Иду за тобой 2 - Елизавета Владимировна Соболянская

– Можем, и это на самом деле неплохой вариант, – сказал Элурэн. – Планета входит в систему Альянса, на ней строго следят за экологией, и Лираму там будут рады, как нигде.

– А… на Альфинею он вернуться не сможет? – осторожно уточнила Лена. Она не знала, почему Лирам не живет на родной планете, и не хотела случайно причинить ему боль.

– Мы обязательно прилетим на орбиту Альфинеи, чтобы отправить запрос. Если Лирама примут, выбор останется за ним.

– Какой выбор?

– Принятые советом Альфинеи жители планеты не имеют права жить в другом мире. Только по службе или по приказу совета. А семью Лиарма могут и не принять.

– Ух! – девушка потерла занывший висок. – Сейчас это все для меня слишком сложно. Собираем вещи и летим на Сати. Какая там погода? И что надеть?

– О, наконец в нашей эгги проснулась новобрачная! – хмыкнул Эрнарэн, открывая прогноз погоды в районе космопорта на соседней планете.

Лена легонько ткнула его локтем в бок и чопорно заявила:

– Ничего вы не понимаете, лейтенант! Встречают всегда по одежке!

Мужчины рассмеялись и пошли сообщать команде о скором отлете.

Глава 7

Сати с низкой орбиты выглядела сказочно – алые деревья, алая трава и много мелких прозрачных ручьев.

– Здесь так красиво, – Лена радовалась, как ребенок, – а почему столько деревьев?

– Первые колонисты собирались выращивать здесь зерновые культуры, но быстро выяснилось, что климат пусть и мягкий, но довольно влажный. Ручьи разливаются и смывают посевы, а деревья растут отлично, дают обильные урожаи, да и разброс культур просто огромный!

– Разброс культур?

– На экваторе выращивают хлебные деревья, цитрусовые и даже красные бананы. Чуть севернее растут оливки, гранаты, персики, яблоки, груши. Южнее – финики, кокосы, какао, кофе и еще два десятка адаптированных культур. А травой питаются многочисленные стада овец.

– О! Двойная выгода!

– Сначала завезли коз, но эти проныры научились забираться на деревья и обгладывать молодые ветки. Так что теперь здесь разводят овец, готовят овечий сыр, прядут шерсть и делают миллионы тонн витаминных джемов, паст, чипсов, хлопьев и смесей.

– Потрясающая планета! – сделала вывод девушка.

– Но довольно скучная для тех, кто привык к жизни в городе, – раздался над головой голос Илая. – Все владельцы земель пытаются больше заработать, так что из развлекательных мест здесь только космопорт и пароходы на крупных реках. Фермы раскиданы по всей планете довольно широко, но дорог мало. Используют летающие грузовики для доставки продукции в космопорт. Правда, после сбора урожая устраивают танцы в амбарах, и это весело и сытно, но случается три-четыре раза в год, не чаще.

– А где живут приезжие? – удивилась Лена. На Илуре она своими глазами видела туристические комплексы и бунгало на островах, а тут кроме деревьев ничего не было видно.

– Можно снять гостевой домик у местных фермеров, – пожал плечами Илай, – но у Лирама тут есть дом и сад.

– Есть, – подтвердил альфинеанин. – Когда я искал себе пристанище, мне показалось, что я смогу прижиться на этой планете.

– Получилось? – Лена отодвинулась от иллюминатора и заглянула в глаза второму супругу.

– Почти. Сад – это все же не лес. Другие растения и животные, другие запахи. Да еще овцы… Правительство требует иметь определенное количество животных на единицу площади, а для меня это слишком хлопотно.

– И как ты решил проблему?

– Нанял работников, – пожал плечами Лирам. – Создал заповедный сад, куда животным нет хода. Объяснил, что вывожу новые сорта яблонь и груш, огородил его оградой, которую на Сати ставят вокруг питомника, и обновил дом.

– А ты действительно выводишь новые сорта? – стало интересно девушке.

– Цветок моего сердца, я же альфинеанин. Я могу договориться с деревом, чтобы оно давало плоды определенной формы или цвета. Это вполне подходит под определение «селекция».

– Забавно, – улыбнулась Лена, – и все же почему на этой планете листья красные?

– Тебе ответ местных или научный? – с улыбкой отозвался Лирам.

– И тот, и тот!

– Местные считают, что этому способствуют запасы железных руд в почве. Мол, ржавчина проникает в листья вместе с водой и меняет их цвет.

– А научное объяснение?

