Империи глубокого космоса. Прелюдия. Моя тысячелетняя любовь - Алекс Кинсен

— Ага… — только и смогла промолвить я, моргнув.

Похоже мне тут ещё не с таким придется столкнуться.

Мужчина замолчал.

— Ну что? Кажется, придется все-таки выходить из этой комнаты, — задумчиво глядя на меня, промолвил Лаор. — Как я понимаю, ты не аллион и не раат? Тогда кто?

Я пожала плечами.

— Кажется, я с Земли.

— И как же тебя зовут, прекрасная незнакомка с Гайи? — С улыбкой убирая упавший на мой лоб локон, спросил он.

И тут в очередной раз за последний час я испытала сильнейший шок. Даже ещё больший, чем понимание, что проснулась на космическом корабле за сотни световых лет от Земли. Я абсолютно точно помнила, что я с Земли, я знала, что я мама двоих чудесных мальчиков и помнила их имена. Но в моей памяти не всплывало даже намека на то, как меня зовут? Кто я по профессии? Кем работала? Есть ли у меня муж? Какой я национальности? Хотя могу сказать точно, что секса у меня не было очень и очень давно. Значит, и мужчины нет.

— О, Боже… — прошептала я.

— Дай угадаю, — весело сказал Лаор, что немного взбесило, — ты не помнишь?

Я снова кивнула.

— Знаешь, это может быть просто побочным эффектом от нашего репаративно-адаптационного модуля.

— Того саркофага?

Лаор рассмеялся.

— Да. Саркофага.

— И что он со мной сделал?

— Раз ты с Земли, то самое основное, что он должен был сделать — это изменить плотность клеток, чтобы ты могла безболезненно находиться на нашем корабле. Мы так делаем со всеми образцами с низших планет. Ой. Иначе ты бы не чувствовала себя так свободно сейчас. Кроме того, обнулил возрастной, гравитационный, токсический износ клеток. И так далее. Подправил недочеты к твоей биологической оболочке.

— Что прости? Недочеты? Изменил плотность? Что это ещё за хрень? Теперь я не такая как была? Без меня меня мутировали? — Я начала шипеть сквозь зубы, как обозленная кобра и, сжав кулаки, медленно приближаться к Лаору.

— Спокойно, дочь Земли. — Он улыбнулся и поднял руки вверх, повернув ладони, словно сдаваясь. Вероятно, вид у меня был довольно-таки злобный, поскольку этот двухметровый парень стал отчего-то пятиться.

— Ничего плохого, поверь мне. Просто твои клетки теперь такие, какими они были в четырнадцать лет, если бы ты росла к тому же в идеальных условиях, не подвергаясь воздействию токсинов и гравитации. — Я вспомнила свой внезапно «помолодевший» бюст и кожу. Ну хорошо, допустим это ещё не так плохо. Хотя для начала обычно спрашивают разрешения.

— А что это за херня с изменением моей плотности? Это же какой-то бред! Я что теперь медуза?

— Никакой не бред. Оболочка землян намного плотнее, чем наша. И наши корабли тоже не такие плотные, как ваша техника. Мы даже существуем немного в разных измерениях, поэтому, когда мы на Гайе, ‘земляне’ попросту не могут нас видеть, как и наши корабли. А в космосе — могут. Здесь совершенно другие вибрации.

— Т-т-тыыыыы, — я окончательно взорвалась, — ты сейчас мне говоришь, что вы перевели меня в какое-то измерение, и теперь мои дети не смогут меня никогда увидеть???

— Дети? У тебя есть дети?

— Да я убью вас всех, — я проигнорировала его удивлённую ремарку и начала рычать так, что в собственных же ушах больно зазвенело. — Неееет!!! Верните мне меня!!! Верните меня к моим детям!!! — Пальцы на руках скрючились от злости, а руки потянулись к горлу Лаора. Но я даже не успела прикоснуться к нему, как он схватился руками за шею и начал задыхаться, глядя расширившимися от удивления глазами. Я в свою очередь застыла, не понимая, разыгрывает ли он меня, и отчего так странно корчится?

— Ооостановись! — прохрипел он еле слышно.

Испуганно уставившись на свои скрюченные пальцы, я медленно расслабила и опустила руки. Лаор всхлипнул и осел на пол.

— Ты… ты вообще что такое? — прохрипел он через несколько секунд. — Только рааты могут вытворять такие штуки. А у нас есть только один раат на корабле — И это Сганнар.

— Мне не понятно, что ты говоришь. — На смену неконтролируемой злости пришли растерянность и отчаяние. Я чувствовала, что подбородок опять начинает дрожать.

— Что делать? Что же мне теперь делать? — Говорила я сама с собой, запустив руки в волосы и раскачиваясь из стороны с сторону. — Даже если уговорю их вернуть меня, как же мои мальчики меня увидят? Я стану их личным призраком? Хоть так…

— Да послушай же ты, — прервал мой поток Лаор. — Я понятия не имею, откуда у тебя эти способности, потому что ты точно не раат. Но если они у тебя есть, то, возможно, ты так же, как и они, можешь менять плотность своих клеток силой разума, и таким образом, существовать попеременно, в земных и в наших измерениях. Хотя я так не могу, например.

— Почему? — Без интереса поинтересовалась я, всё ещё растерянно бегая глазами по комнате. Честно говоря, мне было наплевать, что он там может, а что нет, и почему. Лаор прибыл на корабль только что и в моем похищении не участвовал. Надо найти их главного. Судя во всему это этот Сгнах, или как его…

— Потому что я аллион.

— А… — протянула я. — Теперь понятно. А кто тот вонючий гад, который забрал меня из своей квартиры? Я его тогда чётко видела! Такой с бирюзовыми глазами и прической, будто ему в задницу вставили оголенный провод! Это он? Этот твой раат Снах? — Лаор прервал мою ругань, зажав мне рот ладонью.

— Т-ссс, глупая. Не говори так о нем даже если его нет. Он читает информацию обо всём, что происходит здесь. Ооооо, Всевышний! Неееет! Тебя привел сам Сганнар? А мы с тобой… Тигниа! Какого демона ты не сказала мне об этом ни слова? Ты же видела, что происходит?

— Я не видела! Сарх Лаор, как ты можешь так говорить? Все моё сознание было полностью направленно на устранение повреждений аннигиляционных лап! До тех пор, пока ты не позвал меня сюда. А у девочки был гормональный всплеск после динамичной трансформации, и ей нужна была серьезная разрядка для перезагрузки гормональной системы. Иначе гормональный сбой закрепится, и её пришлось вновь упаковывать в трансформационный модуль на пару циклов. Хотя зачем я тебе объясняю, ты итак знаешь эту элементарную информацию. Как ты будешь разбираться с архонтом — ваша забота. Моя забота — безопасно катать вас по космосу. Сейчас прошу извинить меня, — возмущенно закончила она. И в голосе не было ни намека на раскаяние. — Восстановление закончено, и мы прыгаем в червоточину Асцеллы-Даррайи.

После чего