Гранд-адмирал. Том второй - Илья Сергеевич Модус

собственной правоте и заставить сделать очень глупый импульсивный шаг, который приведет к финалу этой операции. Исход, разумеется, будет удовлетворять только нас.

Пеллеон сперва нахмурился, а потом на его лице появилась понимающая торжествующая улыбка.

— Тогда не о чем переживать, — уверенно заявил он.

Вот и я того же мнения.

* * *

— Кажется мы выиграли немного времени, — заявил Люк, вглядываясь в голограмму околопланетного пространства.

— Ценой потери экипажей двух дредноутов, — сдавленно произнес Бел Иблис.

Люк почувствовал себя неуютно. Находиться здесь, в штабе, все то время, пока защитники базы «Приют Пилигрима» гибнут на передовой, сражаясь с Империей…

— И что дальше? — поинтересовался Скайуокер.

— Судя по тому, что замолчали транспондеры наших поврежденных дредноутов, противник взял их на абордаж, — произнесла Иренез. — Следовательно у нас осталось всего четыре тяжелых крейсера.

— Из которых в боеспособном состоянии всего один, — произнес бывший кореллианский сенатор. — Три остальных, включая мой флагман, «Пилигрим», сильно пострадали. Они не в состоянии развить скорость для прорыва, значит будут отбиваться.

— Сейчас мы эвакуируем раненных с кораблей и по возможности осуществляем ротацию экипажей, — пояснила Иренез. — Большая часть имущества и нашей разведывательной информации уже погружена на «Храбрость Браксанта». Если станет очень тяжело, то этот «дредноут» пойдет на прорыв.

— Простите, может я что-то не понимаю, но ведь на орбите четыре звездных разрушителя и крейсер-тральщик, — Люк указал на голограмму орбитального расположения сражающихся сторон. — В какую сторону будет прорываться тяжелый крейсер с низкой скоростью, если они блокируют экватор, в двух полушариях развернута зона искусственной гравитации, а промежутки между ними блокируют кореллианские корветы, истребители и перехватчики противника. Блокада…

— Не такая непроницаемая, как может себе представить имперский командующий, — заявил Бел Иблис, указав на голограмму. Его голос словно обрел былую силу и уверенность. — С двух из сторон нас блокируют только звездные разрушители. Их авиакрылья рассредоточены. С двух других сторон — звездный разрушитель типа «Интердиктор» и крейсер-тральщик при поддержке еще одного звездного разрушителя. Последний, очевидно, флагман. Пятнадцать кореллианских корветов рассредоточены по орбите, но за пределами зоны поражения нашей планетарной ионной пушки. Я более чем уверен в том, что противник ожидает нашего прорыва с планеты через наименее плотные регионы блокады, то есть через авиацию или корветы, как наименее угрожающие для нас звездолеты.

— Простите, но все еще не понял в чем план… — признался Люк.

— Мы пойдем на прорыв, — решительно произнес Бел Иблис. — Один тяжелый крейсер под прикрытием эскадрильи «крестокрылов». У них ведь небольшие повреждения?

— Отремонтируют в течение часа, — подтвердила Иренез.

— В таком случае распорядись, чтобы на «Пилигриме» собрали как можно больше боеприпасов, — распорядился Бел Иблис. — На нем, кроме меня, пойдут только добровольцы — те, кто готов пожертвовать своей жизнью ради спасения остальных.

— Командор! — вспыхнула Иренез.

— Молчи! — сердито произнес бывший кореллианский сенатор. — Ты видела своими глазами с кем нам приходится иметь дело! Императорские гвардейцы! Штурмовики! За полчаса они зачистили корабли, оставив после себя лишь горы трупов! А мы лишь могли только наблюдать за тем, как наших товарищей убивали эти мясники! Теперь я уверен, что за нами пришел именно тот, кто виновен во всем происходящем в галактике. И это наш шанс спасти галактику от имперского владычества! Мы убьем его здесь и сейчас, а Империя снова впадет в уныние и прострацию.

