Денис Ватутин - Легенда вулкана

— Во сколько ты ушел от Аюми? — спросил я.

— Рядам с четырем утра… — ответил он, вновь помедлив.

— Ага… — сказал я удовлетворенно. — Тогда тебе не придется выдавать ту прекрасную особу, потому что это была, скорее всего, пани Аида, которая выскочила из турели в районе четырех, когда увидела ползущего по крыше человека с кинжалом в зубах. Я прав?

Две пары глаз уперлись в меня, и я понял, что прав.

— Ну и что? — с вызовом спросила полячка. — Ну и что такого, что я пришла к Азизу? Это наказуемо, что ли? У вас вот с Ириной есть отношения, а мы, значит…

— Все в порядке! — Я поднял руки вверх. — Я вовсе не собираюсь обсуждать чьи-то отношения: как вы не врубаетесь, что мне нужно всего лишь понять — кто где находился, и все! Это так трудно?

В ответ была тишина, не считая шепота шахтеров, бульканья горлышка бутылки и музыки из чьего-то КПК.

— Мне просто нужно знать, где вы находились, — повторил я.

— Ми попросили ахрана видти на грузовой платформа, за последний вагон, — сказал Азиз медленно.

— Охрана, — попросил я, — подтвердите.

— Ну да, — сказал коренастый человек в форменном комбезе. — А что тут? Парочка попросила выйти на воздух. Ну мы разрешили — устава это не нарушает…

— Спасибо, — вновь сказал я, — я понял.

Хмурый опять нахмурился, и я догадался, что устав все же был нарушен.

— Когда они вернулись? — спросил я у охранника.

— Ближе к пяти, — невозмутимо ответил тот, — почти сразу в буфет пошли…

— Ладно, — кивнул я, — теперь, Крис, ваша очередь: два десять и без десяти три, а также с трех сорока до четырех…

— Первый сэт ми беседовать с этим достойным человек, — кивнул Крис, поглядев на своего соседа по койке, — он есть miner[37], много лазить по каверн, видель животный Марс…

— Да, мы разговаривали, почти до трех, — сказал сосед Криса.

— А ключи вагонные вы когда нашли? — поинтересовался я.

— Да к пяти ближе, когда в буфет собирался, под полку полез за сигаретами — у меня там рюкзак…

— Вы представляете, как они могли туда попасть?

— Да, мож, их уронили и ногами случайно загнали под мою койку, из коридора…

— А Крис часто отлучался с места?

— Редко… — Он задумался. — Ваще я не следил, конечно, но редко.

— А кто-нибудь приходил к вам за этот промежуток времени?

— Да вроде нет… — Он прищурился в задумчивости. — Вот, девушка была, симпатичная…

Он кивнул на Дронову.

— Ах, спасибо за комплимент! — Дронова расцвела, как цветок на заре.

— Негр этот приходил. — Он кивнул на Азиза, который метнул в него короткий, но выразительный взгляд. — И мужик этот, бригадир поезда…

— Кто во сколько, не помните?

— А, еще вот эта, китаянка или японка заходила. — И он кивнул на Аюми. — А вот кто когда…

— А бригадира поезда кто еще видел? — спросил я.

— Я видел, — сказал один из поваров, тот, что с густыми бровями, — он в районе половины третьего копался в кладовке…

— Кладовка рядом с купе бригадира?

— Слева, ближе к тамбуру, дверка такая, — кивнул он.

— А вентиляция купе прямо сверху находится, тоже левее, слегка? — спросил я.

— Ну да…

— Вы не видели, не открывал ли бригадир решетку вентиляции?

— Я вполоборота стоял, — повар как-то сконфузился, — боковым зрением только и видел… Так, один раз обернулся, вижу Джеймса, ну и хрен с ним. Я его недолюбливал, если честно…

— За что?

— Да так, — он как-то театрально махнул рукой, — по мелочам. Он ведь редко с нашим составом ходил — не сошлись мы как-то…

— Спасибо… — сказал я ему. — А больше никто в этот момент не проходил? Не видели?

— Нет, — он мотнул головой, — я бутерброды резал полчаса где-то, а Джеймс минут через десять ушел куда-то вперед, к голове состава…

— А когда вернулся? Вы же не отлучались с кухни?

— Вернулся… Сэл, ты не помнишь?

— Я в зале вертелся, видел его, проходил… но не помню… Глеб, ты видел?

— Я за стойкой, — отмахнулся бармен, — я вообще видел его мельком — клиенты же… Где-то за час до вечеринки ихней он проходил, по-моему… может, минут за сорок… Вэд, ты видел?

— Да, наверное, так, — чернобровый повар кивнул, — до вечеринки за час где-то…

— И в это время через кухню никто не проходил?

— Нет, потом только с соседнего вагона к пяти стали подтягиваться…

— Точно? — переспросил я.

— Да чтоб меня пропоносило! — всплеснул он руками, смешно выкатив глаза.

