Фростпанк. Ледяной рубеж - Дмитрий Ворон

ко всему окружающему. Не в силах смотреть на столь неприкрытую боль, но и не зная, чем помочь, он отвернулся к окну.

За стеклом всё так же бесконечно шел снег.

Никто не знал, жива ли Элизабет. Русый цветок славянского племени, зеленоглазое чудо, однажды явившееся Олбрайту на берегах Юкона вместе с русской экспедицией, — она бесследно исчезла в водах Ла-Манша. За день до катастрофы девушка взошла на борт парохода «Сант-Мари», следовавшего в Амстердам. Даже при самых благоприятных расчетах её шансы на спасение были ничтожны. Отчаяние заставляло Джона верить, что её больше нет в живых, но он знал — все знали — Елизавета Багрова не сдалась бы без боя.

Биф достал из кармана старый ключ и задумчиво повертел его в пальцах.

— У меня в подвале есть оружие.

Казалось, лицо Джона немного смягчилось.

— Проверим, — он коротко щелкнул кинжалом. — Скоро оно нам пригодится.

Иногда становилось легче. Ветер затихал, и одинокие снежинки плавно опускались на землю, чтобы отдохнуть после долгих, утомительных вихрей.

О связи с внешним миром не могло быть и речи. Те немногие, кто сумел выжить, постепенно сбивались в банды и общины, а такие, как мы, денно и нощно держали оборону. Так продолжалось, пока безумие наконец не достигло своего пика…

Олбрайт был прав. Однако даже он не знал, с чем нам предстоит столкнуться на самом деле.

Когда Джон поведал Бифу свой сомнительный план, Додсон не отмахнулся, но и не спешил с решением. Да, он знал, что некоторые августейшие особы покинули столицу на дредноутах. Нашлись и те, кто якобы точно знал о существовании тепловых генераторов в Арктике. Но затея казалась не менее безумной, чем хаос, творящийся за окном.

Всё вокруг было мертво. Исчезли птицы и звери — ни куропаток, ни белок, ни зайцев. Темза безмолвствовала под белым панцирем льда. Даже сок застыл в стволах деревьев.

— Плохи дела, что и говорить… — проворчал Олбрайт. — Но я уверен: это наша единственная возможность. Мы узнали о нем совсем недавно, но успели многое разведать. Долго и нудно искали, это да. Ублюдки умудрились спрятать его в огромном ангаре на окраине города.

Бифа съедало любопытство, но он не хотел рисковать жизнями людей ради сомнительной авантюры. Джон вновь пристально взглянул на друга.

— Теперь мы точно знаем: дредноут существует.

О том, чтобы добраться до Арктики пешком, нечего было и думать. Но огромный дредноут на паровом ходу менял всё.

Биф вдруг понял, что ему нужно делать, будто сама судьба шепнула решение на ухо. Арктика была бескрайней землей, а Олбрайт как никто другой знал ледяную пустошь. Их встреча не могла быть случайным совпадением. Если бы у него был дредноут… Да, с ним они смогли бы пробиться к Генератору. Покончить с холодом. Спасти людей. Это была судьба.

— Я всё просчитал, — сказал Джон, склонившись над потрепанной записной книжкой. — Если всё обстоит так, как я думаю, — хотя бы на самую малость, — то это того стоит. Люди пойдут за тобой, Биф. Я в этом уверен.

Биф отвернулся, до боли сжав зубы.

— Возможно. А возможно, всё это — чистое безумие. Или твой учёный просто сумасшедший, — проговорил он неуверенно, барабаня пальцами по столу. — Тот дредноут… ты уверен, что мы сможем его запустить?

— Возможно, придётся попотеть, — ответил Джон. — К счастью, не все ублюдки из верхней палаты поверили в наступление Ледникового периода. Машина с самого рождения стоит без дела.

Джон схватил друга за плечо и заглянул ему прямо в глаза.

— Пойми же, чёрт возьми! Люди измотаны и очень голодны. Запасы в твоём дворце давно исчерпаны, а вскоре мы лишимся и последнего угля. Это место изжило себя. Лондон изжил себя, Додсон! Сколько здесь людей? Две сотни? Представь, что начнётся, когда вся их человечность сменится звериным голодом?

В дверь постучали.

— Войдите… Альфред? В чём дело?

Парень попытался поклониться, но сделать это в полной мере ему помешал толстый бушлат, удачно найденный в чулане огромного дома. В его глазах появилась мрачность, которой Биф никогда не видел раньше.

— Там человек из города, сэр. Кажется, он ранен…

В большой гостиной прямо на столе лежал мужчина. Вокруг него толпились люди, пока Бэйли и несколько человек, сведущих в медицине, оказывали пострадавшему помощь.

Спустившись по винтовой лестнице и подойдя ближе, Биф и Олбрайт ужаснулись. У незнакомца отсутствовала половина левой руки. Он стонал и, кажется, бредил:

— Мистер… мистер Олбрайт! Я рад, что успел добраться до вас…

— Прошу вас, помолчите! Вам нужны силы! — сокрушался Бэйли, пытаясь остановить кровь.

— Нет! Нет… Я знаю, мне конец… Я потерял слишком много крови…

— Мистер Газлоу? — удивленно произнёс Олбрайт и склонился над раненым.

Биф перевел взгляд на друга.

— Ты знаешь его?

Джон, взволнованно кивнув, ответил:

— Да. По моей просьбе он присматривал за другими общинами в городе. — Он снова обратился к Газлоу: — Кто сделал это с вами?

— О, мистер Олбрайт… на севере Родчестеры сошли с ума… Сперва они устроили погромы и убили тех, у кого всё ещё оставалась еда… А после… после они напали на поместье Честерфри. У несчастных не было припасов, и эти ублюдки… они съели всю семью.

Биф Додсон замер, не шелохнувшись, будто ученик на уроке Закона Божьего.

— Съели? Боже правый, ты уверен в этом?

— Пусть черти меня заберут, если лгу, мистер Додсон! — Газлоу посмотрел на Бифа мутнеющим взглядом. — Они говорили о вашем «дворце», сэр. Я чудом унёс ноги… — Раненый закашлялся и вздрогнул. — О Господи! Кажется… кажется, я больше не чувствую холода. Я рад… рад наконец-то покинуть этот треклятый ад…

Газлоу замолк. Глаза его закрылись, тело стало безвольным.

Джон поднял взгляд на друга.

— Сукины дети будут всегда, ведь так, Биф?

Додсон кивнул — медленно и рассеянно. На его губах застыло горькое неодобрение, в глазах стояло несчастье, но всё тело было напряжено и собрано.

Олбрайт предложил правильный путь. Глупо было надеяться переждать этот холод под крышей дома, который вот-вот станет мишенью для людоедов. Побег — это единственная надежда выстоять против неминуемой смерти.

— Так в чем же заключается вторая половина твоего плана?.. — глухо спросил Биф.

Глава 7. Дредноут

Лишь к вечеру второго дня удача решила вознаградить разведчиков за упорство. Солнце быстро катилось по тусклому небу, опускаясь за горизонт, и Олбрайт с отчаянием думал о втором безрадостном ночлеге после бесплодных поисков. И вдруг он увидел под ногами следы. Свежие.

Цель была уже близко!

Оба устали и выбились