Мой любимый Метаморф (СИ) - Кривенко Анна

Я была настолько ослаблена, что просто не могла спуститься вниз самостоятельно. Мои эмоции усталости с легкостью ударили Талиэну в голову, и он недоуменно поднял ко мне лицо.

«Что, никогда не видел хрупких женщин???» — хотелось съязвить мне, но я прикусила язык. Все-таки я сейчас полностью завишу только от него, так что мне не стоит портить с ним отношения.

Он поразмыслил немного, а потом все-таки протянул ко мне руки, предлагая меня поймать. Я обрадовалась, ведь у меня уже кружилась голова, и свесила вниз ноги. Однако, когда я спрыгнула и оказалась в его руках, я очень запоздало вспомнила, что на мне под платьем совершенно ничего нет. Белье осталось еще там, в той жуткой лаборатории, когда надо мной пытались надругаться, а руки Талиэна сейчас оказались чуть пониже спины.

Он вспыхнул, как помидор, глаза его расширились, а руки невольно заскользили ниже по моему бедру. Я замерла, вдруг ощутив, что мне это… нравится.

Я посмотрела Талиэну в глаза, и увидела, что они светятся! Желтые, как у дикой кошки, они смотрели на меня, как на добычу, но ничуть меня не пугали.

Но кто же он все-таки такой? У него есть крылья, как у цвинна, но… его глаза — это что-то иное, отличающееся от нас. Полукровка?

Я протянула руку к его лицу, касаясь подушечками пальцев его щеки, но Талиэн вдруг словно очнулся и глаза его мгновенно потухли. Он резко отстранился от меня и отвернулся, хотя и продолжал какое-то время тяжело дышать.

Я ему нравлюсь. По крайней мере, привлекаю, как женщина. Но он останавливает себя, хотя я и не запретила. Поняла, вдруг, что мне это импонирует. Он не бросился на меня, как обезумевший самец при виде обнаженной самки, а удержал себя в руках. Благородство? Какая редкость!

Я невольно улыбнулась.

Да, Талиэн мне определенно нравится. По-настоящему нравится!

Но улыбка быстро сползла обратно: сейчас все же не до любовных игр.

Талиэн размашистым шагом двинулся куда-то в сторону и остановился напротив странного ящика на полстены. Дернув его дверцу на себя изо всех сил, он определенно выломал замок, зато мгновенно достал изнутри… некое подобие темно-коричневого комбинезона и протянул его мне.

— Оденься, — пробормотал он, не глядя на меня, словно боялся сорваться.

— Что это? — немного брезгливо спросила я, протягивая руку к комбинезону. Он четко уловил мое неприятие и объяснил:

— Не бойся, эти вещи стерильны. Это запасные комплекты одежды, которыми пользуются техники, когда им приходится сутками оставаться на рабочем месте.

Я удивилась.

— Откуда тебе это известно?

Талиэн замялся…

— Я… в какой-то степени киборг, поэтому… накачан достаточным количеством информации.

Я опешила. В смысле киборг? Он что — не живой???

Талиэн резко поднял ко мне свое лицо. Как будто уловил даже мысли. В чертах его повисло напряжение. Он напомнил мне натянутую струну, которая вот-вот порвется. Так, запретная тема!!! Срочно обходим ее!

Я усилием воли продавила свои эмоции и мгновенно выплеснула в него порцию спокойствия и примирения. Он тут же расслабился. Неужели действительно так сильно зависит от меня? Надо бы обо всем этом осторожно разузнать…

Повертев в руках комбинезон, начала его на себя натягивать. Талиэн мгновенно отвернулся, позволяя мне избавиться от платья без свидетелей. Комбинезон ожидаемо оказался большим и теперь болтался на мне, как тряпка, но это было действительно лучше, чем тонкая тряпочка-разлетайка на голое тело.

Когда я закончила, Талиэн осторожно двинулся вперед, открывая следующую дверь.

— Где-то здесь должно быть помещение для хранения инструментов. Иногда в них оставляют сухпайки и воду — на случай непредвиденной блокировки дверей при аварии, — ответил он на мой незримый вопрос (все-таки у нас была глубокая ментальная связь, но почему-то он чувствовал меня острее, чем я его. Он умеет ставить ментальные блоки?).

