Гранд-адмирал. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

Повернув голову в сторону источника звука, Томакс, наконец-то, смог разглядеть того, кто обладает командными полномочиями.

Да, его предположения подтвердились.

Прямо перед ним теперь стоял вышедший из-за спины «Стервятник» «Консорциума Занна» в полном боевом облачении.

Красно-черная броня, характерные рисунки на ней…

— Надеюсь, наш механический костоправ помог вам, майор, прийти в чувство после аварии? — голос шел через вокодер шлема и искажался так, что его было практически больно слушать. Вероятнее всего используется какая-то технология. — Мне важно, чтобы вы были в хорошей форме, чтобы выдержать предстоящий допрос. Мы хотим досконально выяснить цели вашего визита на Кессель.

Томаксу тут же пришло в голову, что он может не скрывать своих намерений.

Особенно, если учесть, что «стервятник» намеревается сломить его волю и принудить к сотрудничеству, продемонстрировав, что с ним будет в случае подобного отказа.

Вот, и этот викуэй стоит, лыбится, вроде как в предвкушении предстоящей расправы.

Эх, дилетанты.

Знали бы вы через какую психологическую подготовку проходили парни из авиакрыла «Ятаган», в котором прежде летал Томакс и которое намеревался воссоздать в рамках «Химеры».

Все это детский лепет.

Не того они взяли в плен.

— Насколько мне известно, капитан Тшель уже все объяснил по открытому каналу, — Правда, он несколько сомневался, что искренность в данном случае ему зачтется. — Мы здесь, чтобы выкупить имперских заключенных и произвести обмен с Корраном Хорном.

Майор не видел лица «стервятника» под шлемом, но легкое покачивание из стороны в сторону подметил.

— Даже Морут Дул не настолько кретин, чтобы верить в подобное. А я так и вовсе урожденный скептик. Для обмена не притаскивают имперский звездный разрушитель с полным авиакрылом и легионом штурмовиков при поддержке бронетехники в придачу.

Хм… Выходит Морут Дул, бывший тюремщик, командует отродьем на Кесселе?

Хорошая порция информации.

Только, насколько Томакс был наслышан о «стервятниках», стоящий перед ним боец в красно-черной броне не стал бы откровенничать просто со скуки.

«Стервятник» никогда бы не рассказал или не сделал бы что-то, что могло бы повредить «Консорциуму Занна».

Значит, его не собираются оставлять в живых.

— Что ж, вам придется удовлетвориться этим ответом, — расслабленно произнес Томакс. — Иных целей нахождения здесь «Химеры» и всего того, что ты там перечислил довеском мне не известно.

— Допускаю, что так оно и есть, майор, — «Стервятник» вновь обратил внимание на то, что знает его звание. — Но нам известно куда как больше, чем вы думаете. Наша беседа — не более чем ваша проверка на лояльность. Сотрудничать вы не хотите, майор, значит будем пытать.

По его знаку главарь прихлебателей активировал голокамеру.

— Начнем допрос, майор, — заявил «стервятник», взяв из подноса любезного дроида-«медика» несколько скальпелей. — Назовите ваше полное имя, звание, подразделение и последнюю боевую задачу. После этого переходите к рассказу о своей боевой машине и причинах, почему ее крушение стало фатальным для такого массивного объекта, как генератор атмосферы.

Как заведенный талдычит звание…

Следовательно, либо у «Консорциума Занна» имеется «крыса», которая засела в Доминионе, либо же они располагают базой данных как минимум офицеров регулярного флота.

А это уже плохо.

Конечно, можно было бы предположить, что они смогли взломать его кодовый цилиндр, но это маловероятно — его Брен оставил в каюте на борту звездного разрушителя в соответствии с указаниями.

Так что вариант того, что им могли завладеть противники до того, как пилот пришел в сознание после «приземления», крайне нежизнеспособен в силу объективных причин.

Поскольку в ходе сражения пилот может быть сбит и даже допускается его попадание в плен, брать с собой устройство, которое может открыть доступ к секретным документам и внутренней переписке авиакрыла и командования, прямо запрещалось.

Брен сам вымуштровал своих пилотов для соблюдения всех подобных требований.

И тут на глаза Томакса попалась «липучка» на левой стороне груди.

Точнее небольшая прореха чуть поверх нее.

Та самая, которую Томакс прорезал для крепления командной планки на комбинезоне.

И вот планки-то как раз не было.

Ее Томакс, как и другие пилоты, тоже снимал перед посадкой в машину — все для максимального затруднения процесса идентификации в случае пленения.

Но есть нюанс.

А на «липучке» в обычное время находится матерчатая «плашка» с фамилией обладателя.

Которая снимается перед вылетом для того, чтобы пилота нельзя было так просто идентифицировать.

— А ты вот прям дерма кусок, — заявил Томакс. — При том — весьма посредственный. Ты тут брюзжишь, что вам известно «куда как больше», чем я думаю. Ни хатта тебе не известно, дерьмо в красной жестянке. Ты даже не знаешь кто я такой — потому и делаешь вид, будто хочешь допрос с фиксацией провести. Чтобы я сам все выложил. Сит тебе во все лицо, а не мои показания. Служу Доминиону!

— Майор, если бы я не знал о вас все, то даже б не знал о том, каким званием обладаете, — заявил «стервятник».

Томакс максимально надменно и глумливо ухмыльнулся, продолжая провоцировать «стервятника».

— А еще можно вспомнить, что в имперских вооруженных силах лишь командная планка с одиннадцатого кода штатно комплектуется широкой иглой-держателя, которая оставляет пяти миллиметровый разрез на комбинезоне. А это — флотский капитан, командир линейного корабля, армейский полковник, майор Пилотского корпуса, гвардейский полковник, аналогичный же чин в Штурмовом корпусе. На командира звездного разрушителя я не похож для армейца слишком хорошо летаю, для гвардейца не вышел лицом, а для штурмовика слишком сообразителен. Значит я пилот — учитывая, что вы нашли меня в капсуле сбитого звездного истребителя, который разделал ваш флот как таскен захромавшую банту на мясо. А выше майора пилоты обычно предпочитают отсиживаться в штабах и диспетчерских, не подвергая свои задницы опасностям. Так что, все твои игры разума, консервная банка, не более чем детский лепет. Плевать я хотел на твой допрос.

«Стервятник» молча выслушал все, что сказал Томакс.

После этого без какого-либо предупреждения воткнул хирургический скальпель ему в бедро.

Брен, не выдержав, заорал во всю глотку.

Следом, едва он осознал боль, во второе бедро вбили еще один такой же скальпель.

— Для пилота ты тоже слишком сообразительный, майор, — заявил «стервятник». — Но, спасибо, что поделился своей логической цепочкой. Теперь я точно знаю, что ты проходил соответствующую подготовку в имперской контрразведке. Значит ты из элитного подразделения. И очень-очень ценный пленник. Это хорошо. Скоро твори друзья на поверхности закончат веселиться, освободят всех пленников, после чего уберутся восвояси. А мы спокойненько пройдем к