Гранд-адмирал. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

своем механическом глазу — линзы отщелкнулись и с тихим жужжанием разъехались по местам, точно в автоматической камере.

Он повторил этот прием еще несколько раз, словно пытался понять, не подводит ли его родные и приобретенные органы зрения.

Слепое око его бессмысленно выкатилось куда-то в сторону, точно молочно-белый пузырь на поверхности гнилого омута.

Морут Дул.

После продолжительного изучающего осмотра он наконец прошипел безрадостно, но многообещающе:

— Т-ты не можешь быть Трауном?

— В самом деле? — вздернул бровь я. — И почему же? Кто мне запретит? Ты? Или, быть может, твои покровители из «Консорциума Занна»? Боевики «Черного солнца»? Контрабандисты Внешнего кольца?

— Н-но ты же умер при Слуис-Ване!!!! — завопил рибет.

— Так уж вышло, что свою работу я не доделал, — пояснил я. — Пришлось вернуться из мертвых, чтобы закончить.

— Д-да так не бывает! — замотал головой Дул. — У Занна есть твой труп! Я сам его видел.

М-м-мать.

Значит, на орбите Слуис-Вана все же обнаружили и выловили тело моего клона.

Хотя это статистически невозможно — несопоставимые площади поисков и размеры.

Тела Вессири и Антиллеса обнаружили только благодаря тому, что они врезались в орбитальных уборщиков где-то на границе системы.

И весьма отдаленно от того места где они могли быть по расчетам.

Считалось, что тело клона потеряно.

Хотя Пеллеон уже получил мое неодобрение в связи с тем, что не нашел его.

Но проблема-то как раз была в том, что тела не находились там, где могли бы быть согласно расчетам штурманов.

Подумать только — труп ведь такой маленький объект в границах целой звездной системы. Да еще покинувший мостик «Химеры» вследствие декомпрессии…

Ох.

Зафиксируем мысль.

Вспоминаем алгоритм поиска тел.

Конкретное положение звездного разрушителя в пространстве легко узнать по голограммам сражения.

Скорость выпускаемого воздуха объема мостика звездного разрушителя легко высчитать.

Затем, по формулам — приданное ему ускорение.

Учет времени между вылетом тела подставляем в формулу, выполняем необходимые математические действия — и получаем расстояние, на которое тело улетело.

И вектор полета тоже известен.

Как интересно.

Но тела Антиллеса и Вессири, вылетевшие одновременно с телом моего клона, нашли не в предполагаемой области космоса — из-за чего возникло предположение, что сталкиваясь с мусором, они изменили пространственную ориентацию.

Потому не было смысла искать тело клона.

А сейчас у меня есть предположение, что Тайбер Занн решил проверить мою «смерть» и первым добрался до тел.

Чтобы сбить нас со следа, переместил тела республиканцев в сторону, из-за чего был сделан вывод о том, что тела разлетелись.

Ловкий ход, о котором я даже не подумал.

Браво, Тайбер, хорошо ты меня отрезвил.

— Как интересно, — констатировал я. — Выходит, ты довольно близко знаком с Тайбером Занном.

— Б-был у него п-пару р-раз, — еще сильнее начал заикаться пленник.

— И встречался лично? — уточнил я.

— Д-да…

— Где?

— Э-э-эт-ти… Н-не с-скажу-у! — неожиданно расхрабрился Морут Дул.

— Понимаю, страх, — кивнул я. — Что ж, поговорим о более насущных делах. Сколько в шахтах бывших имперских солдат и других военнослужащих?

— Н-не с-скажу!

— Неправильный ответ, — произнес я.

Подполковник Тиерс едва заметно кивнул.

Стоящий позади рибета гвардеец молча схватил руку Морута и хладнокровно отсек у того левый мизинец ударом обсидианового клинка в сустав.

Бывший администратор завизжал, подобно раненному гаморреанцу.

— Когда закончатся пальцы, мои гвардейцы будут отрезать у тебя другие части тела, — предупредил я.

Рибет захлебывался в собственных выделениях, не в силах связать и двух слов.

Лишь после потери второго пальца, он образумился.

— На Этти IV!!!! — заверещал Дул. — У него дворец там!

— На самой планете?!

— Бывший недостроенный дворец Императора!!!! — продолжал рассказывать по собственной воле рибет то, о чем его присутствующие даже не спрашивали. — Он там! Под защитой целой армии! Я просто добываю и реализую для него спайс!

— А так же — помогал Коррану Хорну организовать ловушку во время встречи, — напомнил я.

— Это сказал Тайбер! — тут же перевалил ответственность Дул. — Прислал корабли, сказал, чтобы захватили офицеров и технику, а экипаж — в шахты.

— Зачем? — уточнил я.

— Ему нужны были все корабли, какие только здесь будут, — заявил рибет. — Он сказал, что вряд ли больше одного разрушителя прилетит, потому что сильная гравитация. Флота должно было хватить для атаки.

— И ты допускал, что Хорн улетит отсюда?

— К-конечно нет! Его так же надо было отдать Занну.

Любопытно.

— И где он сейчас? — поинтересовался я.

— Н-н-не знаю! — замямлил Дул. — Он пропал, как только один из грузовиков поймал спасательную капсулу.

Значит не погибли.

Как минимум Террики в перестрелке выжили.

— Где грузовик?

— Н-не знаю я! П-п-пропал в-вместе с-с-с Хорном!

— Что за грузовик? — продолжал допытываться я.

— Н-не знаю я! П-прилетел в-в-вместе с Хорном!

Все интереснее и интереснее.

— Был сбит один из моих кораблей, — напомнил я. — Пилота увезли твои люди. Где он? На поверхности его нет.

Для ответа пришлось лишить рибета еще одного пальца.

— Шахты! «Стервятник» утащил его в шахты! — заорал Морат, косясь на свою истекающую кровью конечность. — Третья штольня! Самая глубокая из всех!

— Я не сомневаюсь, что у тебя есть точные координаты их места нахождения, — предположение нашло отражение в энергичном кивании головой со стороны рибета.

— В таком случае, тебе стоит их сообщить моим людям, — произнес я. — И рассказать самую быструю и безопасную дорогу туда.

— Д-д-да-да, — согласился рибет. — Я-я-я все сделаю.

— Вот и хорошо, — произнес я, поднимаясь со стула. — А сейчас сообщи моим людям, как добраться до всех без исключения разумных, запертых в шахтах и вообще все, что знаешь.

— К-конечно…

— Подполковник, — окликнул я Тиерса. — Для Четвертого спецотряда меняется задание.

— Я сообщу им, гранд-адмирал.

* * *

Майор Брен со стоном выкатил глаза из-под век, но освещение вокруг было слабым, и ему потребовалось несколько минут, чтобы, зрение сфокусировалось на окружающей обстановке.

Но мало что поменялось.

Он по-прежнему в какой-то штольне.

Доносились приглушенные голоса охранников, судачащих друг с другом о чем-то своем.

Тело ныло так, словно его не лечили, а увечили все это время.

Томакс прислушался к своему самочувствию.

Он продолжал