АнтиБожественная комедия 7 - Гектор Шульц

- Понятно, - хмыкнул я и, улыбнувшись, посмотрел на Астру, которая склонилась надо мной. Даже дураку было понятно, что она плачет. – А они вспомнят? Все то, что было раньше, до того, как зеркало отразило их жизни?

- Как только зеркало погибло, все вернулось на круги своя.

- Знаю, это будет глупо, но у меня есть к вам просьба… - тихо произнес я, не смея поднять глаза.

- Ты хочешь проститься с ними? Уверен?

- Разве мне что-то еще позволительно? - вопросом на вопрос ответил я. – Я столько им еще не сказал, что даже не знаю, с чего начать.

- Знаешь, дитя. Знаешь, - улыбнулся Он.

- Конечно, я бы хотел остаться, вновь вернуться к ним, лежать с Олеськой на травке, бороться с Ахиллесом на руках, нянчить мелкого Э… ну, вы поняли. Сейчас я понял, как устал от всех этих гонок, Падших, Хтонических чудовищ и боли. Я не ценил, что у меня было, а ценить начал, когда потерял. Понимаете?

- Понимаю.

- Поэтому я хочу хотя бы попрощаться с ними нормально. Сказать каждому по паре слов или предложений. Увидеть их еще раз.

- Важно понять это, когда еще не поздно, - ответил Голос, а я ощутил, как задрожало мое призрачное тело. – Догматы непоколебимы, дитя мое. Они не меняются тысячами лет, но для одного я могу сделать исключение. Пойти на жертву, но жертва будет нужна и от тебя.

- Я согласен, - без раздумий сказал я.

- Да будет так, дитя, - теплый ветерок поиграл с моими волосами и ласково шепнул на ухо эту фразу. Я ощутил, как глаза сами по себе закрываются, а в груди начинает биться сердце. Ровно и уверенно.

- Что происходит? – взволнованно спросила Астра, когда я застонал и нехотя раскрыл глаза. – Он вновь в себя превратился? Збышек!

- Не кричи, заинька, - буркнул я, протирая глаза пальцами. – Есть сигаретка.

- Держи, - откликнулся Элигос, щелкнув пальцами, в которых моментально появилась зажженная сигарета. Я глубоко затянулся и выдохнул с блаженной улыбкой.

- Спасибо, дружище. Вы уже вернули себе память?

- Странно это все, - хмыкнула рыжая, по-прежнему впиваясь мне в руку острыми коготками. – Словно сон.

- Наяву, нахуй, - вставил грек, хлопнув мне по плечу. – С возвращением, поляк.

- Как бы помягче сказать, - улыбнулся я. – Я вернулся на время, потому что Создатель дал его мне, чтобы попрощаться.

- Чего? Охуел, ебанько? – нахмурилась подруга. – Какое прощание, о чем ты, блядь, вообще говоришь?

- Все так, заинька. Этот хуйман – реально мой отец, - ответил я, кивнув в сторону залитого кровью тела Зиаэля. – Когда его душа погибла, моя тоже принялась угасать. Элигос вон в курсе.

- В курсе, - мрачно кивнул демон. – Убив его, ты фактически убил себя.

- И что это значит? – всхлипнула рыжая, прижимаясь к моей груди. – Я, бля, тебя никуда не отпущу.

- Придется, заинька. Там, куда я отправлюсь, мало веселого.

- И похуй! Подумать только, я тебе ухо отрезала, чморила по всякому, а теперь ты меня бросаешь?

- Это мой выбор. Если бы Зиаэль остался жить, то со временем ситуация повторилась бы. Он нашел бы новый способ добиться желаемого. Лучше уж так, чем ваша гибель.

- Он пожертвовал ради нас, - вставил Элигос, с грустной улыбкой смотря на меня. – Лилит вернулась в Хаос. Зеркало разбилось, Збышек?

- Как и мое сердце, дружище, - тихо ответил я, лаская буйные кудри Астры. – Поверь, меньше всего я хотел, чтобы так все закончилось. Но сделанный выбор всегда верный, понимаешь?

- Конечно, друг мой. Когда-то мне довелось услышать эти слова, - улыбнулся он. – Я буду навещать тебя раз в тысячу лет.

- Чего? – Астра отпрянула от моей груди и уставилась на демона. – Навещать?

- Да. Есть один мир, куда отправляются те, ради кого пожертвовали основным догматом, - кивнул демон. – Те, чья жертва была слишком велика для Небес.

- Так он будет жить?

- Если такое существование можно назвать жизнью, - хмыкнул я, сминая окурок и засовывая его в карман. – Я не смогу покинуть это место. Никогда.

- Да и плевать. Пусть это будет хоть тот уебищный мир с клоунами и пауками, я все равно пойду с тобой, лысый! Даже, блядь, не думай от меня отвязаться.

- Я так и сказал Ему, - улыбнулся я, обнимая взбешенную подругу. – А Он напомнил мне про Нить. У каждого есть выбор. Сделай и ты свой.

- Хули тут думать. Я с тобой, - буркнула она, продолжая крепко обнимать меня, словно боялась, что я исчезну без предупреждения.

- Поляк, это…

- Нет, дружище. Твое место в Раю. Ты достаточно настрадался, - покачал я головой. – У тебя еще будет шанс на перерождение, а у нас нет. Да и Петру нужен новый сопровождающий душ к Порогу.

- У, сука! А навещать, бля? Как Элигос!

- Ага. Познаешь всю радость картотеки, - ухмыльнулся я. – Мир, куда мы отправимся можно посещать только Высшим Силам, но никак не обычным душам. Тот, кто туда попадает, остается там навсегда. Ладно. Не так все страшно, да и нам пора. Время истекает, как бы я не хотел его замедлить.

- Пока, братан! – всхлипнул грек, сжимая нас в своих объятьях. Через минуту он без стеснения рыдал, как самый обычный человек. – У, сука! Конь, бля!

- Прощай, дружище. Я рад, что вместе прошли через всю эту чертовщину, - улыбнулся я, взъерошив Ахиллесу волосы. – Ты уж прости, если я вел себя, как мудак. Папкины гены, хули там. Не у каждого неформала отец – ебаный Падший.

- Прощай, Збышек, - мягко сказал Элигос, протягивая мне руку, но я отпихнул её в сторону и крепко обнял мрачного демона. – Не перестаешь ты меня удивлять, друг мой. Я всегда это говорил.

- Помню. Пока, дружище. Передавай привет Леарии и маленькому, - хмыкнул я, вытирая слезы, предательски заблестевшие в глазах. Затем, вспомнив, я несильно треснул его по плечу. – А имя-то, имя.

- Какое имя? – всполошился тот.

- Имя мальцу дали? Как, бля, его звать будут?

- Есть одно на примете, - ухмыльнулся Элигос. – Когда-нибудь узнаешь, Збышек.

- Ну