Мертвая тишина - С. А. Барнс

в грузовой отсек, старательно обходя труп женщины на пороге. Кейн явно не столь осторожен, и хлюпанье крови под его ботинками я теперь буду слышать до конца жизни. Даже если таковой настанет всего через несколько минут. Особенно если.

В зале, однако, я снова резко останавливаюсь. Поначалу мозг не способен переварить зрелище, открывающееся в ограниченном луче света фонаря.

Наверху, в атриуме, хотя бы можно было заключить, что паника вкупе с галлюцинациями и наличием мощного оружия вылилась в убийственный хаос, и что смерти безопасников отделения Диас носили случайный характер.

Здесь же, однако, только… только части тел. Словно подчиненные Шина сцепились между собой и намеренно поубивали друг друга. И стрельба с близкого расстояния привела к ампутациям, обезглавливаниям и невероятному количеству крови.

На уже покореженной пассажирской дверце «Маха 10» красуются красные пятна, а по капоту разбросаны бесформенные куски чьей-то плоти.

На останках разбитого рояля лежит безголовый труп, и кровь с него капает и капает, собираясь в лужу на полу.

Боже.

Меня начинает трясти, из-за чего пятно света от фонаря дрожит и отбрасывает дергающиеся тени, как будто между мертвецами движется что-то неестественное и зловещее. Может, впрочем, то восстают их призраки, чтобы присоединиться к остальной компании.

На мгновение я зажмуриваюсь. Так, успокойся. Дыши.

Я не солдат, не профессиональный специалист по безопасности. С видениями мертвых или без, я капитан анализатора комсети. Несчастные случаи происходят, да, особенно в космосе. Однако нам не встречается подобное умышленное насилие над личностью, да и насилие вообще, кроме разве что эпизодических стычек коллег. «Да прекратишь ты чавкать, мать твою?» — вот и все, что у нас происходит.

Я крепко держу вялую руку Кейна, что ему, вполне возможно, неприятно, однако концентрация на этом контакте придает мне уверенности. Напоминает о моей задаче: убраться, черт побери, отсюда, пока у нас есть такая возможность.

И мы почти у цели.

Заставляю себя открыть глаза и сосредотачиваюсь.

Бросаю взгляд на дальнюю стену: выдвижной мост с «Ареса» по-прежнему на месте. По крайней мере, хоть что-то. Рядом в ожидании лежат переносной контейнер, несколько наполненных черных сумок и мешок с трупом. По-видимому, кто-то готовился к переходу на «Арес», однако помешала вспышка безумия.

Велико искушение броситься на мост прямо сейчас. У нас остается очень мало времени, я чувствую это. Рации умолкли, даже Макс больше не требует докладов об обстановке. Сколько еще он станет выжидать, прежде чем отдать приказ убрать мост и удалиться на безопасное расстояние? Даже если все его безопасники погибнут — или уже погибли — на «Авроре» до инициации намеченного взрыва, нисколько не сомневаюсь, Донован не уйдет, не уничтожив лайнер тем или иным способом.

Однако Кейну необходим скафандр. Без него нас не впустят на «Арес».

Мы подходим к ЛИНА, и я поднимаю трап к шлюзу. Подняв затвор, завожу Кейна внутрь, где усаживаю на скамью, на которой мы переодевались в скафандры. Их здесь уже не осталось, и даже если где-то на корабле и хранится запасной, такой не подойдет. Чтобы на «Аресе» не возникло подозрений, необходим скафандр безопасника «Верукса».

Я снимаю шлем, и меня немедленно обдает волной запахов дома — перегретого металла, старого пластика, апельсинового чая Лурдес. В груди щемит от тоски, и меня так и подмывает опустить заслонку и спрятаться на корабле, притворяясь, будто ничего не изменилось.

— Сиди здесь, хорошо? — шепчу я Кейну. На ЛИНА он будет в большей безопасности, чем в грузовом отсеке, где может куда-нибудь забрести или наткнуться на Рида.

Моих слов мужчина не воспринимает, как и моего присутствия вообще. Он моргает, но это всего лишь механика, моторные рефлексы.

«Ему станет лучше. Как только мы выберемся отсюда, ему станет лучше. Он вернется. Это все из-за чертового прибора», — говорю я себе и пытаюсь поверить в собственные слова.

Но когда я отпускаю руку Кейна, замечаю у него на середине предплечья рваный порез, все еще вяло кровоточащий.

Я так и ахаю. Рана глубокая, и ее необходимо заклеить, а то и вовсе зашить.

Когда же он так порезался? Во время бегства от Дэрроу? Или когда мы протискивались через баррикады из мебели?

Поднимаю руку к своей щеке, к месту возможного укуса. Возможно, Кейна цапнуло что-то и похуже.

Как бы то ни было, про порез он даже не обмолвился. Не издал ни звука, даже не крякнул от боли.

«Он не вернется. И ты знаешь это».

На глаза у меня наворачиваются слезы, и на мгновение я тону в непомерной тоске. Хочется упасть на колени и умолять Кейна проснуться, услышать меня.

Временно перевязываю ему руку чистым лоскутом, обнаруженным в одной из ячеек стеллажа. Медиком у нас был Кейн, а не я, но на данный момент я только так и могу снизить опасность заражения. Затем покидаю ЛИНА, закрыв за собой шлюз.

Мне требуется больше времени, нежели я рассчитывала, — и больше, чем у меня имеется, — чтобы отыскать практически неповрежденный скафандр и стащить его с прежнего владельца. (Наилучшим вариантом оказывается тот самый парень на рояле. На вид его скафандр совершенно целый. Как и он сам — ниже шеи, разумеется.)

Каждую секунду я ожидаю клацанья, свидетельствующего о начале процедуры отвода моста. После чего до разгерметизации у меня останется несколько секунд, от силы минута. До того, как атмосфера — и все остальное, включая и меня, — начнет извергаться в открытый космос.

«У меня уходит слишком много времени. Слишком много. Слишком много», — стучит у меня в голове, пока я бегу обратно к ЛИНА с добытым скафандром.

Внезапно раздающийся сигнал тревоги в шлеме застигает меня врасплох.

— Внимание, — мурлычет записанный женский голос мне на ухо. — Низкий уровень кислорода.

Ну разумеется. Нисколько не удивлюсь, если Макс приказал сократить мой запас. Или же из-за гребаного бега ради спасения расходуется слишком много воздуха.

— Остается менее двенадцати процентов, — продолжает голос. — Пожалуйста, проследуйте в безопасное место.

Конечно-конечно, как раз над этим работаю. Вот только нужно еще найти шлем для Кейна.

По вполне понятной причине парень на рояле таковым не располагал.

Я получаю предупреждение лишь в последнее мгновение. Слух улавливает шарканье, и становится чуть посветлее — от какого-то нового источника.

Бросаю скафандр возле шлюзовой заслонки ЛИНА и с пистолетом наготове разворачиваюсь в сторону коридора, откуда мы и пришли. Все-таки придется помериться силами с Ридом.

Лишь теперь я осознаю собственную ошибку. Угол отсека перед моими глазами все такой же темный. Да и разве смог бы Дэрроу в своем состоянии найти фонарь и воспользоваться им? Когда я