Мертвая тишина - С. А. Барнс

до меня, ни разу не показывались — с тех самых пор, как я вступила на борт «Авроры». И что же это означает? Да откуда мне знать…

Внезапно Кейн хлопает меня по плечу, и от неожиданности я подскакиваю на месте. Он протягивает руку, и сначала я решаю, будто он хочет взять меня за руку. Потом соображаю: ему всего лишь нужна отвертка, которую я по-прежнему сжимаю в кулаке.

Меня, однако, одолевают сомнения как, наверное, и его самого пару минут назад, когда я спросила об инструментах.

— Не буду. Обещаю, — хрипло заверяет меня Кейн моими же словами.

Надеюсь, это не просто подражательство, вроде неосмысленного повторения ребенком «пожалуйста» или «спасибо».

Он кивает в сторону двери, и я прослеживаю его взгляд, направленный на… петли. Ох, черт, ну конечно же! Петли здесь расположены внутри помещения! В отличие от ЛИНА, «Аврора» — пассажирское судно со всеми удобствами и фишками пространства, предназначенного для человеческого проживания. В том числе и дверьми, открывающимися вовнутрь.

— Стоит попробовать, — киваю я и вручаю Кейну отвертку. Да уж, если угораздило угодить в ловушку на готовом взорваться корабле, несомненно, лучше оказаться в ней с превосходным и наблюдательным механиком — пускай и полубезумным.

— Отойдите, — говорю я Риду.

— Нет. Я знаю, что делаю, — отвечает тот, даже не поднимая головы.

С терпением у меня всегда были проблемы, и я без всяких церемоний пихаю Дэрроу в плечо. В своей коленопреклоненной позе, да еще в тяжелом шлеме на голове он моментально теряет равновесие и заваливается набок.

Признаю, крошечная и мелочная часть меня получает удовольствие от зрелища.

Впрочем, Рид немедленно снова встает на колени — физиономия красная, губы поджаты от злости.

— Да как ты смеешь…

— Смею, посмела и посмею снова, если не заткнетесь. Я пытаюсь вытащить нас отсюда. Строго говоря, в данный момент пытается Кейн, но ведь это одно и то же.

— Неудивительно, что твоя команда взбунтовалась и вышвырнула тебя в спасательной капсуле, — огрызается младший следователь и, опираясь о стену, неуклюже поднимается на ноги.

Машинально демонстрирую ему средним палец, толком даже и не осознав смысла ею фразы А ведь прежде Рид говорил совсем другое, точно-точно. Обычно в его версии развития событии я выступаю убийцей, злодейкой и стяжательницей, ради собственной выгоды жертвующей всеми и вся.

Да какая разница. Сейчас у меня нет времени на такую фигню.

По устранении помехи в виде Рида, Кейн принимается за самую верхнюю петлю двери.

Он резко бьет по основанию рукоятки отвертки, и металлический винт выскакивает до смешного быстро. Второй оказывает некоторое сопротивление, а от поведения третьего у меня и вовсе перехватывает дыхание, Однако нашему замечательному механику удается справиться и с ним.

Но вот с громким треском выскакивает последний винт, и дверь тут же перекашивается в раме. Ее правая сторона, с петлями, теперь слегка заваливается внутрь — по-видимому, залитый Диас «БыстроЗамок» разбух и сместил изначально отвесное положение двери.

Я втискиваюсь рядом с Кейном, сажусь на корточки и осторожно подсовываю пальцы в узкую щель под дверью.

— Готов?

Однако мужчина молчит, лишь тупо таращится на гладкое дерево перед собой.

— Кейн! — повышаю я голос.

Он осматривается по сторонам, и поначалу его взгляд лишь скользит по мне, словно бы я невидимка, но затем все же возвращается на меня.

— Ты, — выдавливает Кейн.

— Да, по-прежнему я. — Меня одолевают отчаяние и страх. Буквально минуту назад он был в порядке. Ну, вроде того. По крайней мере, достаточно вменяемым, чтобы понимать происходящее и какие действия от него требуются. А сейчас от того Кейна и следа не осталось…

Я вся холодею от подобной метаморфозы.

Что же сейчас творится у него в голове? Окружены ли мы массой людей, которых я не вижу? А вдруг слушать меня для него все равно что пытаться разобрать шепот в переполненной народом комнате? Что, если он потерялся в этой иной версии мира — в постоянно набитом призраками номере — навсегда?

Передо мной встает мысленный образ Кейна в серой пижаме Башни покоя и гармонии. Он одиноко сидит в углу комнаты отдыха и что-то бормочет себе под нос.

И я вижу его в роли пациента столь ясно, что цепенею от ужаса.

Вот только в реальности — на текущий момент — даже такой его образ чересчур оптимистичен. Чтобы ему угодить в Башню, сперва нам необходимо сбежать с «Авроры».

Что возвращает нас к этой гребаной двери.

— Мне нужна твоя помощь, — обращаюсь я к Кейну, стараясь сохранять ровный и спокойный голос. Мало мне волнений, так еще от неудобной позы мышцы бедер уже начинает сводить судорогой. Киваю на дверь и принимаюсь объяснять: — Я потяну снизу, и если сбоку появится щель, ты тоже тяни. — Понятия не имею, насколько крепок расхваленный Ридом «БыстроЗамок», но хотя бы узкий зазор да должен образоваться.

Выражение лица механика сменяется с потерянного на целеустремленное.

— Хорошо.

— Хорошо, — повторяю я с облегчением, хотя и всерьез опасаюсь, что прояснение сознания долго у него не продлится. — Тогда погнали!

Обхватываю пальцами нижний край двери и откидываюсь назад, упираясь ногами в пол для создания рычага и придания дополнительного усилия.

Правая сторона двери заваливается внутрь уже на пару сантиметров, и Кейн не мешкая сует пальцы в зазор. Мы тянем сообща, и теперь решительности мне прибавляет и необходимость сохранить ему пальцы — ко всему прочему еще и увечья не хватало.

По спине у меня струится пот, в согнутых ногах покалывает от онемения. А пальцы неумолимо начинают соскальзывать.

— Это бессмысленно, — громко заявляет Рид позади нас.

Так и хочется перенаправить усилия, чтобы заткнуть его поганый рот, но я не позволяю себе отвлекаться.

— «БыстроЗамок» как раз и предназначен для предотвращения подобного способа взлома, — назидательно сообщает Дэрроу.

И он, скорее всего, оказался бы прав, будь мы на боевом корабле, судне какого-то специального назначения или в жилом модуле. Там устанавливаются металлические двери, металлические рамы. Но я готова биться об заклад — а если надо, то и молиться, — что этот вот деревянный косяк, неотъемлемая составляющая обстановки «ух-ты-как-шикарно» для пассажиров Платинового уровня, более призван радовать глаз, нежели противостоять взлому. Кроме того, само воздействие «БыстроЗамка», столь стремительно разбухающего в замкнутом пространстве, тоже должно было причинить некоторые повреждения, верно ведь?

Как раз когда мои пальцы уже практически не держат, дверь внезапно капитулирует и с громким треском отгибается на добрый десяток сантиметров. Из-за отдачи я не очень-то грациозно плюхаюсь на задницу, а Кейн отшатывается на пару шагов назад.

Вскидываю голову и, к величайшему облегчению, обнаруживаю