Мертвая тишина - С. А. Барнс

секунд отзывается Нис. Как и обычно, звучит он словно бы издалека и отстраненно. Как будто находится на другом корабле и вдобавок мы побеспокоили его в неподходящее время. — После модернизации сеть способна улавливать куда более слабые сигналы. Вполне возможно, это наложение, помехи.

— Видите? Я же сказал. Ложный сигнал.

Воллер разворачивается в кресле, вбивает на панели управления координаты, и двигатель моментально просыпается от спячки, отдаваясь рокотом через палубу.

— Вперед! Нас ждут великие дела. Даже тебя, Кейн.

Прислонившийся к переборке механик демонстрирует ему средний палец.

— Или же мы поймали сигнал корабля за пределами расчетной дальности. Новое оборудование эффективнее на сто двадцать процентов, — добавляет Нис.

Воллер издает мученический стон.

Зыбкая надежда толкает меня на безрассудство.

— Если это сигнал бедствия, мы обязаны оказать помощь, хотя бы попытаться, — после секундной паузы заявляю я, стараясь придать голосу естественность, словно это вовсе не отсрочка казни, на которую уже и не рассчитывала.

— И думать не смей! — Пилот снова поворачивается к нам и направляет на меня палец. — Знаю я, что у тебя на уме! Если мы пропустим встречу с «Гинзбургом», то застрянем здесь еще на целый месяц. Причем без всяких премиальных! Если тебе, вышедшей в тираж псевдокапитанше, которой не дают новый корабль и которой до конца жизни предстоит париться на канцелярской работе, некуда идти, это вовсе не значит, что и у остальных такая же фигня!

В тесном пространстве его слова звучат оглушающе громко. Ничего нового для Кейна, Лурдес и Ниса он, конечно же, не сказал, однако выложенные вслух факты ввергают меня в новую пучину унижения.

Меня заливает краска стыда, я даже не могу смотреть Кейну в глаза. И если ему требовались дополнительные доказательства, на что я покушалась во время последнего выхода в открытый космос…

— Я считаю, раз сигнал не на канале экстренной связи, то это не SOS. — Пилот поднимает руку. — Кто со мной?

— Воллер… — начинает Кейн, брезгливо качая головой.

— С каких это пор у нас демократия? — взрываюсь я, сама пораженная собственным напором. Я вовсе не из тех, кто навязывает свою власть. И в капитаны отнюдь не стремилась — назначение стало побочным эффектом желания забраться гула подальше.

Механик вскидывает голову, раскрыв рот от удивления.

— Кстати, — встревает Лурдес. — Пожалуй, это все же экстренный канал.

— Но ты же сказала… — протестует Кейн.

— Просто не тот, которым мы сейчас пользуемся, — объясняет девушка. — Это старый канал. Я проверила. — Она потрясает планшетом. — Во время последней широкомасштабной модернизации, когда «Верукс» выкупил «Сити-Футуру», они сменили канал экстренной связи. Лет пятнадцать — двадцать назад. Еще до нас.

До них, но не до меня. Возможно, и не до Кейна. Он вроде лишь на пару лет моложе меня. Пятнадцать лет назад мне было восемнадцать, и именно тогда я и покинула спонсируемый «Веруксом» интернат и взошла на борт своего первого анализатора, тоже принадлежащего корпорации, для прохождения профессиональной подготовки.

— Да, помню, — киваю я. — Слияние. — То было важной новостью даже в интернате.

— Она права, — подает голос Нис.

— Но зачем передавать сигнал по старому каналу? — не сдается Кейн.

— Не уверена, что это сознательное решение. То есть мы проходили это на курсах. Автоматические аварийные буи, они же… автоматические. Срабатывают как запрограммированы. На старом канале, или на новом. — Лурдес пожимает плечами. — В общем, кто-то очень далеко и с очень старым оборудованием.

Следовательно, исследовательский корабль «Верукса» можно исключить. Все они оснащались по последнему слову техники, когда их отправляли в экспедицию несколько лет назад.

— И насколько далеко? — уточняю я.

— Согласно координатам? Это уже где-то в поясе Койпера, — прикидывает Лурдес. — Девяносто с липшим часов от нашего нынешнего местонахождения.

— Ну нет, — качает головой Воллер. — Ни за что! На встречу с «Гинзбургом» лететь в противоположном направлении, какого хрена, мы-то здесь при чем?

— Никто здесь ни при чем, — напоминаю я. Последний маяк комсети установлен на довольно приличном расстоянии от пояса астероидов. Образно выражаясь, это конец дороги. Дальше лишь куча камня, льда и карликовых планет — слишком маленьких, чтобы для кого-то представлять интерес. Миллиарды километров от цивилизации. Что в данный момент звучит не так уж и плохо.

— Вот именно, — огрызается пилот. — Это же гребаная глушь, и там опасно. Совершенно неизученная зона, ни карт, ни маяков, только всякое дерьмо вокруг плавает. Компании не нужно, чтобы ремонтники совали туда свой нос. Если тебя так волнует этот сигнал, свяжись с диспетчерской, пускай отправят кого-нибудь другого.

— Но они смогут отправить сюда корабль только через несколько месяцев, — возражает Лурдес. — Если им придется запускать…

— Да никто ничего не будет запускать! — продолжает кипятиться Воллер. — Я же говорю, это ложный сигнал!

От их перебранки неизменный звон в левом ухе звучит еще назойливее. Этим ухом я практически не слышу — последствия детской болезни. Единственные звуки, что воспринимаются им четко и ясно, — постоянные шумы в нем самом. В подростковом возрасте врачи «Верукса» попытались меня вылечить, однако добились лишь того, что звон стал четче и яснее. Хотели продолжить попытки, но я заявила, что с меня хватит.

Лурдес выпрямляется в кресле и откидывает косички за плечо.

— Значит, теперь ты у нас специалист по связи? А, Воллер?

— Я тебя умоляю, ты же, черт возьми, просто практикантка и…

— Хватит! — не выдерживаю я.

Все трое смотрят на меня, и я чувствую выжидательное молчание Ниса.

— Кто-то в беде. Мы обязаны попытаться оказать помощь. Регламент тридцать пять, параграф пять.

Конечно, этот же самый регламент рекомендует по возможности сначала обратиться в диспетчерскую службу «Верукса».

Но это далеко не первый регламент, что мы нарушим здесь, вдали от корпоративных бюрократов, которые сочиняют правила, не отрывая задницу от Земли. Вообще-то мы должны носить форму «Верукса» и постоянно пристегиваться. Как будто нас здесь кто-то увидит. Или мы с чем-то можем столкнуться. А уж если генератор микрогравитации откажет, никакие ремни безопасности не помогут.

Кроме того, если свяжемся с диспетчерской, они передадут вопрос выше по инстанции, а там будут передавать выше и выше, пока, наконец, не попадется кто-то готовый принять решение. Если люди в беде, на счету каждая минута.

— Воллер, задай курс на координаты, что даст тебе Лурдес, — приказываю я, опустив все эти рассуждения.

Пилот открывает рот, явно чтобы протестовать, и Кейн рядом напрягается. Однако я решительно пресекаю бунт.

— Может, я вышедшая в тираж неудачница, но если хочешь, чтобы твоя блестящая новая работа осталась за тобой, будешь выполнять мои приказы, пока не вернемся на «Гинзбург». Пусть тебе плевать, что я думаю, но готова поспорить, что твой новый капитан, настоящий