Илья Стальнов - Последний госпитальер

Охотников было человек десять. Они, похоже, были уверены в своих силах. И бездействие жертв воспринимали как оторопь. Московитяне были безоружны, и дикари видели это, иначе избрали бы другую тактику.

– А, маба, ту! – заорал самый рослый из них, разукрашенный линиями всех цветов радуги, переливающимися на солнце и сияющими как светомаячки.

«Вождь», – прикинул Сомов. Он знал, что вожди разукрашиваются люминесцентными и даже объемными красками, опять-таки импортными.

– Маба, маба! – заорали остальные.

– Ну же, чуть ближе, – прошептал Филатов.

Он надеялся, что они нужны хозяевам охотников за головами. Что не станут убивать сразу, а свяжут для начала. А если и решат убить, так сперва помучают по привычке, из национальных традиций. Отправлять на тот свет человека без должных мучений считалось здесь неуважением к памяти его предков, неоказанием соответствующих почестей.

Так и произошло. Дикари приблизились, сдуру сгрудились в кучу.

– Маба ту куку! – проорал вождь, ударив легонько древком копья Филатова. Тот продолжал стоять неподвижно,

– Ту, а маба! – вновь завопил охотник за головами. Отставил копье. Шагнул к Филатову. Взял его за волосы.

И тут началось.

Четвертый посвященный гимнастики «Тучэй», мастер первого уровня русобоя, прошедший спецподготовку и преодолевший ад не одной планеты, резидент Министерства внешней информации Сергей Филатов начал движение.

Последняя мысль вождя, прежде чем душа покинула тело, была такой: почему его голова смотрит в совершенно другую сторону. Хрустнули шейные позвонки.

А потом Филатов стал работать в классической тактике – бой против нескольких вооруженных холодным оружием противников. Задача осложнялась тем, что нельзя было выпускать из виду беспомощного и безопасного как червяк госпитальера.

Филатов пробил грудную клетку второму охотнику, одновременно отправив ударом ноги в глубокий нокаут его приятеля, завладел копьем, оставил его в животе следующего дикаря. Потом сделал круговое движение, отведя топор, летящий в голову своего друга – топор увяз в животе еще одного аборигена. Отвел удар другим копьем, перерубил ударом ребра ладони кадык охотнику. Упал на колено – дротик просвистел над ухом. Выбросил вперед руку-копье, угодив в солнечное сплетение. Зацепил ногу очередного дикаря, подсек ее, коленом добил негодяя.

И остался с глазу на глаз с последним стоявшим на ногах охотником за головами. Тот целился ему в живот копьем, но в глазах совершенно не было уверенности.

– Брось тростинку, – произнес на местном языке Филатов.

– Я убью!

– Не смеши, – отмахнулся Филатов. – Брось. Охотник за головами застонал.

– Твои духи сильнее моих духов. Ты победил, – он отбросил прочь копье.

– То-то.

– Но духи Черного шамана и духи белого хозяина сильнее тебя. Ты умрешь, и они выпьют твою кровь.

– Какого такого белого хозяина?

– Он сильный. Он пришел со звезд.

– Кто тебе сказал ждать нас здесь?

– Черный шаман сказал. Белый хозяин сказал.

– Лично?

– Не надо лично. Мысль шамана – мысль вождя. Они сказали – мы убиваем…

– Ладно, – Филатов шагнул навстречу дикарю. Тот хотел отпрянуть, но потом безвольно упал на колени.

– Отдохни, – произнес Филатов и ударил дикаря в парализующую точку. Часов пять о нем можно не думать. – Пошли, – кивнул он другу.

Они направились в горы.

– Больше их здесь нет? – спросил Сомов.

– Не похоже. От этой группы мы избавились, но будут другие.

– Значит, все-таки мы правы. Аризонцы и Буду играют заодно.

– Заодно, – кивнул Филатов. – И они плохо кончат, – он сжал кулак. – Динозавр за все поплатится… Они шли в гору все дальше и дальше.

– Куда сейчас идем? – спросил Сомов.

– В город путь заказан. В джунглях опасно. В горах опасно.

– И как быть?

– Есть у меня одна идея. Спасительная.

Через час они вышли к скалам. Пейзаж был безжизненный. Растительности мало. Россыпи булыжников. Филатов уверенно направился к камням, начал копаться и извлек серебристый контейнер.

– Это что такое? – спросил госпитальер.

– Палочка-выручалочка. Прибор экстренной связи «эфир-струна». Мы нашли, что нужно, на планете. И теперь надо выбираться из этой дыры.

– Как?

– Сигнал дежурному разведкораблю. Через двадцать-тридцать часов он будет здесь.

– Надо продержаться.

– Продержимся. Плоды в джунглях вполне съедобны. Выживем, госпитальер…

Филатову хотелось на это надеяться, но он знал, что охота начнется по всем правилам. Долго ли они продержатся без оружия, оборудования?

