Джеймс Лусено - Дарт Плэгас

– Вы довольны своей новой должностью, наместник?

– Очень доволен. Но не могу не заметить, я принял бразды правления как раз в тот момент, когда Федерация переживает острый кризис.

– Поберегите свое нытье для другого раза, наместник, ибо скоро положение осложнится еще больше.

Мигательные перепонки на глазах Ганрея свело судорогой.

– Еще больше? Но как такое возможно?

– Республиканский Сенат вот-вот примет закон, по которому все зоны свободной торговли будут облагаться налогом.

– Это возмутительно!

– Без сомнения. Но я предупреждал вас, что к этому все идет. Верховный канцлер Валорум лишился последних крох доверия, а после того, что произошло на Эриаду, Сенат полон решимости и дальше давить на Торговую Федерацию. Король Веруна мог бы поставить Сенату палки в колеса, но он отрекся от престола, а юная королева Амидала и сенатор от Набу громче других призывают ввести налоги. Именно сейчас, когда Сенат поглощен распрями, настал момент собрать ваши вооруженные грузовые корабли и установить блокаду.

– Блокаду? Какой системы, владыка Сидиус?

– Я извещу вас в должное время. – Когда Ганрей не ответил, Сидиус спросил: – В чем дело, наместник? Даже находясь за много световых лет от вас, я чувствую, как скрипят шестеренки в вашем крошечном мозгу.

– Прошу прощения, владыка Сидиус, но, как верно заметили мои советники, передислокация судов несет значительный финансовый риск. Для начала, цены на топливо слишком высоки. А если отрядить столько кораблей на установление эмбарго, это подорвет торговлю во Внешнем и Среднем кольце на весь период, пока будет длиться блокада. И, наконец, кто знает, как отреагируют на эти новости наши инвесторы?

Сидиус подался вперед:

– Значит, все дело в деньгах, не так ли?

Губы наместника задрожали.

– Мы все-таки коммерческое предприятие, владыка Сидиус, а не военный флот.

Сидиус ответил не сразу. Но когда это случилось, в его голосе слышалось отвращение:

– Даже после всего, что я сделал для вас, вы по-прежнему не в состоянии понять, что союз со мной – инвестиция в будущее. – Он пренебрежительно махнул рукой. – Но это неважно. Разве не приходило вам в голову, что ваши самые важные инвесторы получат огромные прибыли лишь благодаря тому, что вам многое известно о будущих событиях? Разве они не выгадают, узнав, что кси-чары, джеонозианцы и другие инсектоиды с коллективным сознанием производят оружие не покладая клешней и когтей? Разве не сбалансируете вы свой драгоценный бюджет, получив прибыли от других транспортных компаний взамен тех доходов, которые Торговая Федерация рискует потерять?

Ганрей все еще пребывал в сомнениях:

– Мы боялись, что подобные действия могут испортить элемент внезапности, владыка Сидиус.

– Тем больше причин действовать быстро.

Ганрей кивнул:

– Я отдам приказ собирать флотилию.

Владыка ситов откинулся на спинку кресла:

– Хорошо. Не забывайте, наместник: все, что я дал вам, я могу с той же легкостью отобрать.

Сидиус завершил передачу и сбросил капюшон.

Что же это сейчас было? Ему открылось будущее? Жизнь, в которой ему предстоит опекать безмозглых тупиц, пока они с Плэгасом приводят в действие финальную фазу Великого плана? Или, может статься, для него существует иной способ властвовать, испытывая злорадное удовлетворение?

Даже если бы с неба не лило как из ведра, почва, которую Плэгас ощущал под подошвами сапог, все равно была бы мягкой – как итог многовекового накопления разложившейся органики. Вода стекала с маски транспиратора и наброшенного на лицо капюшона прямо в лужицы под его ногами. Замок, когда-то принадлежавший предку Веруны – графу Виса, венчал одинокий холм, к которому не вело ни единой дороги и от которого во все стороны простирались бесконечные влажные безлесные равнины. Поднеся к глазам электробинокль ночного видения, Плэгас изучил расположение следящих устройств в стенах замка и расстановку охранников, часть которых пряталась от дождя под аркой входных ворот, украшенных вычурной решеткой. У самого входа виднелось немалое количество лэндспидеров, а чуть дальше на круглой посадочной площадке стояла звездная яхта, чей корпус продолжал сиять даже в потоках беспрестанного ливня. Свет мощных прожекторов безуспешно пытался рассеять завесу дождя и тумана.

Следуя вдоль русла быстрого ручейка, Плэгас спустился в заросли поникшего дикоцвета и соколеники, где он оставил собственный звездолет. 11-4Д ожидал его у трапа; капли дождя с гулким стуком ударяли о металлический корпус дроида.

