Искатели - Анна Новикова

карман и выпрямилась. — Мои опасения не оправдались, поражение парализующими зарядами обошлось без последствий. Пару недель не перенапрягайтесь, соблюдайте режим, и вернётесь в норму. Свои заключения и рекомендации вашему корабельному фельдшеру я уже отправила.

— Спасибо.

— Всего вам доброго, — и врач ушла.

— Здесь хорошая медицина, — сказал Кузнецов.

— Если не начинает увлекаться гармонизацией внешнего и внутреннего?

— Ну да.

«Может быть, Лийоки тоже адепт этой системы, при этом болеет и боится лечиться? Вот и старается привести своё окружение в гармонию с внутренним миром?» — думала Лед, снимая с вешали китель и пытаясь влезть в рукава. Полицейский поспешил ей на помощь. «А вот у служащих в полиции возможностей для гармонизации намного больше, лишь бы внутри было всё хорошо», — с лёгкой грустью подумала она.

Полицейский протянул ей её пистолет. Лед взяла, посмотрела на оружие и неожиданно засмеялась.

— Что-то не так? — удивился полицейский.

— Да вот подумалось, что бы сказала знаменитая профессор Нила, если бы ей принесли на рецензию статью с названием «Полицейская дубинка как инструмент гармонизации внешнего и внутреннего».

— Может быть, обвинила бы автора в плагиате? — очень серьёзно ответил он.

Кузнецов сквозь открытую дверь бокса смотрел, как девушка идёт через холл к ожидающим её у входа коллегам. Потом вышел наружу и поманил к себе капитана Лийоки, сидевшего в кресле неподалёку.

— Здесь не очень удобно, думаю, нам лучше будет побеседовать в управлении полиции. Мой аэромобиль на улице, здесь недалеко.

Вернувший за время ожидания уверенность в себе капитан с достоинством кивнул. Полицейский посмотрел в сторону выхода, инкассаторы ещё стояли на крыльце, наслаждаясь последними лучами солнца.

— Подождите меня здесь, пожалуйста, ещё немного, надо кое-то уточнить, — неожиданно сказал полицейский и, не дожидаясь ответа, быстро пошёл к выходу.

Он вышел на улицу. Инкассаторы уже спустились вниз и пошли по направлению к стоянке.

— Госпожа Коу! — окликнул он.

Инкассаторы оглянулись и остановились. Полицейский подбежал к ним.

— Прошу прощения, что задерживаю, но мне нужно ещё кое-что уточнить. Давайте отойдём на минутку, — он указал на лавочку под цветущим деревом чуть в стороне.

Лед подошла к лавочке, но садиться не стала. Полицейский оглянулся, её коллеги остались ждать на месте.

— Это не для протокола и не под запись, — начал он. — Расследование только началось, но это дело мне уже не нравится. Оно дурно пахнет.

Лед кивнула.

— Мне тоже.

— Я понимаю, что не имею права вам советовать… Но лучше уходите с этой работы. Никаких логических доводов вам привести не могу, но это всё может кончиться не очень хорошо.

Лед посмотрела туда, где стояли Алиса, Владимир и Нельсон. Потом перевела взгляд на полицейского.

— Я подумаю. Спасибо.

Глава 6

Как и предсказывала доктор Киприан, физические травмы с каждым днём беспокоили всё меньше и меньше. Сложнее было с эмоциональными, причём если со своими Лед проблем почти не испытывала (обошлось же, да и на Ониксе, а тем более на Александрии было куда как хуже), то с Владимиром всё обстояло плохо. «Вот кого надо было познакомить с профессором Нилой!», — думала девушка, встречаясь с очередным виноватым взглядом и невольно вспоминая Артура. На третий день ей это, наконец, надоело. Капитан опять пропадал в местном полицейском управлении, инкассаторы от нечего делать разбрелись по городу, Ниу с утра отправился навестить космодромный бар, на корабле остались только Дорин, которой здешние достопримечательности уже успели надоесть, Владимир и «инвалидная команда», как их окрестила Алиса — Марк и Лед.

Лед и Дорин сидели в комнате отдыха, пили кофе и болтали о всякой ерунде. Мимо них, пряча голову в плечи, проскользнул Владимир с ящиком с инструментами в руках. Он дошёл до аппаратной и скрылся в ней, причём даже его спина, пока он шёл по коридору, излучала вину.

Лед тяжело вздохнула, поставила чашку и поднялась с места.

— Дубинка как инструмент гармонизации внешнего и внутреннего, — сказала она Дорин.

— Что, прости?

— Я тебе потом объясню.

«Вот только смены бортинженера сейчас нам и не хватает», — думала она, идя к аппаратной.

Неслышно войдя, некоторое время она наблюдала, как Владимир тестером проверяет различные узлы системы жизнеобеспечения, потом спросила:

— Если завтра Лийоки велит мне привести в порядок неисправный нейтрализатор углекислого газа, а я что-то там недокручу, и в итоге в корабельный воздух начнёт поступать угарный газ, что ты мне скажешь?

Владимир вздрогнул, затем широко улыбнулся.

— Это невозможно.

— Что невозможно? Что капитан может отдать мне такой приказ?

— Нет, что из нейтрализатора пойдёт угарный газ.

— Ага, то есть в возможность такого приказа ты веришь?

Владимир в ответ пожал плечами и ничего не сказал.

— Хорошо, пусть невозможно. А если вместо нейтрализатора мне будет приказано ассистировать тебе в выковыривании метеорита из двигателя в открытом космосе, ты будешь давать мне указания как обученному бортинженеру или как человеку, не видящему отличий болта от винта?

Владимир улыбнулся ещё шире.

— А ты правда не знаешь, чем они отличаются?

— Правда. Можешь при случае объяснить. А я в ответ покажу тебе, как лучше выбрать позицию, чтобы контролировать максимум пространства.

— Правильно! — заявил, заглядывая в дверь, Марк, как оказалось, стоявший всё это время в коридоре. — А ещё научим тебя стрелять и бить морду тем, кто пытается подстрелить тебя. А то что это такое… ну на Дорин я уже давно махнул рукой, но ты… Если даже наш штурман оказался способным получить лицензию инкассатора, то тебе сами звёзды велели не отставать. Попробует кто-нибудь открутить пару термопанелей на память, а ты его гаечным ключом — хрясь!

Лед не стала уточнять, что в её случае диплом штурмана был вторичным продуктом пройденного обучения. Главное, что проповедь на бортинженера подействовала. Всерьёз предложение о дополнительной квалификации он, конечно, не рассматривал, но после этого разговора воспрянул духом и повеселел. Это было очень кстати, потому что мрачности и придирчивости капитана Лийоки, от которого наконец отстали меранские полицейские, хватило бы на целый конгресс средневековых толкователей пророчеств о конце света. Но со временем подуспокоился и он, разве что стал сильно требовательным к соблюдению всех формальностей и буквы инструкций. Порой это вызывало недовольство команды, но в целом работать было можно. Они и работали без особых перемен и событий почти полтора года. Экипаж по