— Вот оно! — добавил он, указав на невзрачную белую дверь. Эта дверь тоже была заперта, но замок легко согнулся в руках Талиэна, словно это был не металл наивысшей прочности, а тонкая бумага. Я и восхитилась, и насторожилась одновременно. Чистокровные цвинны на такое не способны. А вот киборги — возможно. Все-таки он — машина? Мне почему-то стало досадно от этой мысли, но я постаралась эти чувства припрятать, чтобы Талиэн их не прочитал. Очень хочется, чтобы он… был живым!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Почему?

Я нервно сглотнула. По-моему, я уже хочу всерьез быть с ним…

Тряхнула головой. Ладно, сейчас не время. Это все моя эмоциональность! Если уж захватило — держитесь все!

К счастью, здесь действительно была еда и запасы воды. Я с жадностью вгрызлась в безвкусную бурду и запила ее застоявшейся жидкостью, но желудок был и этому рад. Талиэн жевал молча и на меня не смотрел, и вообще выглядел мрачно. Я чувствовала, что он постоянно прикрывается от меня ментально, чтобы я не узнала его чувств. Почему? Что-то скрывает? Я знала, что мне достаточно слегка надавить, и его щиты разобьются вдребезги, но… насилия не хотелось. Однако любопытство начинало жечь все сильнее.

— Талиэн… — начала я, присев на пол и привалившись спиной к стене. — Мне нужны ответы на вопросы. Очень-очень много ответов! Ты согласен на это?

Он как раз допил из стакана, найденного в подсобке, поставил его на пол рядом с собой, присел в «позе лотоса» и… поднял на меня глаза.

Сейчас они были карими, как обычно, но из них напрочь исчезло высокомерие и раздражение, которыми они сияли все то время, пока он был преподавателем в ИВВА. Теперь в них были настороженность и напряжение, и я поняла, что он мне все еще не доверяет. Правда, с чего бы вдруг доверие? Мы вообще еще совсем недавно были по разные стороны баррикад. А как сейчас? Я действительно… его новая хозяйка?

— Это правда, что Антонио Лиеззо был… твоим хозяином?

При упоминании этого имени Талиэн сильно напрягся, и в меня полетела неконтролируемая волна ярости и ненависти, отразившаяся на лице парня подергиванием пары лицевых мышц. Но он мгновенно перекрыл свои чувства и ровно ответил:

— Да.

— А теперь нет? Почему?

— Теперь ты моя хозяйка! — Талиэн старался выглядеть спокойным и отстраненным.

— Ты как-то сказал, что я сломала привязку к этому человеку, поэтому теперь я вместо него владею тобой. Это так?

Он кивнул и опустил глаза. Я же заново переосмысливала эту информацию и удивлялась. Никогда еще не слышала о таком глубоком ментальном рабстве.

— То есть ты должен слушаться меня во всем, что я тебе прикажу? — уточнила я.

Талиэн снова кивнул, и я ощутила, что он стал еще более напряжен.

Пытаясь прикрыться от него щитом, я замерла, осознавая накапливающееся внутри довольство. Странно, конечно, это ощущать в таком положении, как сейчас: нас похитили, мы сидим в машинном отделении, на нас охотятся, а я радуюсь, что у меня теперь есть собственный раб. Но… эмоции — они такие, нелогичные иногда…

— А теперь расскажи о том, чем тебя заставлял заниматься Лиеззо…

И Талиэн рассказал. Односложно, сжато, но поведал, что был наемным убийцей, вором, шпионом. А потом добавил, что… никогда этого не хотел.

Я слегка усмехнулась. Я оказалась так проницательна! Ведь я сразу же поняла, что он — принужденный!

— Кто нас похитил? — следующий закономерный вопрос.

— Не знаю, — честно ответил Талиэн и впервые за весь разговор посмотрел мне в глаза. Видимо, когда речь шла не о нем, он чувствовал себя более расслабленным. — Но здесь и иширцы, и цвинны — все в одной команде. И это не вписывается ни в одну из существующих моделей поведения…

Я прикинула, что еще хотела бы спросить, и на языке вертелось только одно: кто он такой? Какой расы? Почему-то я знала, что ему этот вопрос не понравится.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Кто ты, Талиэн? — все же произнесла я приглушенно, а он дернулся, как от удара, и не смог сдержать хлынувшие на меня боль и страх. Что он скрывает? Чего стыдится? Того, что он все-таки машина?

Он молчал некоторое время, а потом все-таки ответил. Ответил медленно, с виду спокойно и даже не отводя от меня глаз: