Джеймс Лусено - Дарт Плэгас

– Вынужден признать, я здесь без билета, капитан.

С опаской приблизившись, капитан указала на открытый контейнер, стоявший в нескольких метрах от него:

– Как ты ухитрился в нем выжить?

Плэгас повел рукой, подражая капитану:

– Из даров моря вышла вполне удобная постелька.

Забрак бросился к нему с перекошенным от гнева крапчатым лицом:

– Эти дары моря – наши средства к существованию, муун. А твоими стараниями они и ломаного кредита теперь не стоят!

Плэгас встретил его взгляд с достоинством:

– Прошу прощения, что испортил ваш груз.

– Хладагент, – проговорила капитан Ла чуть резче, чем до этого. – Как ты в нем выжил?

– У муунов три сердца, – пояснил Плэгас, закинув ногу на ногу. – Двумя из них мы управляем напрямую, так что я всего-навсего заставлял кровь циркулировать и поддерживал температуру тела в пределах нормы.

Подойдя к открытому контейнеру, заговорил аквалиш-квара:

– К слову, о крови. С тебя тут натекло.

Плэгас тоже заметил пятна застывшей крови на подтаявшей рыбе.

– Следствие одного несчастного случая. Спасибо, что обратили внимание.

Ла перевела взгляд с контейнера на Плэгаса:

– У нас есть меддроид. Я прикажу ему осмотреть твою рану.

– Вы очень добры, капитан.

– Далековато ты забрался от Дуги Браксанта[4], – заметил калиш. – Кого мы не ожидали найти в своем грузовом трюме, так это мууна-безбилетника.

Плэгас кивнул, соглашаясь:

– Могу себе представить.

– Из кон’мийского космопорта ходят рейсы до Биммисаари, – добавил забрак. – Невмоготу было ждать или наличка кончилась?

– Сказать по правде, я предпочел избежать общественных космолиний.

Ла и забрак озадаченно переглянулись.

– Ты что, беглый преступник? – спросила капитан.

Плэгас покачал головой:

– Я просто ценю уединение.

– Еще бы, – буркнул квара. – Но стоит взглянуть на это, – он указал на окровавленных рыбин в контейнере, – и становится ясно, что твоя байка – тухлая, как эта рыба.

– Что привело тебя на Бол’демник, муун? – спросил клатуинец, прежде чем Плэгас успел раскрыть рот.

– Я не вправе разглашать характер моей деятельности.

– Инвестиции Банковского клана, – презрительно усмехнулся клатуинец. – Или адвокатская практика. Ничем другим мууны не занимаются, капитан.

Ла оценивающе посмотрела на Плэгаса:

– Он прав?

Тот пожал плечами:

– Не все мы – банкиры и адвокаты. Равно как и не все тогруты – пацифисты.

– Тебе же лучше, если и впрямь окажешься финансовым чародеем, – бросил забрак. – Какой-нибудь ловкий фокус спасет тебя от выброса за борт.

Плэгас не сводил глаз с Эллин Ла.

– Капитан, я признателен за то, что вы и ваш экипаж проявили такой интерес к моей персоне. Но может быть, чтобы упростить дело, нам стоит переговорить с глазу на глаз? – Чувствуя, что она медлит с ответом, он добавил: – Строго в интересах соглашения, выгодного нам обоим.

Ла оглядела своих соратников, затем кивнула, стиснув зубы:

– Я недолго, – пообещала она забраку, когда тот покидал трюм. – Но не выпускайте нас из виду.

Пронзив Плэгаса дерзким взглядом, забрак ответил:

– Если дело затянется, мы вернемся.

Плэгас подождал, пока их с тогрутой не оставили одних:

– Благодарю вас, капитан.

Та бросила на него хмурый взгляд:

– Довольно сотрясать воздух. Кто ты такой и почему не покинул Бол’демник на том же корабле, на котором прибыл?

Плэгас деланно вздохнул:

– Прежде чем я пущусь в пространные объяснения, давайте здраво оценим ситуацию. Я проник на ваш корабль в надежде добраться до Муунилинста – и чем скорее туда попаду, тем лучше. – Говоря на общегалактическом, Плэгас глотал вторую «н» в названии своей родной планеты. – К счастью для нас обоих, у меня достанет денежных средств, чтобы щедро отблагодарить вас за оказанную услугу – и, конечно, я возмещу вам стоимость драгоценного груза, который я имел несчастье испортить. Вам стоит лишь озвучить разумную цену, и сделка заключена. Уверяю вас, капитан, я – муун слова.

Она недоверчиво сощурила глаза:

– Оставляя за скобками вопрос о том, кто ты такой, – весьма животрепещущий, как ты сам понимаешь, – я все равно должна обсудить твое предложение с экипажем.

Плэгас озадаченно моргнул:

– Не уверен, что понимаю вас. Вы же капитан «Скорбного», разве нет?

– Все члены команды равны, – пояснила тогрута. – Я не принимаю важных решений, пока не выслушаю каждого – и не важно, вопрос ли о нашем грузе или о пункте назначения. Восхищайся моим благородством или кляни меня последними словами, мне все равно. Как ты сам сказал, ситуацию надо оценивать здраво.

Плэгас улыбнулся, не обнажая зубов:

– В таком случае, капитан, я жду результатов вашей беседы.

Ла вздохнула с облегчением:

– А ты пока останешься здесь.

Плэгас не возражал:

– У меня и в мыслях нет вас торопить. Чем ближе мы подлетим к Итору, тем ближе я окажусь к дому.

От этих слов внутри у нее все похолодело:

– А как ты узнал, что мы летим на Итор?

– Точно так же, как выяснил, что вас зовут Эллин Ла. – Довольный ее замешательством, Плэгас добавил: – Я не телепат, капитан Ла. Увидев ваш корабль на летном поле, я взломал базы данных космопорта и тщательно все изучил.

На лице капитана разом отразились любопытство и неуверенность.

– В таком случае – почему именно «Скорбный»?

Плэгас хмыкнул:

– Я не играю с судьбой, капитан, – если заранее не уверен в победе.

Ла презрительно фыркнула:

– Это не игра.

В кают-компании 11-4Д следил за разговором членов экипажа, вернувшихся из грузового трюма. На борту «Скорбного» дроид знал о медицине побольше остальных и лично отвечал за здоровье и благополучие команды, а потому у него вошло в привычку подслушивать их разговоры везде, где только возможно. Создав для каждого индивидуальный профиль, основанный на частоте дыхания и сердцебиения, температуре тела и манере речи, выражении лица и интонациях, дроид сразу же определил, что появление на борту корабля незваного гостя в высшей степени взволновало первого помощника Маа Каапа.

– Вы когда-нибудь видели, чтобы муун проделывал подобное? – спрашивал забрак.

– Да ты муунов-то хоть раз видел? – бросил в ответ Вандау.

– Ладно, перефразирую. Вы когда-нибудь слышали, чтобы муун проделывал подобное?

Прежде чем кто-то успел ему ответить, в кают-компанию вошла капитан. Она была в растерянности – пусть и старалась не подать виду. 11-4Д обратил внимание на усилившийся кровоток в ее головных хвостах – самостоятельных органах чувств у тогрут – и перемену в пигментации кожи – непроизвольную миметическую реакцию, которую по временам вызывало нервное перенапряжение.

– Итак, – произнес Маа Каап, поднимаясь на ноги.

Экипаж внимательно выслушал ее пересказ короткого разговора с мууном-безбилетником, который отказался предоставить какую-либо информацию о себе. Он не открыл своего имени, не объяснил свое присутствие на Бол’демнике и причину, по которой он так спешил отбыть с планеты. Об обстоятельствах, при которых он получил ранение, муун тоже ни словом не обмолвился. Вместо этого он просто предложил сделку, попросив доставить его на Муунилинст, планету на далекой Дуге Браксанта и штаб-квартиру Межгалактического банковского клана.

– Что говорит тебе интуиция, капитан? – полюбопытствовал ПеПе, шевеля заостренными ушами.

Капитан Ла оглянулась на коридор, который вел к грузовому трюму №4:

– Он скользкий как угорь – и явно привык добиваться своего. Но выхода у нас всего два: либо вернуть его на Бол’демник и рискнуть грузом, либо высадить на первой остановке, и пусть он создает проблемы другим.

– Или вышвырнуть за борт, и дело с концом, – добавил Вандау.

Ла покачала головой:

– Он мог поделиться планами с кем-то на Бол’демнике. Если он внезапно исчезнет, мы окажемся по уши в дерьме.

– Ну и как поступим? – настойчиво спросил Маа Каап.

Тогрута сжала губы в тонкую линию:

– Нужно избавиться от него как можно скорее.

Вандау и Зуто переглянулись.

– Вопрос с доставкой мууна по назначению – за разумную цену, естественно – ты даже не рассматриваешь?

– Я никогда не бывала на Дуге Браксанта, – сказала Ла. – А вы?

Ее спутники замотали головами.

– А он не хочет ли покрыть стоимость испорченного груза? – спросил ПеПе.

– Сказал, что покроет.

– Так давайте подкинем его до Итора, – продолжил калиш. – А если он убедит нас, что достоин доверия, можем и до самого Муунилинста махнуть. Познакомимся с новыми уголком космоса – хуже все равно не станет.

– Даже не знаю… – пробормотала капитан, покусывая нижнюю губу.