Экспедиция в преисподнюю (СИ) - Серебрянская Виктория

— …до сих пор без сознания. Что будем делать? — Голос Альданы доносился до меня словно сквозь толщу воды и до краев полон тревоги. Ни разу не слышала такого беспокойства в ее голосе.

— А состояние?

Райден. Как всегда, собранный и отстраненный. По голосу старпома невозможно понять, какие чувства в эту минуту владеют мужчиной.

— Без изменений. Вроде бы все в организме хорошо, ни повреждений, ни отклонений, а в сознание не приходит.

Это они обо мне? А если я в обмороке, почему их слышу?

— Есть варианты форсирования событий? — отрывисто поинтересовался старпом.

Я почему-то навострила ушки. А вот Альдана не торопилась отвечать.

— Я уже пробовала, — неловко призналась она в конце концов спустя целую вечность. Так, словно совершила преступление.

Райден орать не стал. На удивление. Просто сухо поинтересовался:

— Безрезультатно, как я понимаю?

— На пять-семь минут поднимается температура тела почти до критической для землян отметки. Потом снижается, но все остается по-прежнему. Единственный вариант остается подстегнуть организм Софи при помощи адреналина. Но это… небезопасно для нее.

— Плохо, — ровно отозвался Райден. — Еще варианты есть? Или придется запихивать ее в скафандр как есть, — предупредил килл, когда Альдана снова допустила приличную паузу в разговоре. — И транспортировать бесчувственную. Это повышает риски и для нее, и для нас. Но другого выхода я не вижу. Мы не можем задерживаться. Неизвестно, сколько у нас остается времени. Реактор работает с перебоями, и пульсация все усиливается. Либо эти твари его жрут, либо… Либо имеет место какая-то поломка, и он скоро попросту взорвется. Желательно, чтобы к любому из финалов нас здесь уже не было.

Слова Райдена подстегнули мое тело и разум, словно мне уже ввели дозу гормона стресса. По всей видимости, организм сам впрыснул в кровь приличное количество адреналина. Биолог во мне сразу прикинул, что Альдана не медик и вполне может ошибиться с дозировкой, если дело дойдет до инъекции. А в случае переизбытка адреналина в крови у меня может не выдержать сердце. Этого соображения хватило, чтобы я приложила все усилия к тому, чтобы открыть рот и выдавить:

— Я… уже пришла… в себя…

Мне казалось, что я сейчас заору на всю «Медею». Но на деле голос оказался слабее комариного писка. Даже удивительно, что Альдана и Райден меня услышали.

— Софи!.. — с облегчением воскликнула наставница, склоняясь надо мной. — Ты пришла в себя!..

Чтобы открыть глаза, мне потребовалось еще одно серьезное усилие. Веки будто слиплись или склеились. Но зато, когда получилось из открыть…

— Почему вы без скафандров? — вырвалось у меня. В голове мелькнула радостная мысль, что все уже позади, что мы вернулись на крейсер. Но педантичная память подбросила услышанные за несколько минут до этого фразы, и я скисла: — Все совсем плохо?..

Голос звучал очень слабо и хрипло. В горле царапало и першило. И вообще, казалось, что я простудилась. Но врядли это было правдой.

— Скафандры на подзарядке, — сухо отозвался Райден, глядя на меня прищуренным, изучающим взглядом. — И нет, хорошая новость все же есть: вы очнулись, Кателли. — Старпом выпрямился и посмотрел на Альдану: — Доктор Вейр, практиканта Кателли нужно поднять на ноги в самое кратчайшее время. Если нужна помощь — говорите. Ее нужно упаковать в скафандр как можно быстрее. И убираться с этой проклятой станции. Пока есть возможность.

Райден исчез из поля зрения. Лишь несколько секунд я слышала чеканный звук его шагов.

Альдана, по всей видимости, молчала ровно столько, сколько командору потребовалось, чтобы покинуть помещение. А потом наклонилась ко мне еще ниже, протягивая руки, словно хотела взять маленького ребенка:

— Давай, Софи, попробуем встать.

Только когда килла мягко обняла меня за плечи и помогла сесть, я осознала, что лежу в медицинской капсуле. Но как я здесь оказалась, вспомнить не получалось, как бы я ни старалась.

