Иэн Бэнкс - Взгляд с наветренной стороны

– Нет.

– Тогда можно ли просигналить какому-нибудь судну? Неужели у меня нет никакой возможности отправиться пораньше?

– Что ты подразумеваешь под словом пораньше?

– Ну хотя бы в течение ближайших ста дней?!

– На этот период нет заявок ни от каких судов или объектов. Оген дернул себя за волосы и простонал, а потом и просто взревел от отчаяния. Он никогда не выполнит задания. Он вообще ничего не сделает. Только и будет, что реветь да рвать на себе волосы. Ученый посмотрел на обезображенное скорчившееся тельце Прафа, уронил голову и уставился себе под ноги. Его лодыжечные моторчики смотрели на него почти с насмешкой. И тогда он вдруг торжественно поднял голову.

Оген быстро просчитал, что ему известно о ювуонианцах. В контакт вступают только наполовину, очень мирные и заслуживают абсолютного доверия. Находятся все еще в периоде дефицита, корабли маломощные, очень медленные, по стандартам Цивилизации, но все же приемлемые.

– Йолеус, можете ли вы связаться со Вторым Тропическим портом или как его там? – торжественно обратился он.

– Да.

– Сколько времени это займет?

– День с четвертью для исходящего сигнала и примерно столько же для входящего.

– Отлично. Где здесь ближайший порт и сколько времени мне понадобится, чтобы туда добраться?

Повисла небольшая пауза.

– Ближайшим портом будет Девятый Тропический порт, на президентском склоне. Полет туда занимает у разведчика отсюда две целых и три пятнадцатых части дня.

Оген перевел дыхание. «Я, в конце концов, принадлежу к Цивилизации, – сказал он себе. – И я должен знать, как поступить в такой ситуации, и поступить, как можно лучше».

– Тогда, пожалуйста, дайте сигнал ювуонианскому судну, – попросил он. – И скажите, что я заплачу, не скупясь, если они подберут меня в Девятом Тропическом порту на президентском склоне через четыре дня и довезут до пункта назначения, который я объясню им по дороге. Также намекните, что их услуга будет оценена не только мной.

Он рассчитывал отбыть тотчас же, ибо этот корабль становился теперь его единственным шансом, а упускать время в сложившихся обстоятельствах было немыслимо. И тогда Цлеп, вздохнув, добавил:

– Сообщите им, что я гражданин Цивилизации.

Ему так и не удалось как следует попрощаться с 974 Прафом. Несчастный переводчик все еще находился без сознания и висел пришпиленный к стене пещеры. Оген Цлеп отбыл на следующий день. Он собрал вещи, удостоверился, что записи его исследований, глипт и стило находятся в безопасном месте внутри Йолеуса, и занялся приготовлениями к последнему чаепитию. Но стакан ягелевого чаю почему-то теперь не показался ему вкусным.

В Девятый Тропический порт его сопровождал эскорт рапторов. В последний раз через плечо посмотрев на Йолеуса, Оген увидел, как гигантское существо исчезает в голубом мареве под сенью туч по направлению ко все еще вожделенной для него Муетенайв, – и пожелал ему удачи.

Оген даже почувствовал нечто вроде сладостной печали по поводу того, что не сможет разделить их счастья, и на мгновение с чувством стыда ощутил, что был бы даже рад, если бы ювуонианское судно отказалось выполнить просьбу Йолеуса и таким образом вынудило бы его вернуться обратно.

Наконец Йолеус исчез в тучах, и Оген остался наедине со своими мыслями. Его моторчики ровно жужжали, плащ развевался, пытаясь стать подобием крыльев. Настоящие крылья рапторов разрезали воздух вокруг в некоем синкопированном ритме и с приятным шелестящим звуком. Все это вместе создавало приятный и умиротворяющий эффект. Он посмотрел на 46 Цуна, уцепившегося за его шею, но переводчик притворился спящим.

Девятый Тропический порт оказался достаточно занюханным местечком с ограниченными возможностями. Он представлял собой простой люк на поверхности аэросферы около десяти метров диаметром, где каким-то естественным путем создалось чистое окно для выхода в космос. Вокруг этой круглой площадки росли мегафруктовые деревья, в изобилии имевшиеся и на Йолеусе. В одном из таких деревьев еще совсем недавно находилось жилье ученого Огена Цлепа. Мегадеревья образовывали площадку, на которую могли присесть и рапторы, и он сам. Было немного еды, немного воды, но ничего больше.

Оген проводил время ожидания, поглядывая через люк на звезды, наслаждаясь свободой и стараясь забыть совсем еще недавно испытанный ужас от пребывания в теле умирающего Сансемина.

