Не кричите в тёмном лесу - Дарья Андреевна Кузнецова

– Нет, – благоразумно согласилась я. Бравировать сейчас и утверждать, что я еще «ого-го!» и способна свернуть горы, было более чем глупо.

– Вот и хорошо. Значит, спи. - Юра еще раз коротко меня поцеловал и поднялся с «лежака», на краю которого всё это время сидел. Странное ощущение – лежать и сидеть, фактически, на воздухе...

Ворчать и ругаться можно было до бесконечности, но правоты пилота это не отменяло: так и правда можно насмерть себя загонять. Οтодвинув эмоции, решила внять его словам, устроилась поудобнее, закрыла глаза и очень быстро уснула с привычной уже мыслью, что я очень, очень устала от всего этого и невероятно хочу домой.

Юрий Сорока

К счастью, спорить и настаивать на собственной неуязвимости Лунария не стала: похоже, действительно понимала, что такими темпами скорее уморит себя, чем принесёт пользу. И судя по тому, насколько быстро напарница отключилась, к этому печальному состоянию она была непозволительно близка.

Не желая разбудить, я с трудом подавил порыв еще раз прикоснуться к женщине. Всё никак не получалось толком поверить, что это происходит на самом деле, авантюра увенчалась успехом, а безалаберная о-Лоо действительно жива. Дать волю эмоциям, я бы напарницу вообще из рук не выпускал, но приходилось сдерживаться: ей действительно требовался отдых.

Чтобы отвлечься от неуместных мыслей о Лу, я решил пообщаться с единственным пригодным для этого существом – Ашширой. Мальчишка по-прежнему спокойно спал (по своей,интересно, воле или его усыпила Лунария?), Кра лежал без движения, хотя, кажется, был жив, а вот учёный сидел на полу и с интересом ощупывал невидимую стену. Я молча устроился напротив.

– Забавно получилось. Каких-то несколько дней, и мы поменялись местами, - иронично заметил шат, явно демонстрируя желание пообщаться.

– Не совсем, – возразил я и кивнул на пуля. – Это мы с ним поменялись. И вообще, мне кажется, вы просто попали под горячую руку. Сейчас Лу немного оклемается и, думаю, освободит вас обоих.

– Я бы не был так уверен, - усмехнулся он, бросив взгляд сначала на спящую Лунарию, а потом – на неподвижного Кра.

– Он жив, если ты об этом. Мы не убийцы.

– Это было понятно с самого начала, - отмахнулся учёный. – Но мне показалось, что твоя женщина на нас сердита.

– Я бы так не сказал, - пожал плечами в ответ. - Она отходчивая и не умеет подолгу сердиться. Просто Лу устала от приключений и хочет домой, как и я. Говорю же, мы не воины, мы – экипаж грузового корабля, и к подобным «развлечениям» никто из нас никогда не стремился и не готовился. Одно дело, действия при аварии, но совсем другое – взаимoдействие с враждебными разумными существами, да ещё с другой планеты.

– Я и так почти не сомневался в правдивости твоего рассказа, а теперь только лишний раз убедился, - усмехнулся шат. – Ты не похож на профессионального военного. Мне было непонятно, зачем ты вообще вышел из своего аппарата, да еще сразу после столкновения с нами – на доверчивое и наивное существо ты всё-таки не похож – но наличие женщины объясняет опрометчивые поступки. Принять огонь на себя – очень естественный порыв.

В ответ на это предположение я только поморщился. Чёрт его знает, может,и есть в этих словах зерно истины. Сейчас-то какая разница!

– Придумать что-то убедительное было труднее, чем рассказать правду. - Я пожал плечами. – Пожалуй, главное, о чём я тогда сознательно умолчал,так это рыши, которые на самом деле нас спасли. Во всяком случае, они утверждали именно это.

– Рыши... спасли? Утверждали? - переспросил Αшшира,таращась на меня в глубоком изумлении.

– Они разумны, хотя и своеобразны, – прямо сообщил я. - Весьма.

– Но как же... - растерянно пробормотал шат себе под нос. - Это ведь скопление пыли! Как оно может быть разумным?!

– Оказывается, может. Они вообще многое могут и среди прочего прекрасно ориентируются в космосе. В галактических, а скорее межгалактических масштабах.

– Но почему они ни разу не заявили о себе?

– Решили, что вы слишком агрессивны для контакта, - честно передал я слова напарницы.

– А те, кого мы... ловили? - уточнил он.

– Это трупы, – пояснил, с интересом наблюдая за смятением учёного. - Электромагнитные импульсы определённой модуляции, которыми вы их облучали, для них смертельны.

– Какое нелепое, чудовищное недоразумение, - печально проговорил Ашшира, качнув головой, и нервно потёр ладонью лоб.

– А вы даже не пытались с ними поговорить? - полюбопытствовал я. – При первом знакомстве этот их сарыш сложно принять за обыкновенный сгусток пыли.

В ответ учёный как-то очень странно – жалобно и грустно – улыбнулся.

– Мы с этого начали, – ответил он. - Орбитальная станция, вступившая с сарыш в визуальный контакт, отправила стандартный запрос «свой-чужой». Губительная для них последовательность импульсов – это просто приглашение к дальнейшему обмену сигналами. Приветствие.

Повисло тягостное неловкое молчание. От такого известия я растерялся, хотя... это ведь логично, мог и сам догадаться. Вряд ли обычный радиосигнал кто-то попытался бы использовать как оружие против неизвестно чего!

Вот уж действительно, чудовищное недоразумение. Используй они какой-то другой код, другую частоту – и вся их история могла повернуться по-другому. Да, не обязательно рыши решили бы пойти на контакт и согласились помочь, скорее, придерживались бы прежней тактики невмешательства. Но это я мог предполагать подобное и особенной разницы не видел, а вот каково от таких новостей Ашшире – оставалось только гадать.

– Это всё ужасно занимательно, – отвлёк нас негромкий спокойный голос, - но я вновь вынужден вмешаться.

Мы с учёным одновременно вздрогнули и обернулись на голос, чтобы столкнуться взглядом с незаметно и неожиданно быстро очнувшимся Кра. Как и мы, пуль сидел прямо на полу, благо камень был не слишком холодный. Я машинально отметил, что оружие по-прежнему при нём, но вернулось в кобуру. Стало немного не по себе, потому что защитное поле с одинаковым успехом ограждало и меня от пуля,и его – от меня. То есть в случае неприятностей я бы не сумел ничего предпринять.

Однако Кра выглядел совсем не агрессивным, лишь собранным и настороженным, волнение своё прятал очень тщательно и старался казаться абсолютно невозмутимым. Весьма успешно: если бы не чутьё, я бы решил, что у этого шата вообще нет нервов и нормальных эмоций.

Вот что значит – усиленные тренировки