Сергей Жарковский - Я, Хобо: Времена Смерти

Шкаб огляделся. Земляне занимались своими делами. Видали и не такое.

- Шкаб, что это? - спросил Марлун. - Эй, Алка, ты что? Шка-аб!

- Не надо… - пробормотал Шкаб опять. Очень яркий свет в диспетчерской, и что-то с давлением… Уши заложило, ничего не слышу. - Не надо кричать.

- На месте стоять, - предупредила Дейнеко. - Сотрудничайте, и больше никто не пострадает.

- Шкаб!

- Шкаб!

- Шкаб!

- Прохоров! - рявкнул Шос.

- Я, мэтр!

- Остальных приков отконвоируйте в клуб. Дейнеко, держать их! Прохоров. Оставьте там воду и канализацию, и воздух, естественно, - и запечатать отсек. Некогда мне с ними, dad-gummit!

- Ай, мэтр. Эй, вы, налево, и - марш! Сказано тебе, ну!… - Пша получил прикладом по загривку. На плечо Шкаба легла знакомая рука женщины-кошки.

- Тихо, тихо, шкипер Шкаб… - прошептала она почти нежно.

А Ска Шос продолжал:

- Планк!

- Здесь, мэтр.

- Убрать труп. Не забудьте закончить с ней процедуру. Документировать. Тройку Сворого - на контроль-обеспечение жизнедеятельности станции. Использовать нашу технику.

- Роджер, мэтр.

- Феликс.

- Здесь.

- "Карусель" наша?

- Ай, мэтр.

- С капитаном Койном связь мне сюда.

- Кабель?

- Нет. "Чернякова-В" в контур станции не заводить. НРС. А питание возьми местное.

- Недостаточное, мэтр!

- Звездолёт. В. Контур. Станции. Не. Заводить.

- Простите, мэтр, ай cap it. Выполняю. Питание местное. Через десять минут, мэтр.

- Вы её убили, - произнёс Шкаб.

- Что? Так точно. Не сдержался. Не извиняюсь. Кстати, Ошевэ, садитесь за пятый терминал и верните "Нелюбова" на станцию. Хоть вы-то словите свой шанс. Не маленький ведь.

- А иначе что? - спросил Шкаб.

- Иначе я сейчас прикажу вернуть вахтенных сюда и расстреляю их. Мне некогда.

Шкаб молча направился к пятому терминалу. Землянин, занимавший кресло перед ним, поднялся, предупредительно подняв подлокотник, чтобы Шкаб удобнее и быстрее сел.

2. Орбита Эдема (Четвёртой ЕН53-55),

борт ИТМ "Нелюбов" - DTL "ОРБИТЕР-04/02"

"Нелюбов" брюхом к звёздам стоял в зените района ЭТАЦ. Створки грузового отсека были распахнуты. Два прожектора вытесняли из него тень. Восьмитонный конусообразный DTL был принят на RMS и фиксирован в спецнасадке к манипулятору, представляющей собой мобильный гермоадаптер: спутник отчитался крайний раз очень неубедительно, и руководитель миссии Роман Володница решил наддувать отсек контроля спутника, работать без скафандра. От шлюза 2С "Нелюбова" к адаптеру протянулась нежёсткая переходная камера ASC. Во-лодница в лёгком комбе проник сквозь неё в спутник и торчал в колодцеобразном отсеке контроля третий час безвылазно. Чек затягивался, главным образом, потому, что обнаруженный сбой НРС-ctrl-комплекса спутника был удивителен и неописан в литературе. Когда Володница впрямую, с кабеля, вскрыл полётный журнал - генеральный лог калькулятора НРС-ком-плекса оказался абсолютно не похож на контрольный, снятый телеметрически, - что само по себе было загадочно. Далее лог утверждал, что прошлой ночью DTL принял из надримана некий информационный массив, каковой, просуществовав в оперативной памяти две секунды, решительно отказался перевестись на кристалл и самоуничтожился, повредив операционную среду в нескольких местах и оставив после себя смутное и неприятное впечатление, что команду на самоуничтожение сам себе и выдал. Невозможно также было выяснить адрес, с коего массив зашёл в калькулятор. И вся эта история отображалась неточно, зыбко, обрывками, засевшими в несколько раз уже обновившейся оперативной памяти. А затем, значит, кусок отчёта был сформирован заново и, фальсифицированный, отослан на Птицу в очередном часовом брейке. Подобным же образом сбоило и днём - в четырнадцать (восемь минут сбоя) и буквально во время стыковки "Нелюбова" со спутником. И опять что-то писало в отчёт на отсылку враньё. Как будто калькулятор ожил, научился врать и развлекается! Разумеется, чушь. Любопытнейшая ситуация. Если б не нарушение режима контроля района ЧП… Всякие так мысли в голову придут. Не Славочка ли Боборс, колбу его, опять тренируется, девственник безумный, где нельзя?

Птица была за связью. Впрочем, главный специалист уже был на месте - сам Володница. Кое-что соображал в сопера-торстве пилот Валехов, но переговоры с ним свелись к оканью, эканью и безбрежному удивлению дуэтом.

