Энн Маккефри - Полет Пегаса

– Ты, Сашка, лучше вот что скажи… – прогудел Балин – Когда надо кожи эти самые подготовить?

– К вечеру сегодня, самое оптимальное.

– Ага… – поскреб он в затылке – Тогда торопиться надо.

– Вот и иди давай. Торопись – буркнул Орри – А я насчет швартовки договорюсь.

– Так я и сам договорюсь – заявил Балин.

– Ха! Видали его? – чуть не задохнулся от возмущения Орри – Тут кто шкипер, я или он?

– Да ладно! – отмахнулся Балин – Шкипер он. И баржа чужая, и шкипер без году неделя.

– И недели не шкипер. а все равно при должности – отрезал Орри – Я баржу швартовать буду.

– Тьфу! Да демон с тобой, швартуй – поднялся на ноги Балин – Пошел лодку звать. Кто еще на берег? А то расценочки тут у них за перевоз…

– Я пойду – поднялся я следом, затем обернулся к остальным – Значит, действуем, как договорились. Дамы, вы сегодня вечером развлекаетесь в «Священном Аэрболе». Я буду в «Ржавом шлеме». Орри, Балин, ждете моего сигнала с уже готовыми рулонами. Сколько на кожи денег надо?

– Не меньше пятидесяти золотом уйдет, если хочешь, чтобы поверили – сказал Балин.

Я покряхтел, покряхтел, но деньги отсчитал. А куда деваться? Без этих самых кож мой план никуда не годится. Он вообще годится лишь при том условии, что ни единого прокола не случится. Балин деньги пересчитал, ссыпал в кожаный кисет и тот убрал за пазуху.

– Ну, пошли, что ли?

– Пошли.

Мы поднялись на палубу и включили на невысокой мачте ярко-зеленую лампочку-мигалку, которой у нас лодки с берега вызывать принято. Традиция еще от галер осталась. Хотя, последние галеры еще сто лет назад в этих краях почем зря плавали, в седую древность записывать их еще рано. Это теперь весла разве что на рыбачьих лодках остались. Ну и в морях парусные шхуны бегают, но на них вспомогательные дизеля тоже имеются. А как иначе?

– Кто из вас с пулеметом пойдет? – спросил я Балина, нетерпеливо перетаптывавшегося рядом.

– Орри пойдет. А я боезапас понесу, да обе винтовки.

– Надо было вам одну здесь продать, а потом другую купить, дома уже. Мешать же будут – подсказал я.

– Не, нельзя! – даже слегка возмутился он – Раз родом выдано оружие, только роду его отдать и можно. Со своей так пойду, а его в чехол оберну да за спиной понесу.

– Надо еще пуд динамита будет с собой тащить до портала – напомнил я.

– Пуд! Удивил – хмыкнул Балин – Никакой проблемы не вижу.

Ну да, ну да. Для гнома лишний пуд не проблема. Ящик патронов, ящик с динамитом, две винтовки с запасом патронов, да еще и свое барахло. Его хоть самого из-под рюкзака видно будет?

По тихой воде разнеслось тарахтение маленького лодочного мотора. и вскоре из-за ряда стоящих на якорях барж появилась большая деревянная лодка, которой правил какой-то полуорк в черной безрукавке с нашитыми на нее в виде сложного орнамента костяными пластинками. Ну ты скажи, с островов Студеного озера житель, тут они редко попадаются. Да еще и лодочником пристроился.

Подойдя к самому борту. лодка остановилась, а полуорк спросил:

– Вы на берег, что ли?

– Мы – ответил я, и на этом наш с лодочником словесный обмен закончился.

На всем пути на берег он рта не раскрыл. ну и мы молчком сидели. Подошли к пирсу, выгрузились, молча кивнув друг другу. Затем и мы с Балином разошлись. Ему к рынку надо было, а я направился в хорошо уже знакомый «Ржавый шлем», по пути решив еще раз пройти как мимо усадьбы ас-Мирена, а заодно и храма Созерцающих.Мало ли, может еще что-то замечу?

В общем, пошел прогулочным неторопливым шагом от порта вдоль берега, мимо пришвартованных у пирсов хаусботов, где уже просыпались, судя по звукам, доносившимся из окон, и по запахам, доносившимся с камбузов. Провеселившиеся всю ночь господа продирали глаза навстречу новой загульной ночи. А что им еще делать? Если дворянин не на службе у своего сюзерена, то делать ему, по большому счету, и нечего. Дела управляющий вершит, добровольно принявший на себя «Печать честности к господину», что подразумевало, что обманывать именно его он не может, а всех остальных – только в путь, скорее даже грех не обмануть. Вот и остается сеньору лишь пропивать плоды трудов смердов своих, ну еще и проигрывать, благо что для первого, что для второго, Гуляй Поле предоставляло возможностей великое множество.