— А потом вы его видели?

— Больше не видел. — Он помотал головой.

— Спасибо, — кивнул я.

— Да не за что, — махнул он рукой.

— Отлично, — продолжил я. — Вернемся, Крис, к вам. Три сорок — четыре.

— Я не особо следить за таймер… — сказал он, — я немного дремать, сидел в Сеть, читал…

— А я вот твою фотку срисовал, когда ты по вагону шел! — торжествующе произнес давешний шахтер, уличивший Азиза в том же. — Ты к тамбуру выходил! Это железно было без пятнадцати четыре — я слушал новости!

— Это так? — переспросил я Криса.

— Возможно, этот человек и прав, — кивнул Крис, поправив очки. — Я ходить в клозет, просто не помню когда.

— Видели кого-нибудь по дороге? — спросил я.

— Не смотрел особо, — с важным видом сказал Крис. — Наверно, нет. Нет — все по местам сидеть…

— Этот парень? — спросил вдруг усатый фермер. — Я его видал, и он правда выходил из сортира… Он из ваших?

— Да, — кивнул я, — наш турист.

— Значит, все верно, — тот затянулся самокруткой, — если его видали, как он туда шел, так я видал, как он оттуда вышел. Где-то в четыре — мне кум позвонил как раз…

Тут я заметил: к столу приближается человек из охраны. Он подошел к Хмурому и что-то прошептал ему на ухо. Хмурый кивнул и, сняв с пояса свой КПК, некоторое время глядел на него. Затем, перегнувшись через стол, протянул мне свой компьютер.

Там было открыто сообщение: «Отпечатки пальцев на записке соответствуют столу номер четыре, принадлежит Азизу Алиме из туристической группы „кси-516“. А также обнаружены более фрагментарные отпечатки, по анализу ДНК которых удалось установить, что они принадлежат Дроновой Аиде, туристке той же группы. Буквы на записке написаны с помощью особого химического состава, проявляющего цветовую пигментацию со временем, в процессе окисления воздухом. На зажимах вентиляционной решетки, снаружи, возле купе бригадира, отпечатки пальцев стерты, на трупе незаконного пассажира обнаружены следы укола на левой руке, в районе вены».

Я вернул КПК Хмурому, а тот выразительно на меня глянул — понял, мол, что да как?

Я кивнул. Меня слегка лихорадило — я опять чувствовал массу неувязок и бреда…

— А вообще я считаю… — пьяным голосом сказал усатый шахтер, — что убийце надо самому выйти и во всем признаться, потому что его и так найдут… Но! Тут уж пощады не жди!!!

— Вот ты прав, братишка! — хохотнул Йорген, разливая в стаканы. — Вот я то же самое всю дорогу твержу… А то что за фигня? Хорошо еще, что наш землюк Странный — шибко удачливый сукин сын: мы же за то его и держим! А то ведь укокошили бы нас уже, насмерть! Злодеи…

Он как-то развязно прыснул со смеху — видать, уже тоже подвыпил.

— Кстати, как я убедилась, злодеев тут полно! — с некоторым вызовом сказала Дронова.

Все посмотрели на нее, но оказалось, что она закончила фразу. Взгляды местных были не совсем одобрительными, как мне показалось…

— Именно! Именно! — всполошился химик. — Скажите нам уже правду! Вы идете на эту самую базу? Вы знаете, где она?

Ирина бросила на меня тревожный взгляд.

— Конечно, знаю, — сказал я спокойно. — База «Зеркало-13» запрятана под зданием Совета Четырех Городов, на глубине двухсот метров, но, во-первых, туда никого не пускают, а во-вторых, делать там нехрен!

— Вот это да… — пробасил шахтер, — я, блин, так и думал! Они всю дорогу нам мозг пудрили, эти богатенькие! Айда-ка, ребятки, в рейд! На столицу! А то, я гляжу, зажрались они тама…

— Верно говоришь! — поддержала компания, только что вернувшаяся с раскопок. — Надо бы их штыком-то!

— Гады! Мать их разэдак!

— Пусть поделятся девайсами! Эргов пусть отсыпают!

Я откопал где-то в глубине моей души фразу, которую всегда произносила моя бывшая жена. Она говорила, что я не умею шутить, так как мои шутки понятны не всем…

— Граждане! — сказал я громко. — Вы что, шуток не понимаете? Я сказал так, потому что…

Мой голос потонул в десятках других, и я понял, что власти Лихоторо скоро объявят меня в розыск…

Внезапно грохнул выстрел: Хмурый держал в руках пистолет с задранным кверху дулом.

— Не отвлекаемся, ребятки! — крикнул он. — Вы сейчас — пока что корм для паладинов, особливо кто в конце состава едет! Если в пустыне убили — это одно, а так — мы, железнодорожники, отвечаем. И тут не сказки рассказывают, а ищут возмутителя спокойствия! Кто из вас еще желает пользоваться МЖД[38]?