Не кричите в тёмном лесу - Дарья Андреевна Кузнецова

– проговорил я вместо Лу, которая только махнула рукой и недовольно скривилась. - Смысл её сводится к тому, что в экстремальной ситуации не стоит ждать появления благородного спасителя, а нужно бороться самому, прилагая усилия к спасению.

– То есть он нас послал подальше, не желая возиться, - со смешком ехидно перевёл Кра. Комментировать это утверждение никто не стал, но все мысленно согласились.

– И что, он даже рышу не сказал, с кем нам предстоит встретиться? – продолжил я.

– Нет, но живых существ на станции нет, – вздохнула Лунария.

– Все умерли? - предположил учёный неприязненно.

– Скорее, станция автоматическая, - возразила штурман.

– Ну да, рыш с самого начала говорил, что на кораблях вредителей нет ничего живого. Получается, нам предстоит столкнуться с роботами? И не просто столкнуться, а умудриться как-то отключить эту станцию, отменить приказ, отданный неизвестно кем невесть когда. И, что характерно, непонятно, какой приказ. А потом ещё угнать корабль и на нём улететь...

– У нас в последние несколько дней вообще прискорбно небольшой набор целей в жизни. Исключительно уголовного характера по одной-единственной статье: угон транспортного средства, – заметил я иронично, а потом предположил: – Не могут быть эти, которые эволюционировали, создателями станции? Откуда-то же они узнали, где она находится, что лететь нам надо именно сюда!

– Сомневаюсь, – поморщилась Лу. - Они решили избавиться от белковых оболочек и перейти в другую форму существования, отправили оставшихся сородичей помогать недоразвитым видам. Как-то странно после этого городить систему, которая не позволяет этим самым видам выходить в открытый космос. Можно, конечно, допустить,что он наврал, но верится в это слабо.Зачем? Да и мегалиты на наших планетах косвенно подтверждают его слова. Эти древние и так достаточно обезопасили себя, просто сделав планету недосягаемой для существ, подобных нам. Ну и кроме того, стиль оформления у них совсем другой, какой-то... доисторический, сплошной камень. Здесь же всё очень похоже на наши творения. Сложно поверить, что они строили везде свои пирамиды, сделали этот каменный яйцеобразный аппарат, а потом вдруг ради одной станции так кардинально изменили своим привычкам. И заодно решили отказаться от сознательного использования инфополя, на котором у них строилась вся техника. В общем, нет, я уверена, что это не они. А с рышей мы вроде давно уже сняли подозрения,и повода возвращаться к этому вопросу я не вижу.

– Если это сделали не они,то, может быть, сотворили их конкуренты? – негромко предположил Ашшира.

– Логично, - переглянувшись с напарницей, кивнул я. – Рыш даже примерно не представлял, где находится источник этой угрозы, поэтому разговор с ним не мог помочь сторожу определиться. Но и до разговора тот догадывался, где стоит искать. А у рыша выяснил, что эти конкуренты до сих пор себя в явном виде не проявили и никому до сих пор на глаза не попались.

– Погоди, так не выходит, – возразила Лунария. - У нас тогда с датами проблема. Если рыши – действительно следующая ступень эволюции «древних номер один»,то ушли эти древние из мира очень, очень давно. Я еще могу поверить, что много тысяч стандартов просуществовали строения на планете, находящейся вне времени. Но чтобы столько же протянула техника вполне знакомого вида, созданная «древними номер два»?!

– Есть одно предположение, - проговорил я. – Теоретически автоматика может быть очень совершенной. Если эта техника способна самовосстанавливаться и самовоспроизводиться, разведывая и добывая нужные полезные ископаемые, то она потенциально способна существовать вечно.

– Не нравится мне идея такой техники. Сразу возникают нехорошие предположения, что стало с этими древними. - Напарница печально вздохнула.

– И тем не менее идея эта прекрасно сочетается со всем, что мы знаем и о космических вредителях, – возразил ей. – Пригодные для обитания корабли без экипажа, отсутствие интереса к очищенным планетам, неизменное поведение вот уже сколько веков.

– И объясняет поведение «древних номер один», – вставил Кра.

Выглядел пуль растерянным и слегка заторможенным,и я догадывался о причинах такого поведения: чудесное спасение, бесспорно, приятное событие, но шату нужно было время, чтобы снова привыкнуть быть живым. Я бы, может, и хотел поддержать его морально и как-то помочь, но не хотел лезть в душу без спроса и предпочитал просто не трогать пуля. Кажется, того же мнения придерживались и остальные. Во всяком случае, Лу то и дело поглядывала на пуля, явно порывалась что-то сказать, но каждый раз осекалась и молча отводила взгляд, не решаясь заговорить. Неожиданно было встретить в жизнерадостной непосредственной о-Лоо такую неуверенность, но... То ли она ещё ни разу не ошибалась в людях настолько сильно,то ли её здорово подкосили события последних дней.

– Что ты имеешь в виду? - спросила женщина.

– Я, конечно, не знаю, что они собой представляли, но их всеобщий одновременный переход в другое качественное состояние кажется странным. Даже для очень высокоорганизoванного общества. В любом случае нашлись бы недовольные, которых не убедили бы никакие доводы. И если такие недовольные нашлись, зачем было им рассеиваться по Вселенной, законсервировав свою планету? Кто хотел – ушёл, кто не хотел – остался бы и жил преспокойно дальше. Можно, конечно, предположить, что у них было чрезвычайно тоталитарное общество, где отдельных индивидов ни о чём не спрашивали. Но мне кажется, что этот их переход очень похож на бегство. Планету они не «сохранили на всякий случай», а спрятали, причём от какой-то конкретной угрозы.

– Не исключено. – Я задумчиво кивнул. - Мне тоже эта история кажется не слишком убедительной. Как считаешь, Лу?

– Мне сторож не понравился, - вздохнула она. – Но это личное, а если объективно... Не похож он на представителя фантастически просвещённой и благородной цивилизации, хоть ты тресни. Рыш с его установкой на неприкосновенность любого разума и нежеланием лезть в чужие головы – похож, а этот, который не гнушается пользоваться своим превосходством сразу, даже не попытавшись договориться полюбовно, нет. Умные – да, сильные – да, но совсем не дружелюбные. Может, они сами не агрессивны, но как минимум знакомы с агрессией и не так уж ей чужды. А значит, либо воевали сами, либо находились под угрозой войны, либо наблюдали нечто подобное и хотели избежать. Единственное, во что я верю безоговорочно, так это что смерть разумных существ могла как-то навредить их системе. Он легко и без малейших угрызений совести убил бы нас, если бы имел такую необходимость.

– Ладно, допустим, бежали