– Сканеры могли засечь корабль, – сказал Плэгас.

– Если принять в расчет все принятые нами меры предосторожности, это маловероятно, магистр.

– Они осветили прожекторами всю округу.

– В такую ночь любой бдительный индивид на их месте поступил бы так же.

– В такую ночь негде укрыться ни мууну, ни шааку.

Дроид навел фоторецепторы на хозяина:

– Если это отсылка к известному афоризму, я не нахожу его в своих базах данных.

– Запечатай все люки и оставайся в кабине. Если я вызову тебя, подведи корабль к юго-западному углу замка и зависни с опущенным трапом.

– Вы ожидаете встретить сопротивление, магистр?

– Просто ожидаю чего-то, 4Д.

– Понимаю, сэр. Буду поступать так же.

– Это обнадеживает.

Плэгас закрепил рукоять меча на бедре и припустил вниз по равнине, едва не обгоняя дождь. Если сканеры и детекторы движения были такими точными и надежными, какими представлялись, они, вероятно, засекут его, но на такой скорости охранники, следящие за мониторами, наверняка спутают его с одним из быстроногих хвостатых хищников, водившихся в этой местности. Он остановился у размытого края освещенной области, чтобы осмотреться по сторонам, затем подбежал к десятиметровой южной стене замка и запрыгнул на нее, не сбившись с шага. Столь же быстро и без заметных усилий он спрыгнул в разбитый под стеной сад и скрылся в тени декоративного куста, которому придали форму какого-то причудливого животного. Плэгас предположил, что в стенах замка охрана будет минимальной – везде, кроме личных покоев Веруны: уж те точно будут под завязку напичканы устройствами слежения и, вероятно, даже датчиками давления на полу.

Муун так и не смог получить в свои руки внутреннего плана помещений – бывший монарх Набу очень бдительно охранял свои секреты.

Застыв у окна из витражного стекла, Плэгас различил силуэты двух людей, спешивших по коридору за стеной дома. Дождевая вода переполнила сточный желоб у него над головой, и муун ощущал себя так, словно стоит под водопадом.

– Проверьте и доложите мне, – говорила женщина.

Плэгас узнал голос начальника службы безопасности Марис Магнеты. Плотно прижавшись к внешней стене, он несколько минут двигался в параллель с подчиненным Магнеты, который дошел до конца коридора и, завернув за угол, очутился в большом зале, где под богато украшенной лестницей приткнулся пост охраны. Обострив слух, Плэгас расслышал, как охранник спросил что-то насчет Веруны и женский голос ему ответил:

– Спит как младенец.

– Хорошо ему. Тепло, сухо – не то что здесь.

– Если ты такой несчастный, Чери, – сказала женщина, – езжай-ка ты обратно в Тид.

– Может, и поеду.

– Но не мечтай, что я рвану за тобой.

Отступив от стены, Плэгас оглядел окна второго этажа: все были темными, исключая сводчатый проем у самого края стены. Муун припал к земле и прополз через кусты, затем стал взбираться по стене, прилепившись к ней, как насекомое. Вытянутый узкий проем закрывало толстое стекло; свет давали два канделябра, подвешенные по обеим сторонам от резных входных дверей. Плэгас заглянул в окно и заметил камеру наблюдения высоко на внутренней стене комнаты: щелкнув пальцами, он развернул камеру в направлении дверного проема, ослепив механизм и навеки запечатлев изображение пустой комнаты. Затем, прижав пальцы левой руки к стеклу, он стал давить на него Силой, пока оно не отлепилось от рамы. Используя телекинез, он осторожно опустил целое и невредимое стекло на крышку стола, стоявшего у противоположной стены комнаты, и скользнул в оконный проем. Некоторое время он просто стоял на подоконнике, давая плащу и ботинкам обсохнуть, и изучал узорчатый пол и двойные двери на предмет дополнительных следящих устройств. Убедившись, что парализованная камера была единственной, он спрыгнул на пол и, распахнув двери рывком Силы, прошел в просторную спальню Веруны.

Единственным источником света здесь была лампочка на камере наблюдения – сродни той, что имелась в смежной комнате. Вывести ее из строя было так же просто, как и предыдущую. Бывший король спал без задних ног под шелковым одеялом на огромной кровати с балдахином, способной вместить по меньшей мере полдюжины людей среднего телосложения. Плэгас обесточил панель охранной сигнализации у кровати, пододвинул резной стул к ее изножью и включил лампу на столике, которая осветила часть комнаты тусклым желтоватым светом. После этого он уселся и разбудил Веруну.