Однако удивление было контрпродуктивно. Володница сделал зеркало отказа, сбросил его к себе на модуль - поразмыслить дома - и, перегрузив систему, принялся её отстраивать.

Космачи Линёв и Фаг, старые младые, поскольку манипулятор был занят, вышли наружу в установках автономного перемещения, имея задачей подсоединить магистрали для дозаправки спутника рабочим телом и производить прямой контроль передавливания до зелёного. Дел было много, спутник работал на MD, и не копаться - старались. Все возможные функции контроля района ЧП временно взял на себя "Нелюбов".

Над районом ЧП стояла тяжёлейшая облачность, фотометрию исключая. Сканерная консоль DTL администрировалась только с родной БВС, так что сканера перевели в "стоп". Поставили на активный приём радиосвязь каналов Нюмуцце и Скариус, вывели в громкую. Приняли и поставили на запись непрерывную, "секунда-через-секунду" панораму с внешних камер "пятидесятого".

(Как позже можно было из любопытства выяснить - при передаче функций слежения от спутника на шаттл флажки выставились в схеме "по умолчанию" - видео и аудио с полутанка шли в память без анализа движения и акустики, и громкий сигнал ВНИМАНИЕ не прозвучал. Вокруг полутанка в кадре и под микрофонами почти час бродила хана - и на "Нелюбове" ничего не заметили. Справедливости ради - пилот Валехов просто физически не мог разорваться и осуществлять контроль каналов полутанка впрямую - телестанция находилась в радиорубке, за два люка от первого поста).

Пилот Валехов неотрывно сидел за первым постом, сопровождая с рук и вис комплекса "Нелюбов" - DTL и отрабатывая диспетчером выход Линёва и Фага. Ему даже в гальюн некогда было отлучиться. Ресурса двигателей коррекции жалели, а юстировка установки ГКФ в условиях активного перераспределения масс в нежёстко состыкованном комплексе - штука нервная, особенно, когда знаешь, что через несколько часов всё обратно переделывать, и благо что только для спутника. Сидел Вадим "Кросс" Валехов в распашонке и АСИУ, работал, потел, маленькими глоточками дотягивал чрез трубку кофе из опавшей груши. Рук едва хватало. Когда за два метра от него занялась огнями и загудела органом вызова стойка НРС, Валехов очень сильно рассердился. Обычный вызов. Не MD, подождут.

- Что там, Кросс? - спросил его Володница через минуту.

- Город.

- Что тебе, рук не оторвать?

- Никак. Подождут, Роман, не эм-дэ.

- Ты прав. Но всё же выбери время.

- Что там у вас? - через пять минут спросил Филлип Фаг, по прозвищу ЛитР. - Утомительно очень.

- Да Город же, (…)! - объяснил Валехов, которому как раз вот сейчас некогда было глаза протереть от пота, свисающего с лица. - Ну что за выеденные яйца, ну вы объясните мне!

- Надо ответить, - глубокомысленно сказал Володница.

- Скоро привыкнем, - сказал Валехов ещё более глубокомысленно.

- Никогда ты не станешь серьёзом, - заметил Володница.

- Зато я честно выполняю свои обязанности, - возразил Валехов. - Меня это вполне… ты-ты-ты… тихо, тихо, барабан… приносит мне законное удовлетворение.

- Кросс, да брось ты там в пульт чем-нибудь! - взмолился через десять минут Линёв. - У меня громкость не регулируется, усилитель отказный!

- Чем бросить-то? - спросил Валехов. - Три минуты потерпи. Сейчас я цикл доведу и отвечу.

- Брось собой, а?

- Через три минуты. Всем телом брошусь. Или, Роман, давай я двигатели зажгу. Тогда проще. Брошусь немедленно.

- Три минуты - нормально, - решил Володница.

- Уже меньше, - сказал Фаг. - Или ты опять усреднил?

- Немного, ЛитР, - сказал Валехов. - Так, плюс или минус.

- Бесконечность… - громко пробормотал Линёв.

- Рома, тогда пусть он двигатели пускает.

- Я хочу, чтобы на капремонт шаттл стал с резервом ресурса.

- Ты настоящий Шкаб! - с уважением сказал Линёв. - А я должен расплачиваться.

- Разве это я нас вызываю? - спросил Володница хладнокровно. - Разве это я не переключил НРС на автоотклик? Не ты ли, друг мой, этого не сделал? Не эм-дэ. Подождут. Мы тут не баклуши сбиваем с деревьев.

Через двадцать минут Фаг сказал:

- Всё, я всё бросаю и иду отвечать.

- А у тебя много ещё? - спросил Валехов с интересом.

- А какая разница? Ещё чуть-чуть, и я всплыву, как дохлая рыбка.

Недавно на Птице посмотрели фильм, где был аквариум с дохлыми рыбками.

- Ну я почти закончил, Фил.

- За это твоё "почти" я плюну в тебя дважды - в фас, а потом в профиль.