Когда я оказался на тротуаре напротив ворот подворья ас-Мирена, там началась какая-то небольшая суета. Охранники в черной форме распахнули тяжелые створки до конца, перегораживающая ворота цепь опустилась, и со двора выехала черного с золотом цвета «Чайка», столь богато отделанная, что я просто диву дался, в какие бездны дурного вкуса может провалиться воображение художника. Драконы, демоны, хищники и твари, сплетенные в причудливый орнамент и нанесенные на борта сусальным золотом, опоясывали машину по кругу. Рамки стекол, зеркала и даже гайки на колесах были либо золотыми, либо искусно золотом покрыты. Мда… чудны пути богов, ведущие в неведомую даль в неведомых нам планах… Но это местный стиль, куда денешься? Совсем недавно верхом роскоши был золоченый возок с резными диковинными тварями. Ну и машины аборигены пытались примерно в таком же духе оформлять. А «Чайка» эта самая, по слухам, сначала под аборигенских сеньоров проектировалась, это потом купечество из «пришлых» тоже к ней склонилось, ибо не чуждо любви к аляповатому богатству.

Ладно, дело то и не в машине вовсе, а в ее водителе и пассажире справа, вольготно развалившихся на обшитых кожей василиска (это же надо!) сиденьях. Молодые, одному лет двадцать, другому двадцать пять примерно, светловолосые, похожие на нордлингов. Волосы длинные, собраны на затылке в косички, но это у молодых дворян принято. Что братья – видно сразу. По волосам похожи как раз на того любителя инкрустированных пистолетов, которого я в «Водаре Великом» застрелил. Значит, это и есть оставшееся в живых сыновья ас-Мирена старшего, лоботрясы и прожигатели жизни. И они уже куда-то направились. Надеюсь, что развлекаться.

Хуже другое – прямо за ними, побрякивая откидным задним бортом, катил открытый «козел» с четырьмя охранниками, вооруженными СКСМ. Куртки из черной кожи, черные же бриджи и кавалерийские сапоги. На головах черные кефи – они в этих краях вообще популярны в теплое время. У «дружины» ас-Мирена тоже своя униформа. Кстати, случайно ли это, что они тоже в черном с головы до пят, как и туги? Или они и есть туги? А почему бы и нет? Вообще все одно к одному, ас-Мирен и Созерцающие в истории уже неделимы.

Я вообще человек не то, чтобы сентиментальный, но решение, что в охране отпрысков мятежного Вирацкого сеньора пребывают туги, окончательно успокоило мою совесть. Дойдет до дела. и их становится не просто не жалко, а еще и благородное дело сделаю, изведя их. Правая рука непроизвольно легла на рубчатую деревянную рукоятку увесистого «маузера», висящего у меня стволом вниз на перевязи почти на животе. Эх, пальнуть бы вслед, прямо в черные кожаные спины…

Машины уехали вдаль по улице, свернув направо за храмовым подворьем, ну и я пошел следом. Храм Созерцающих был тих, не слышалось никаких звуков, да и ощущения текущей оттуда Силы тоже не было. Алтарь замкнулся сам на себя, или истечение Силы из него было направленным – как раз одним лучом, на портал. Как я думаю. Если не ошибаюсь На самом деле я всего один раз в жизни видел храмовый алтарь, к тому же божества из верхних планов. Это была невысокая массивная колона из красного базальта с огромным прозрачным, похожим на каплю воды камнем на ней. Как выглядят другие алтари и как себя ведут – понятия не имею, надо бы подробней у Маши уточнить. Вечно тороплюсь и о важном забываю.

Стройка за забором храмового подворья продолжалась. Рабы в обносках равнодушно и равномерно долбили кирками дно котлована, мелькали лопаты, охранники равнодушно за ними наблюдали. Все тот же тщедушный служка крутил в руках все тот же жезл. У гостиницы «Хромой разбойник» стало оживленней. Какие-то люди с котомками и мешками за плечами спускались с крыльца, в распахнутом окне стояла проститутка в утреннем неглиже и зевая, глазела на улицу. Все как обычно, ничего интересного.

Прошелся снова мимо «Священного Аэрбола», на этот раз в поисках темного проулка. К счастью, в городе Гуляй Поле таких было предостаточно, и вполне удобный нашелся всего в трех дворах от эльфийского клуба. Я пару раз прошелся по нему, огляделся – фонарей нет, темень должна быть кромешная. Выхода два, незамеченным никто не подберется. Хорошее место, удобное для наших планов.

Вышел из переулка с противоположной стороны, чтобы к своим маневрам лишнее внимание не привлекать, да и пошел себе дальше, куда и собирался. В сам «Ржавый шлем» я не попер. Сами понимаете, если кто собирался за братьев Рахсенов посчитаться, то вычислить, кто их завалил, большого труда не составит. Если, конечно, они не в полной тайне от других тугов заказ принимали. Да если и в полной тайне, все равно докопаться до истины можно. Пули у дозвуковых патронов из «маузера» очень характерные, гильзы я тоже с земли не собирал, а оружие это редкое, не много любителей имеется таскать его на себе постоянно. В трактире только двое с таким оружием и было – я, да полуэльфийка-охотница, которую тут каждый знает, и которую видели как раз в тот момент, когда братцы-убийцы вдруг скончались.