Оген даже решил записать все свое последнее путешествие, но это давалось ему с трудом. Он пытался рассказать, что произошло с Сансемином, додумать, как оказался там агент Цивилизации, – если это существо действительно таковым являлось, – в чем на самом деле состоял заговор и что ему делать, если все происшедшее окажется шуткой, его собственной галлюцинацией или продуктом поврежденного сознания странного существа.

Он шесть раз прерывал это занятие и принимался спорить сам с собой, все более и более запутываясь: его раздирали противоречия. Второй Оген Цлеп упорно уверял первого, что все события двух минувших дней ни что иное, как бред сумасшедшего, что ему надо вернуться на Йолеус и возобновить свои занятия. Под эти споры на дальней стороне порта и появился ювуонианский корабль.

Это оказалось совсем не то, что воображал себе Оген. Ученый почему-то ожидал увидеть квадратных, грубых, волосатых гуманоидов, а они вдруг оказались сборищем каких-то красных перьев. Один из них проплыл через люк, заключенный в прозрачный пузырь с крошечным отростком, присосавшимся к дереву, на котором сидел Оген. 46 Цун внимательно следил за приближением пузыря, размышляя о том, какое прекрасное получилось бы из него гнездо.

– Это вы личность из Цивилизации? – уточнило существо в пузыре, подплывая на уровень лица Огена Цлепа. Голос был тоненький, но акцент не очень сильный.

– Да. Как поживаете?

– Вы оплатите путешествие по указанному вами маршруту?

– Конечно.

– Но наше судно очень хорошее, и путешествия на нем дорогие.

– Разумеется.

– Мы бы хотели заполучить еще одно такое же судно.

– И получите.

Существо завозилось, застучало, обращаясь к переводчику. Тот тоже в ответ что-то запищал.

– Куда же вы хотите отправиться?

– Мне необходимо передать сигнал Цивилизации. Доставьте меня в то место, откуда бы я мог это сделать, а потом просто переправьте на какое-нибудь наше судно.

Оген вдруг подумал, что сигнал можно попробовать послать и прямо отсюда, никуда не уезжая, но надежды на успех было маловато. И все же последующие несколько мгновений он испытывал нервное возбуждение от странной надежды, до тех пор пока существо не сказало:

– Мы сможем доставить вас на Критолетлай, где можно будет выполнить оба ваши пожелания.

– Сколько времени на это потребуется?

– По стандартам Цивилизации – семьдесят семь дней.

– И ничего нет ближе?

– Нет.

– Но можем мы хотя бы послать пораньше сигнал?

– Попытаемся.

– И когда мы сможем это сделать?

– Через пятьдесят дней, по вашим меркам.

– Ладно. Я бы хотел отправиться немедленно.

– Согласен. А плата?

– Через мой банковский счет в Цивилизации. О, я забыл сказать…

– Что? – Красные перья беспокойно замелькали в пузыре.

– В случае успеха будет дополнительное вознаграждение, помимо того, о котором мы договаривались.

– Благодарю, – перья удовлетворенно улеглись.

Пузырь подплыл к парапету, от него отпочковался непонятно откуда взявшийся второй пузырь, что напомнило Огену деление клетки.

– Атмосфера и температура соответствуют стандартам Цивилизации, – пояснили перья. – Гравитация слабее. Вас это устраивает?

– Устраивает.

– Вы сможете сами обеспечить свое существование?

– Попробую. У вас есть вода?

– Есть.

– Тогда выживем.

– Прошу вас на борт.

Двойной пузырь присосался к парапету, Оген взял вещи и посмотрел на 46 Цуна:

– Ну, прощай. Спасибо за все. Мои лучшие пожелания Йолеусу.

– Йолеус просил пожелать вам безопасного путешествия и последующей жизни, которая бы удовлетворяла вас во всем.

– Передай от меня ответную благодарность, – улыбнулся Оген. – Я еще надеюсь с вами увидеться.

– Будет выполнено.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

НЕСКОЛЬКО СПОСОБОВ УМЕРЕТЬ

Лифт поднимался против течения водопада. Он медленно двигался за падающей занавесью воды, порой немного выступая за ее поверхность и становясь неким подобием балкона, с которого можно было смотреть на сверкающие брызги и пену километров высоты.

Два судна, похожи по форме на пулю, шли против течения реки у самых берегов; за ними тянулись длинные V-образные хвосты. Эти «челноки» подтягивали вновь прибывшие суда к лифту.

Циллер, одетый в жилет и леггинсы, причем, весьма потертого вида, стоял с аватаром Хаба на прогулочной палубе судна под названием «Укалегон». Оно шло по реке Яхри, на Толуфе. Челгрианец то и дело встряхивался, так как укрыться от бесконечных налетающих брызг было невозможно. Однако скоро и их тоже подтянули к лифту, и, пока шла погрузка, волны упрямо лизали и качали и корабль и лифт. Шум водопада казался угрожающим.