Рай-1 - Дэвид Веллингтон

бы дисциплина. Отправься он на шесть недель в казарму – и, я думаю, отрастит хребет. Посмотри на меня. Посмотри мне в глаза, девочка! Я не хочу, чтобы ты позорила меня перед офицерами, спотыкаясь на танцполе. О, они скажут, какая милая, какая очаровательная, но я знаю, что они на самом деле подумают. Они будут думать, что я не обучила тебя как следует. – Екатерина вздохнула. – Вот тебе урок. Никогда не верь никому на слово. Тебя всегда оценивают. Каждый твой поступок, каждое твое решение постоянно оценивается. Ты никогда не должна опускать руки.

– Да, мэм.

– Наверное, будет лучше, если ты не будешь пытаться танцевать. Мы скажем, что из скромности. Это понравится гиперконсерваторам в офицерском корпусе. Всегда хорошо, когда фанатики на твоей стороне. Что с тобой?

Саша попыталась что-то сказать, но поняла, что в легких нет воздуха. Она задыхалась, а потом потянулась и вцепилась в край комода, чтобы встать прямо. Прижала руку к горлу, думая, что, возможно, задыхается от стыда.

– Посмотри на меня, – приказала мама. – Посмотри на меня! А теперь дыши.

Саша сделала то, что ей было велено. Кивнув, она втянула воздух в легкие. Крошечные огоньки заискрились в ее глазах.

– Вдох. Хорошо. А теперь выдох, – командовала мама. Она принялась энергично массировать Саше горло. «Я упаду, – подумала Саша, – если мама меня отпустит». – Вдох. Выдох. Держи. Ритм. Вдох. Выдох. Клянусь богом и всеми его грешниками, девочка, если бы меня здесь не было, ты бы скончалась. Хорошо, что у тебя есть я. Этот мир создан не для слабаков, Сашенька.

Саша изо всех сил сосредоточилась на дыхании, делая все так, как велела мама. Всегда и во всем это был единственный вариант действий.

150

– Слышишь музыку?

Лэй почувствовал, как губы Холли прикоснулись к его шее.

Они лежали вместе на узкой койке в общежитии. Свет выключен, но они были далеко не одни. Все комнаты заняты, в них спали те, кто еще не обзавелся семьей. Впрочем, спать не в одиночестве было не стыдно. Общежития не делились на мужские и женские, и предполагалось, что холостые колонисты образуют пары, а некоторые на каждую ночь даже выбирали себе нового партнера. Титан был молодой колонией, и нужно было, чтобы забеременело как можно больше женщин. Вряд ли они с Холли оказались этой ночью единственной парой, кто занимался любовью. Они встречались уже несколько месяцев, их дразнили за это, многие предлагали им пожениться, но Лэй не решался спросить.

– Что? Музыка? Нет, – ответил он. – Что за музыка?

– Это самое странное. Похоже на… марширующий оркестр? Я слышу тубы. Ум-па-па. Ум-па-па. – Она рассмеялась. Вот и хорошо. В связи с кризисом в медицинском отсеке Лэй чувствовала себя довольно мрачно. Карл умер всего несколько часов назад, и это потрясло его. Он был уверен, что они справятся с проблемой. Они и раньше теряли людей, в любой колонии это неизбежно. Карл был уже третьим на этой неделе. А сколько их будет на следующей неделе? Как бы не переросло в эпидемию. Что, если кто-то из администрации подхватит заразу? Что, если следующая будет Кой? На ней держалась вся колония.

Он выбросил все это из головы. Когда собираешься стать врачом, тебя учат отделять себя от других. Смерть и болезни оставались позади, когда день заканчивался.

По крайней мере, все притворялись, что так и есть.

– Все, что я слышу, – это как Сунил пукает за дверью, – прошептал Чжан.

Холли рассмеялась, прижавшись всем телом к его спине.

– Я хочу танцевать, – сказала она.

– Конечно, давай потанцуем, – согласился Лэй. Он прижался к ней задом, она завизжала и обхватила его за талию.

– Чш-ш-ш, – велела она. Он повернулся к ней и поцеловал.

Она запустила руку ему в шорты. Он начал стягивать с нее нижнее белье. Внезапно, с такой силой, какую он редко испытывал во время секса, ему захотелось быть ближе к ней, захотелось прикоснуться к ней, чтобы она прикоснулась к нему, почувствовать ее кожу на своей коже, захотелось…

На потолке зажглись лампы.

Они оба застыли, полуобнаженные и очень удивленные.

Вокруг зашевелились люди, зашумели.

Лэй поднял голову и увидел Кой, которая стояла в дверях с серьезным выражением лица.

– Чжан. Кларк. Идите за мной, – сказала управляющая колонией. Он достал из-под кровати комбинезон и натянул его сразу на обе ноги. Рядом Холли, стараясь быть незаметной, искала на полу свою одежду. Через несколько секунд они, одетые, шли за Кой в сторону медицинского отсека. Лэй посмотрел на лестницу, стоявшую в центре их маленького мирка, и его пробрала неприятная дрожь.

– Ты в порядке? – спросила Холли, взяв его за руку.

– Так темно. Я ничего не вижу.

– О чем ты говоришь?

– Я… не знаю. Неважно.

Кой надела респиратор и защитные очки, скомандовала им сделать то же самое, когда они вошли в шлюз.

– Что происходит? – спросил он. – Кто умер?

Кой покачала головой. Ей не нужно было ничего говорить. Лэй огляделся и увидел, что все койки заняты. И на полу тоже лежат люди. С нарастающим ужасом он понял, что некоторые из них уже мертвы. Может быть, человек двадцать.

В дальнем конце комнаты в одиночестве спиной к ним стоял Главк. Это был самый яркий источник света – он светился каким-то странным колючим оттенком розового.

– Не смотрите на меня, – сказала голограмма. – Не подходите. Если я не буду на вас смотреть, я не смогу вас заразить.

– Он сошел с ума, – прошептала Кой. – Я думаю, это чувство вины или что-то в этом роде. Как будто он винит себя в том, что происходит. Абсурд, конечно. Доктор, – обратилась она к Лэю, – идите переоденьтесь. Мне нужно, чтобы вы провели вскрытия. Мы не можем довериться Главку. Доктор Кларк. Вы со мной.

Лэй кивнул и направился к шкафчику с оборудованием. Для вскрытия во время эпидемии требовался специальный костюм, плотные перчатки и защитная маска. Он взглянул на Холли. Хотел ободряюще кивнуть ей, но она не обернулась.

Они с Кой подошли к Главку с двух сторон, словно собирались наброситься на искусственный интеллект и повалить его на землю. Конечно, это абсурд – они бы прошли сквозь изображение. Но как еще можно справиться с безумным компьютерным аватаром?

– Я сказал, НЕ СМОТРИТЕ НА МЕНЯ! – завопил Главк. Он повернулся лицом к Холли и на мгновение вспыхнул ярким неоново-красным цветом. Лэй увидел нечто, чего совершенно не мог понять. Лицо Главка искривилось и вытянулось, надвигаясь на Холли, словно голограмма растягивалась и искажалась. Холли упала назад – она падала