Космос и я. Часть 1 - Анастасия Ольховикова

Не представляю, какой курс я бы проложила на тренажере после того, как меня выжал Брукс.

Когда я добежала дистанцию, остальные разминались каждый в своей манере. Я еще немного походила, чтобы не стало резко плохо, и Брукс даже пожалел меня, как умел только он:

- И как же ты, болезная, к радиантам-то попала?

- Сэр, раньше времени почувствовала себя второкурсницей!

- Да, эту байку только ленивый в академии обсудить не успел! – согласился Брукс. – Ты у нас теперь звезда местного масштаба, Хёрт!

- Я и родителям так сказала – вы обо мне еще услышите! – широко заулыбалась я.

- «Звезда» – это будет твой позывной! – решил Брукс, проходя мимо разминающихся кадетов. – За скромность!

- Есть позывной, сэр!

Удивительно, но Брукс в точности повторил прозвище, когда-то данное мне Адалин. Это отозвалось теплом в душе. Пусть так и будет, решила я.

После Брукса, откровенно говоря, не хотелось идти никуда. Хотелось только залечь на дно, спрятавшись в ванной нашей с Адалин комнаты, например. Но мы уже не были зелеными кадетами. Имея за плечами выживание даже в течение первого полугода, мы научились преодолевать препятствия подобного рода. Так что я, снова улыбнувшись миру, отправилась на другие пары.

Несколько дней пролетели незаметно. Наступил вечер, когда нужно было идти к Эксперу на тренировочный полет. Зайдя в ангар, я немного растерялась: внутри оказалось многолюдно. Около двадцати парней вместе с преподавателем что-то живо обсуждали у одного из тренажеров.

- А вот и кадет Хёрт, наша испытуемая! – заметил меня Экспер, концентрируя внимание остальных. – Смотри, каких орлов я тебе сегодня привел!

- Ты сегодня без драчуна Тана? – вынырнул из толпы уже знакомый мне Лого Сильвестри.

- Привет, - улыбнулась я. – Да, буду ходить раз в неделю к капитану Эксперу на тренировки.

- Капитан, разрешите обратиться!

- Давай, Сильвестри, не томи, - проворчал Эрик.

- Можно узнать, что за тренировки у вас будут с Сэм?

- Кадет Хёрт будет тренироваться с вами, орлы! – гордо заявил преподаватель. – Хочу найти ей идеального пилота, ее Уэйд не дотягивает.

- О-о-о! – протянул Лого. – Разрешите, я буду первым? Очень уж хочется ее в деле проверить!

Похоже, мужские шуточки тут были в ходу. Но меня этим было не смутить. Папа и брат дали бы фору всем пилотам Звездного Флота, вместе взятым. И потому я лишь мило улыбнулась в ответ.

- А давайте. Согласна. Начнем!

ГЛАВА 14

Это было чудесное время. Я очень часто ловила себя на мысли, как необдуманно поступила, пообещав Тану стать его радиантом. Парни Экспера оказались очень заботливыми и талантливыми пилотами. С каждым из них я чувствовала вдохновение – желание летать в космосе возрастало с каждой неделей. Пилоты старших курсов отличались от Тана тем, что не подвергали каждое мое слово сомнению. Нет, они не слепо следовали курсу, но налицо был опыт пилота и сильное желание найти во мне своего идеального радианта. Я поняла, что Экспер учитывает это при подсчете совместимости – «орлы», как называл их преподаватель, сплошь показывали со мной цифры от семидесяти пяти до восьмидесяти процентов результата. Но я неизменно легко улыбалась и пожимала плечами, вежливо повторяя, что с радостью когда-нибудь обязательно полетаю с ними.

Экспер ворчал. Экспер умел ворчать долго и очень въедливо. Но к концу второго семестра, когда до экзаменов оставалось полтора месяца, выдохся и махнул на меня рукой:

- Хочешь загубить свое будущее – дерзай, Херт! А радианты у нас еще появятся.

Мне было неловко, что преподаватель убил на меня столько личного времени, но потом я поняла, что он развивал и мой дар в том числе. Я запомнила множество туннелей звездной пыли в системе Армады, а пару раз мы «летали» на тренировке и за ее пределы. Однако, если быть честной с самой собой, я была рада окончанию этих тренировок. Экспер выводил меня из равновесия своими попытками найти пилота. А я не могла открыться, сказав, что давно его нашла, просто не имею возможности напрямую взаимодействовать.

Руна периодически пульсировала, заставляя меня ощущать, как я отдаю по каналу связи с Крайденом некоторое количество пыли. В такие минуты мной овладевала слабость, но сон обычно решал эту проблему. Куда уходила звездная пыль, я не знала, а спросить у Ёй-друр постоянно забывала. Занятия у радиантов захватили меня, а периодические отвлечения на Брукса и Экспера только добавляли обучению перчинки. Я исправно работала у профессора Дотрика, который периодически жаловался, как я могла променять факультет инженеров «на какое-то там радиантство». Меня очень грели эти слова, и работать бок о бок со знаменитым инженером было вдвойне приятно.

В малой лаборатории мы конструировали наглядные пособия для практики кадетов, вели отчетность и расхламляли кладовку, в которую Дотрик время от времени тащил «очень нужные детали». Я никогда не высказывала недовольства: мне одинаково нравилось заниматься всем, что поручал профессор. К тому же, у радиантов я забыла об усталости, поэтому для подработки было больше времени, исключая вечер у Экспера. Кажется, четырех месяцев хватило, чтобы Дотрик поверил в серьезность моих намерений. К концу первого курса он стал забирать меня в большую лабораторию.

- Здесь находится сердце инженерной деятельности, кадет Херт, - с гордостью говорил профессор, впервые показывая мне большой ангар, в котором стояло насколько десятков звездолетов малых размеров.

У меня перехватило дыхание. Вот в этом был прокол перехода на факультет радиантов – я никогда не смогу ковыряться во внутренностях космических кораблей! Однако Дотрик или был немного радиантом сам, или просто увидел нездоровый блеск моих глаз, но разрешил раз в неделю заниматься диагностикой звездолетов. Оказывается, в ангаре стояли те, что нуждались в ремонте, но Звездный Флот или уже списал их с баланса, или терпеливо ждал, когда починкой займутся студенты.

- Работы здесь хватает на всех, - успокоил меня Дотрик. – Звездный Флот отдал нам колымаги, заранее зная, сколько времени уйдет на то, чтобы просто заставить завести их двигатели. Вроде одним делом занимаемся, - ворчал профессор, - но жадность вояк налицо.

С тех пор начались незабываемые вечера в большом инженерном ангаре. Я запускала малыша в один из звездолетов, который доверил мне профессор Дотрик, считывала его показания, а потом откручивала детали корпуса или внутренних перегородок и принималась за починку – где-то с паяльником, где-то заменяла детали, о которых заранее сообщала