отстреливаться вместе с другими.

— Сколько их? — проорал солдат ближайшему собрату, осматривая подступы к зданию, в котором его отряд держал оборону.

— Я не знаю! — бросил товарищ, — я думаю — несколько сотен! — он пригнулся, когда пули врезались в бетон, за которым они укрылись. — Плохая идея — идти в разведку без артподдержки! — продолжил стоящий рядом, — так что, сержант, нам лучше отступить, пока еще все целы! — орал подчиненный на фоне огневой канонады противника.

— Держать позицию! — приказал Крул и, нагнувшись, быстро перебежал в соседнее помещение, где разместился пулеметчик с такими же знаками отличия, как и у него, но в униформе чужой страны.

— Танк на два часа! — услышал Крул в гарнитуре. — Нужен «LAW» на восточный угол здания!

Увидев несколько гранатометов, прислоненных к стенке, сержант взял их и бросился к указанному месту. В разбитой стене изуродованного здания разместился снайпер. Он, не меняя позиции, вел стрельбу по приближавшемуся к дому противнику. Крул прильнул к стене, выглянул из нее в поисках вражеской бронетехники. Место обороны — двухэтажный старый дом — был в осаде и подвергался массированному обстрелу из стрелкового вооружения, артиллерийских орудий. «Здесь нельзя задерживаться… Нужно отходить… Быстро…», — солдат не мог понять, где находится и с кем воюет. Окружение напоминало жестокие бои на востоке Европы, забравшие почти всех товарищей за полгода войны. Да и сам он едва остался жив, но эта война была пройденным этапом. «Сейчас не время вспоминать, потом… Нужно выжить», — говорил он себе, наблюдая за передвижением противника, которого скрывал плотный туман. Эта мгла была мистической, она густой пеленой нависла там, где находился неприятель, а солдаты Крула были как на ладони. Возможно, этот туман был каким-то новым вариантом дымовой завесы русских, возможно, средство маскировки разработал Китай, но солдату казалось, что мглу создал сам дьявол.

— Танк! — крикнул снайпер, не отводя глаз от прицела. Крул подготовил гранатомет к ведению огня и высунулся из укрытия, чтобы нанести сокрушающий удар. В прицеле появилась вражеская техника, показывающаяся из тумана. Это был русский Т-90. Теперь у солдата не было сомнений, где он находится и с кем воюет. Сержант был наемником и воевал в «Последней войне». Танк повернул башню в сторону укрытия, но Крул успел выстрелить. Помещение, где находился воин, объяло облако пыли, а реактивный снаряд мчал к цели. Мгновение, и раздался взрыв.

— Есть попадание! — крикнул снайпер. Наемник выглянул из укрытия. Танк остановился. Из борта повалил черный дым, но экипаж был цел. Машина продолжила наводить орудие на укрытие британцев, и Крул, взяв за шиворот снайпера, потащил его в соседнее помещение. Танк выстрелил. Наемники чудом успели отскочить в сторону, а помещение, в котором они находились ранее, заволокло дымом и объяло пламенем. Второй «LAW» и обмундирование, оставленное там, были уничтожены.

— Черт! Сука! Почти… — задыхаясь,