Алекс и Алекс 6 (СИ) - Афанасьев Семён

Интернациональное слово «колония» было заменено на синоним, звучащий иначе.

— Вы в курсе, — куратор утвердительно кивнул. — Он по случайному совпадению работает там же, где до последнего времени трудился некий безвременно загрызенный собаками прямо на улице столичный житель.

— Он упоминал об этом, — соискатель слегка озадачился. — Мы потому и сошлись… Представился заместителем вы поняли, кого. Господин подполковник, мне стоит начинать чего-то опасаться?

— Если вы знаете, с кем имеете дело, уже не уверен, — честно признался Бак. — Вот если бы он что-то скрывал или выдавал себя за другого, тогда да.

— Чего нет, того нет.

— В таком случае к делу. Алекс, вы сейчас в состоянии провести ещё один бой?

Задавать подобный вопрос не хотелось. Более того: любого другого на своём месте в аналогичной ситуации подполковник бы решительно осудил, возможно, даже вручную.

Однако неожиданно замаячивший перед кафедрой и самим соискателем куш хотя и не сразу, но сподвиг офицера переступить через некоторые принципы.

Сам парень, разумеется, не в курсе, что за следующий бой без паузы его рейтинг в турнире будет автоматом умножен на два. С занесением в соответствующий федеральный реестр, в данных обстоятельствах это стоило более чем дорого.

— Да без проблем, — подопечный легкомысленно пожал плечами. — Если надо.

— Надо, если можете. Вы сейчас выглядите так, словно десять минут назад ничего не было, — задумчиво констатировал куратор. — И это не вы, будучи простаком, слегка напрягались в ма…

— Ох, господин подполковник! — Старшего по званию самым неподобающим образом перебили. — Я же вам говорил. Непризнание нашими китайской искры не делает её менее действенной!

— Вода, четвёртый-пятый ранг. Уровень примерно тот, который был у вашего оппонента в столовой в первый день в Корпусе. — Бак ещё раз сделал над собой усилие и не стал скандалить, переходя к делу. — Когда вам отрезали кисть руки водным бичом.

За следующую половину минуты он коротко осветил изменения в жеребьёвке и колоссальный шанс самого Алекса повысить собственный социальный рейтинг так, что это автоматически будет означать новую жизнь для пацана.

При любом итоге турнира. В хорошем смысле.

— … таким образом, ситуация неоднозначная, — подытожил куратор. — Подталкивать вас не планирую, пойму и приму любое решение, в котором полностью вас поддержу. Но подобные шансы — редкость, не сказать вам я тоже не мог. Ваше решение?

— Какой номер площадки⁈ — взгляд подопечного засветился неподдельным интересом, парень даже непроизвольно покосился сквозь стеклянную стену вниз, на манежи, где вовсю шёл первый день соревнований. — Погнали, господин подполковник⁈

Бак почти бесшумно выпустил воздух сквозь сжатые в узкую полоску губы:

— Изысканность ваших манер и уважение к субординации могут соперничать только с вашей внешней красотой! Хорошо, что ваши спутники нас не понимают, — добавил офицер в сторону чуть тише.

После чего всё же произнес пару нецензурных слов, хотя и по-испански.

— Извините, — простодушно улыбнулся пацан. — Я ж уличный, от дисциплины далёк. Но я к вам очень хорошо отношусь!

— Смею надеяться.

Глава 2

Один располневший на научной работе подполковник, представляющий интересы специфической кафедры Корпуса федералов в одном из дальних муниципалитетов.

— Алекс, мы не успели поговорить! — сотрудник Департамента Колоний даже если и понял пару-тройку его слов по-испански, общего смысла всё равно не уловил.

Чиновник так и застыл с поднятой ладонью, которую не забрал после рукопожатия.

— Тысяча извинений. — Подопечный резко затормозил. — У меня сейчас ещё одно мероприятие внизу, — он указал на манежи. — К сожалению, перенести или отложить не могу. Давайте сразу после этого?

— У меня нет выбора, — покорно кивнул старик, резко ссутулившись и как-то махом растеряв предыдущий позитив. — Я тогда пока побуду на трибунах в красном секторе.

