Мертвая тишина - С. А. Барнс

я тупая. Так изводилась собственной виной и ответственностью, что проглядела очевидные указатели.

— Макс? — повторяет Рид. По его лицу пробегает тень страха, и впервые за все время младший следователь выглядит на свой возраст — какой же он, оказывается, еще молоденький.

— Я не… Он не отвечает. И никого другого тоже не слышно…

Его попросту отключили.

— Они оставят нас здесь, — слетает у меня с языка, прежде чем я соображаю, что говорить этого не следовало.

Бросаюсь к своему шлему с рацией — как будто несколько секунд что-то решат. Кейна моя прыть как будто пугает, и он снова забивается в угол.

— Не посмеют, — недоверчиво отзывается Дэрроу, в то время как я надеваю шлем. — Мой отец…

— Важная шишка. Знаю.

Не могу не отдать должное Максу — ход сам по себе блестящий. Дополнительный штрих к легенде, который придаст ей большую достоверность. А в качестве бонуса Донован еще и получает удовольствие от устранения молодого выскочки-конкурента перед выходом в отставку.

— Ты рехнулась, — с отвращением цедит Рид.

— Макс? — заговариваю я по связи. — Вы меня слышите?

Какое-то время в наушниках царит тишина, затем раздается вздох.

— Мне очень жаль, Клэр, — произносит Макс. — Ничего этого не должно было произойти.

28

— Вообще ничего, — продолжает он. — Начать с того, что мы даже всерьез не предполагали, что этот чертов лайнер когда-либо отыщется. Наши аналитики хором твердили, что если уж его не нашли в первые пять лет, то никогда и не найдут. Похоже, они не учли развития комсети, а также того, что батареи сраного аварийного буя протянут так долго.

Почему-то именно из-за ругательства Донована я и осознаю, что все это происходит на самом деле. Добрый и заботливый дяденька, навещавший меня еще девочкой, исчезает, и вместо него возникает холодный чужак. А может, как раз это и есть настоящий Макс, и все эти годы он лишь притворялся.

— Снимаю шляпу перед бывшими разработчиками «Сити-Футуры», подобная надежность вправду поразительна. — Доновану весьма убедительно удается изобразить добродушный смешок.

— Что он говорит? — набрасывается на меня Рид, хватая меня за плечо, но я скидываю его руку.

— Это вы сделали, — говорю я по рации. — Вы что-то сделали с «Авророй». «Верукс» сделал.

Как-никак именно в этом и заключается работа Макса, не так ли? Подчищать за корпорацией.

— Подобный драматизм не планировался. — Снова смешок. — Мы всего лишь хотели, чтобы именитые гости ощутили некоторый дискомфорт. Наши исследователи установили, что генерируемые в замкнутой среде интенсивные вибрации определенного инфразвукового диапазона способны вызывать головную боль, паранойю, безотчетный страх и депрессию. Зрительные галлюцинации тоже, но от силы у двух процентов подвергающихся воздействию, да и то лишь у страдающих психическими расстройствами.

Вибрации. «Верукс» заставил лайнер звенеть как колокол. Вот что втолковывает Донован. В невосприимчивом для человеческого уха диапазоне.

— Из-за этого все и принялись убивать друг друга и себя? — спрашиваю я.

— Нет-нет, что вы. Разумеется, нет. Непосредственная причина не в этом. Просто из-за вибраций все… хм, резонирует. Что и способствует возникновению определенных неприятных побочных эффектов.

О да, лайнер, полный мертвецов, — тот еще «неприятный побочный эффект».

— Поэтому-то люди и слышали, и видели то, чего на самом деле не было, — подхватываю я. Отнюдь не призраков, как это происходит со мной. Нет, их органы чувств «регистрировали» только то, что придумывала их «резонирующая» нервная система. — И для генерирования вибраций вы что-то установили на «Аврору».

Никакая это была не загадочная сила, всего лишь… устройство.

Нет, не устройство.

— Оружие, — заканчиваю я.

Все кусочки пазла наконец-то складываются в цельную картину. Скорее всего, персонал «Сити-Футуры» сам же и погрузил вероломное оружие на борт «Авроры» вместе с оборудованием «Верукса» для Миры, наивно полагая, будто оказывает конкуренту услугу. Ну, допустим, слегка задирая нос при этом. В тот период «Верукс» все еще отчаянно пытался построить что-либо, способное соперничать с кораблями «Сити-Футуры». Инвесторы же предполагали, что первым придется нанимать вторых для транспортировки изделий, материалов и людей в колонии и поселения.

— MAW 500Х был настоящим открытием, изобретением, — поправляет меня Макс, словно бы оправдываясь. — Средство комплексного использования для контролирования поведения толпы, обеспечения защиты и безопасности.

И, как мы уже знаем, для сведения людей с ума.

Я смотрю на Кейна, свернувшегося клубком на полу. Представляю Лурдес, Воллера и Ниса уровнем ниже, тихих и неподвижных — мертвых, плотно завернутых в саваны из простыней.

Представляю сотни человек на лайнере и в успешно катапультировавшихся спасательных капсулах, в последние мгновения своей жизни замерзавших, задыхавшихся и сходивших с ума от ужаса. Умиравших от рук других пассажиров и членов экипажа, по абсолютно непостижимой для них причине. Или измученных видениями живых или мертвых до такой степени, что не видели смысла в дальнейшем существовании и совершали самоубийство.

Внутри меня вскипает ярость — такая неистовая, что я даже ощущаю на нёбе едкую горечь.

— После жалоб оравы блогеров и звезд на борту «Авроры» никто бы уже и близко не подошел к кораблям «Сити-Футуры», — добавляет Макс, как будто подводя итог объяснениям.

В известной степени, впрочем, эти объяснения и вправду исчерпывающие. Предложенная «Сити-Футурой» роскошная жизнь непосредственно в космосе поставила под угрозу финансируемую «Веруксом» версию будущего — с жилыми модулями и поселениями на планетах. Вот они и ответили на угрозу.

— «Верукс» совершил убийство ради сохранения прибыли, — категорично заявляю я. Да какие еще могут оставаться вопросы. — Точно так же, как они тянули с отправкой воздушных фильтров на станцию Феррис.

Эти смерти тоже на их совести.

Донован нетерпеливо фыркает:

— То был всего лишь бизнес. Хочешь не хочешь, а деньги считать надо. Ничего личного. Феррис должен был продержаться еще несколько недель. И вы прекрасно это знаете. До этого вполне неплохо протягивали даже дольше.

— И это оправдывает «Верукс»? — Чувствую, как лицо у меня пылает под щитком шлема. — Уж точно колонисты с Ферриса так не считают. Ах да, они же все мертвы. Как и все до одного на «Авроре». — От ярости голос у меня дрожит, и мысль, что это может быть воспринято как проявление слабости, лишь добавляет мне злости.

Макс раздраженно цокает языком.

— Я же сказал, ничего этого не должно было произойти. «Сити-Футура» внесла изменения в чертову конструкцию. Использовала новый сплав в корпусе и каркасе. И эта информация была засекречена. Никто об этом не знал. Мы понятия не имели, что из-за этого вибрации усилятся.

— Вы всех убили, — спокойно заявляю я.

Передо мной встает Рид с посеревшим и покрытым испариной лицом.

— Что он говорит? — повторяет он.

Я отворачиваюсь.

— Слушайте, на борту находился наш человек,