– А научное… листья на этой планете содержат большое количество ксантофилов. Эти частицы заменяют хлорофилл и способствуют высокому содержанию каратиноидов и фикобелинов. Даже из листвы местных яблонь можно добывать агар-агар, как из бурых водорослей!

– Ого, – Лена с уважением взглянула на планету. – А если привезти сюда зеленое дерево?

– Через несколько лет его листья покраснеют, – ответил Лирам.

Тут прозвучал механический голос, предлагающий пристегнуть ремни, и мужчины вернулись на свои места. Девушка взяла леденец, прикрыла глаза и приготовилась к неизбежной тряске при посадке.

Воздух на Сати пах яблоками. Вокруг космопорта росли именно яблони, и ветки сгибались под тяжестью плодов.

– Разве можно есть яблоки, выращенные рядом с кораблями? – удивилась Лена.

– Их не едят, – улыбнулся Лирам, – они здесь для красоты. В положенный срок их собирают специальные машины-уборщики и перерабатывают в удобрение. Яблочные стружки охотно берут как добавку к грунту для комнатных растений, а брикеты становятся субстратом для выращивания растений в корабельных оранжереях.

– Потрясающе! – оценила Лена и вслед за мужьями потопала к очередной авиетке.

Точку высадки задали недалеко от космопорта, всего в часе неторопливого полета. Под крылом тянулись бесконечные сады, огороженные тонкими полосками изгородей. Между садами, вдоль ручьев, на заливных лугах паслись отары овец. Кое-где торчали ветряки, выглядывали среди веток крылья мельниц, и в целом вид был очень пасторальный.

Дом Лирама – одноэтажный и длинный – очень выделялся из окружающего пейзажа. Лена уже заметила, что тут чаще строили высокие и узкие двухэтажные дома с яркими крышами – зелеными, желтыми, белыми. Вероятно, для ориентирования с высоты. У этого дома крыша была зеленой, но тянулась вширь и напоминала букву «Т». Рядом притулилось белое блюдце посадочной площадки.

Стоило авиетке приземлиться, как из стоящего среди деревьев высокого дома с желтой крышей вышла целая семья – немолодой мужчина в овчинном жилете мехом внутрь, украшенном красивой вышивкой. Рядом с ним шла женщина примерно тех же лет. Следом показались рослые молодые люди в простых кожаных жилетах и один в вышитом, но без меха. Последними вышли молодые женщины и дети.

Увидев Лирама, они расслабились, а старший скомандовал:

– Бабы, дом готовьте! Хозяин вернулся.

Часть женщин сразу ушла, остальные же остались, жадно слушая, как Лирам приветствует главу семьи и представляет Лену:

– Моя жена. Цветок моего сердца. Мои побратимы. Большую спальню приготовьте для нас, остальные для моих братьев. Ужин есть?

– Вы не предупредили, – покачал головой старик, – сыра да хлеба найдем, фруктов довольно, а мяса нет еще. Не сезон.

– Нам хватит, – остановил его альфинеанец. – Пришлите нам фруктовый сок, сидр, фрукты и сыр, хлеб у нас свой.

Когда их проводили к «хозяйскому» дому, Лена шепотом спросила:

– А почему хлеб у нас свой?

– На Сати не выращивают злаковые, – объяснил ей Лирам, – есть ми-ши, но их мало. Вся мука привозная и стоит дорого, поэтому в хлеб добавляют орехи, фрукты, травы – в зависимости от региона, и это не всегда вкусно. Если хочешь попробовать, завтра попросим у хозяйки дома лепешку.

– Попробовать интересно, – ответила девушка, – но ты прав, лучше не напрягать людей.

Она с любопытством рассматривала дом, находя его очень непривычным. Он словно… рос из земли! Много-много тонких стволов сплелись ветками в цельную стену. Окна и двери не были вырублены – тонкие стволики просто обнимали рамы и косяки. Крыша была зеленой, потому что ее густо покрывали листья!

– А… почему листья зеленые? – ошарашенно спросила Лена.

– Я попросил их об этом, – невозмутимо ответил Лирам, открывая двери.

Внутри вкусно пахло живым деревом, немного травой и цветами. Сразу за дверью располагалась небольшая площадка, выложенная круглыми камушками, на ней хозяин дома и его гости оставили обувь, а дальше… Лена шагнула на красный ковер и засмеялась! Это была трава! Густая красная трава, приятно щекочущая босые пятки.

Девушка обошла небольшой холл, поглаживая стены, выглядывая в окна. Посмотрела на «живые» скамейки, на которых