Бак задумался ровно на мгновение. Нападение — лучший метод защиты, азбука.

В следующую секунду офицер подхватил мутного фигуранта под локоть:

— У меня есть другое предложение. Пойдёмте в наш сектор? Он намного ближе, оттуда и видно лучше, заодно парой слов сможем переброситься.

— С кем имею честь? — гражданский настороженно покосился на чужой захват собственной руки.

Затем перевёл взгляд на армейские знаки различия.

— С куратором нашего общего знакомого, — спокойно кивнул в сторону подопечного офицер. — Алекс ведёт свою научную работу под моим скромным руководством.

— НАУЧНУЮ РАБОТУ⁈ — тип повторно замер, забыв, что нужно переставлять ноги. — ОН⁈

— А что не так? — теперь настала очередь подполковника удивляться. — Что вас так взволновало? Алекс — отличный соискатель, очень удачно нашёл своё место в нашей структуре и является шикарной иллюстрацией известной поговорки!

— Какой поговорки? — по инерции спросил колониальщик, похоже, не особо задумываясь над тем, что говорит.

— «Не место красит человека, а человек место». При всей его неоднозначности, в нашей структуре результатами исследований нашего общего знакомого более чем удовлетворены. — Теперь офицеру стало ещё интереснее, чего старик в итоге хочет от пацана.

Не в привычках Бака было лезть в чужие дела, но он отстранённо заметил про себя: похоже, с одним занимательным подопечным собственные принципы и правила регулярно подвергаются испытаниям на прочность.

Которые регулярно же не проходят.

— Пойдёмте, — армеец усилил нажим на чужой локоть. — Я вот прям всем сердцем чувствую, что нам есть о чём поговорить. — Хорошо знающие Бака уловили бы очень глубоко скрытую иронию.

Соискатель задумчиво покосился на куратора через плечо, видимо, тоже недоумевая: с чего такой предсказуемый научный руководитель столь резко рвёт все шаблоны?

— С вашего разрешения, попотрошу его слегка на тему намерений в ваш адрес. Если вы не против, — счёл нужным пояснить Бак по-испански Алексу. — Потом сообщу вам.

Так-то он был более чем уверен, что его вмешательство на стороне своего соискателя в случае с любыми представителями конкретно этого Департамента более чем обосновано: диверсанты на территории Корпуса, применение по действительным военнослужащим овода там же, эскапады ныне покойного безопасника Корпуса (так и не дожившего до своей пенсии) — все ниточки вели разными путями в одну сторону.

— Какие у меня могут быть возражения в ваш адрес? — абсолютно искренне пожал плечами пацан. — Я вам и так по гроб жизни благодарен. Я же вижу, что вы на самом деле обо мне заботитесь, хотя и тщательно это скрываете. Даже от себя.

— А НУ СМИРНО! — рявкнул было Бак возмущённо в ответ на далеко не первое вопиющее нарушение субординации.

— Вон моя фамилия на табло! Шестнадцатая площадка! Некогда! — а пацан сорвался в галоп и молниеносно скрылся за поворотом в конце коридора.

Подполковник задумчиво проводил взглядом Хаас, тоже ускорившуюся и последовавшую за тем, кому ей предстояло секундировать:

— Такое впечатление, что дисциплины в нашем заведении с каждым днём всё меньше, — последнюю фразу офицер задумчиво сказал самому себе на всеобщем. — А анархии больше. М-да уж.

Абсолютно неподобающая с точки зрения официальной иерархии сцена на удивление примирила с происходящим представителя Департамента Колоний. На его лице даже появилось подобие живого интереса:

— Я не понял большей части вашего разговора, но благодарен за предложение. Действительно, пойдёмте в армейский сектор? Очень хочется схватку посмотреть поближе, с хорошего места.

— Прошу. — Через половину минуты Бак даже придержал двери, пропуская старика в собственную персональную ложу.

— Я так понимаю, вы хотели со мной о чём-то поговорить? — Тип, нисколько не стесняясь, извлёк из кармана интересный девайс и просканировал помещение на предмет закладок.