– Псы! Мои псы!!! – прорезал тишину жуткий вопль Черного шамана.

Динозавр давно привык к эксцентричности своего партнера, но этот вопль – нечто особенное. Так Черный шаман еще не орал. Будто стая упустивших добычу сирен.

– Ушли, ушли, ушли, – закачался из стороны в сторону Черный шаман. – Псы, где ваши клыки? Они выбиты! Где ваш острый нюх? Он отбит зловонием, исходящим от этих ящериц! Ах, псы мои, псы!

Динозавр подошел к Черному шаману.

– Плохие новости? – осведомился он.

– Плохие новости… Очень плохие…

– Ну…

– Мои псы упустили добычу.

– Они нашли их?

– Нашли и упустили. Только трое осталось живы.

– Ясно, – кивнул Динозавр, примерно представлявший, как это делается. – Кто мне говорил, что твои охотники хорошие бойцы?

– Они хорошие бойцы. Но у этих зловонных ящериц везения больше.

– Просто вы не привыкли иметь дело с профессионалами, – вздохнул Динозавр. – Вы опять провалили дело.

– Мхагба, – призвал Черный шаман. – Бери пятерых воинов и иди в низкие горы. В расселине красного Рахаруку, где жили инопланетники, ты найдешь псов Пхарга. Ты должен им помочь. Трое еще живы.

– Как помочь, Всевидящий? – склонился перед ним чернокожий атлет.

– Ты не знаешь, дрянь?! – взвизгнул Черный шаман. – Убей их!

Динозавр усмехнулся, пытаясь подсчитать, на сколько Черному шаману хватит его подданных, если он будет уничтожать их такими темпами… Вообще-то хватит надолго. Рождаемость на Ботсване большая. Даже бывает порой больше, чем смертность. Просто Черный шаман еще один фактор смерти. Как желтая лихорадка.

– Как ты собираешься их искать дальше? – спросил Динозавр.

– Я удалюсь в свое жилище. Сила мне поможет.

– Много она нам помогла, – скривился Динозавр. – Искать их буду я.

– С помощью говорящего и летающего железа?

– Вот именно. С помощью железа.

– Помоги тебе духи… Я удаляюсь. Мне нужно спокойствие… Но мои псы будут продолжать рыскать. Вместе с твоими псами… Как я устал!

Динозавр прилег в силиконовой палатке, пытаясь прикинуть план действий. Надо прочесывать леса и искать беглецов – вот и весь план.

– Сэр, разрешите, – отодвинул полог палатки сержант Бойл.

– Новости?

– Да. Пирсон выслал нам глайдер. Он сказал, что с правительством достигнута договоренность. Они согласны участвовать в охоте.

– Отлично, – Динозавр приободрился. – Мы поймаем этих сукиных детей! День-два роли не решают. Наследство приоров будет нашим, сержант! Вот что, разворачивай «эфирный нитевик». Вызывай корабль эвакуации. Наводка – на наш лагерь.

– Есть, сэр.

Динозавр улыбнулся. Рано раскисать. Все будет в порядке. Не родились еще московитяне, которые обведут его вокруг пальца!

– Мы с тобой на ногах почти двое суток, а мой организм все еще не вопит, требуя отдыха, – произнес Сомов, усаживаясь на небольшой валун напротив входа в пещеру, в которой они устроились.

– У меня так бывало не раз, – сказал Филатов. – Переступаешь в самом себе барьер. И вместо финишной ленточки видишь снова стартовую полосу.

– Состояние гипервозбуждения– так в медицине.

– Водные пороги – так в гимнастике «Тучэй».

– Что это такое? – прищурился Сомов, вглядываясь в горизонт.

– Давай в пещеру! Быстро.

Они укрылись в пещере, из которой вчера выгнали пушистую игуану. Та, прошипев какие-то ругательства, отправилась искать себе новое место обитания.

– Глайдер аризонцев, – сказал Филатов.

– Нас выследили? – обреченно проговорил госпитальер. – Вот теперь я чувствую настоящую усталость.

– Не бери в голову ерунду, Никита. Скоро нас здесь не будет.

– Может, нам на пару дней нырнуть в Лабиринт?

– Чтобы не выйти оттуда? Да и до пещер-галерей надо еще дойти… Остаемся здесь. У нас еще две пищевые таблетки.

Но остаться им не дали. На горизонте появилось еще два вертолета.

– Ботсванские полицейские силы, – сказал Филатов, всматриваясь вдаль.

– Они-то что тут делают?

– Это значит, на нас объявили охоту по всей планете. Власти сочинили какую-нибудь байку. Например, что мы с тобой уничтожили госпиталь и лагерь археонавтов. Что мы два взбесившихся упыря, которых надо уничтожить пока не поздно. И теперь поджимают со всех сторон.