— Каким образом? — опешил Люк. Иренез стояла рядом, сжав кулаки и покусывая губы.

— Мы сделаем вид, что готовим к бою все четыре корабля, — произнес Бел Иблис. — На самом же деле вывезем всех на «Храбрость Браксанта». При этом два дредноута мы бросим и дроиды будут поддерживать видимость того, что на борту кто-то есть. Два других якобы подойдут к имперскому флагману для переговоров, которые, дескать, не можем провести иной системой связи кроме направленного луча с «Пилигрима». На «Храбрости Браксанта» соберутся абсолютно все наши сподвижники — корабли эти способны вместить под двадцать тысяч разумных на своем борту — у нас столько не набиралось даже в лучшие годы. Экипажи четырех дредноутов и персонал базы разместятся там с комфортом. Из оборудования брать только самое необходимое и грузить на «Храбрость Браксанта» — в первую очередь раненных.

Люк почувствовал, что Сила пытается нашептать ему о том, что сейчас он услышит нечто неприятное. Судя по обомлевшей Иренез, та тоже не ждала от речи Бела Иблиса чего-то оптимистичного. В сложившихся условиях, да, хороших новостей ждать не стоит.

— Я свяжусь с вражеским командующим и попробую сблизить наши корабли для общения по лазерному лучу. «Пилигрим», ставший брандером, подойдет на максимальное расстояние с имперским флагманским звездолетом, чтобы подорвать его, — Бел Иблис вздохнул. — В это время «Храбрость Браксанта», которая будет держаться позади, исполняя роль якобы эскорта, вместе с эскадрильей «крестокрылов», воспользовавшись замешательством имперцев, покинет зону искусственной гравитации. Так мы спасем всех.

— Сенатор, — вспыхнул Люк.

— Командор! — на глазах Иренез появились слезы.

— Вы, оба, отставить! — рявкнул на них командир кореллианского сопротивления. — Вы оба будете на «Храбрости Браксанта». Иренез, я хочу, чтобы ты продолжила мое дело, — девушка хотела было что-то сказать, но кореллианец волевым кивком головы прервал ее. — Это мое решение и оно не изменится. Я спасу всех — ценой немногих. Кто пойдет со мной на «Пилигриме» отберу лично. Остальные должны знать только официальную версию. Все понятно?

— Да, командор, — хрипло произнесла Иренез.

Вслед за этим бывший сенатор отправил молодую девушку контролировать эвакуацию.

— Сэр, — Люк почувствовал внутреннее умиротворение. — Я возьму крестокрыл и буду сопровождать вас.

— Ты нужен мне рядом с Иренез, — решительно произнес Бел Ибли. — Я верю в ее исполнительность, но… Мы были вместе слишком долго. Я отношусь к ней как к дочери, и в последний момент она может броситься мне на выручку. Этого нельзя допустить. Одна жизнь в обмен на все — это достойный размен. Проследи, чтобы все было как нужно — как только В последний момент она может передумать, попытаться меня спасти или что-то в этом роде. Этого допустить нельзя — ты должен будешь ее остановить в случае чего. Так что, никаких «крестокрылов». Я знаю, что ты пилот-ас, но сегодня мне нужен джедай, который не даст ей совершить глупость и погубить эвакуацию.

— Это… Вы жертвуете собой… — Люк просто не мог подобрать слов, чтобы высказать все, что думает. Героизм? Отвага? Или что-то другое?

Мысли путались и никак не желали выстраиваться в нужной последовательности…

— «Приют Пилигрима» — мой Хот, Люк, — твердо сказал Бел Иблис. — Малая жертва, чтобы спасти всех…

— Я не могу этого позволить, сэр, — запротестовал Скайуокер. — Я — джедай, я отправлюсь к ним и…

— Ты сделаешь ровно то,