— Райден сказал, что ты его спасла от нападения твари, — неожиданно тихо, почти на грани слышимости шепнула наставница, придерживая меня за плечи. Меня ощутимо пошатывало. И держать равновесие было непросто. — Сказал, что ты прикрыла его собой…

Я ошарашенно вскинула взгляд:

— Да?.. Я этого совсем не помню…

Я попробовала сосредоточится на произошедшем. Память услужливо нарисовала картинку падения, напомнила ощущения после падения от соприкосновения с полом или еще чем-то не менее твердым. Потом подбросила воспоминания о тяжести тела Райдена на мне. А потом…

Рука сама по себе непроизвольно метнулась к ноге и схватилась за то место, в котором тогда сильнее всего ощущалась боль.

— Что такое, Софи? — обеспокоенно спросила Альдана, от которой не укрылся мой жест. — Что там у тебя? Ударилась и болит?

Я заглянула в темные глаза киллы, страшась задать пугающий меня вопрос. Неужели?.. Но ведь на мне был скафандр…

Собираясь на «Медею», я надела комбинезон из тонкой, но очень плотной ткани, обладающей повышенной гигроскопичностью и теплопроводимостью. Его никто не стал с меня снимать. Хотя по правилам в медкапсулу можно ложиться обнаженным или в специальной тонкой рубашке. По всей видимости, положение наше было таково, что Альдана решилась наплевать на правила. Но…

— Да что такое, Софи? — потеряла терпение наставница. Наклонилась и резким движением, отбросив мою руку, задрала эластичную брючину: — Что там у тебя?

«Там» была кожа странного серовато-белого, мраморного оттенка. И две точки в середине участка: то ли электрометка, то ли следы укуса змеи. Если закрыть глаза на то, что змеи не живут в холоде и вакууме открытого космоса. А атмосфера на «Медее» была такова, что почти ничем от космоса не отличалась. Будто во сне я протянула руку и осторожно, подушечкой пальца коснулась мраморной кожи. Нога ничего не ощутила. Ни боли, ни дискомфорта, ни даже ощущения прикосновения. Даже когда я надавила сильней, задействовав и ноготь. А сама кожа под пальцем ощущалась гладкой и немного прохладной. Как стекло или камень.

— Что это? — недоуменно спросила Альдана, разглядывая поврежденный участок. — Откуда это у тебя?

Молчать было глупо. И даже опасно. Для других. И я сипло прошептала:

— Не знаю. Когда собиралась на крейсере на «Медею», этого не было. А когда провалилась… — Выговорить «укус» я все-таки не смогла. — В общем, в этом месте и в плече было больно словно ударилась обо что-то острое.

— Покажи плечо! — хмуро потребовала Альдана.

Я не стала капризничать. Килла имеет право знать. Может… Может я уже превращаюсь в такого же монстра, которые населяют погибшую станцию, и Райдену придется оставить меня здесь во имя безопасности остальных?

Непослушными пальцами кое-как справилась с магнитными застежками комбинезона, неуверенно, неловко стащила ткань с плеча. Не глядя, показала, где ощущала боль. Самой смотреть не было сил. Страх словно передавил горло ледяными пальцами. И я просто терпеливо ждала, пока Альдана закончит осмотр, внутренне готовясь услышать приговор.

И услышала…

— Здесь ничего нет!

— Точно… нет?..

От облегчения закружилась голова.

— С плечом все в порядке, — подтвердила килла. И активировала связь: — Райден, у нас, возможно, проблемы. Подойди!

Командор вихрем влетел в помещение не более чем через пару минут. Мне показалось, что он бежал сюда. А вбежав, сразу же напряженно уставился на Альдану:

— Что случилось?

Голос как всегда выдержанный. Хотя я бы сказала «отмороженный». И только где-то на самом его дне тоненько звенела нотка тревоги. Как он выдерживает все, что на него свалилось за последние несколько часов?

— Посмотри, — без лишних пояснений предложила ему наставница, приподнимая чуть выше штанину на моей ноге. — Софи получила травму. Есть подозрение, что это последствия контакта с тварью.

У Альданы дрогнул голос на последней фразе. А Райден… Командор словно на стеклянную стену налетел. Замер, заморгал карими глазищами, глядя мне в глаза. И я готова была поклясться, что в них застыл ужас.