Алекс и Алекс 6 (СИ) - Афанасьев Семён

Глава 3

Аудио беседа двух абонентов.

Перехват выполнен специальным сектором военной полиции при спортивном комплексе.

Примечание: разговаривающие — офицеры Корпуса (начальник кафедры прикладной методики п-к Блекстер и старший преподаватель той же кафедры подп-к Бак).

— Вас двоих можно поздравить? — Блекстер имел тон донельзя довольный. — Такой фурор. Если бы куратором был не ты, я бы не поверил, что подобное вообще возможно.

— А ты каким образом уже в курсе? — сварливо отозвался Бак. — Неужто снизошёл и наблюдал лично? У тебя же вроде бы научный совет?

— А я в коридор вышел, посмотреть именно вашу трансляцию, — хохотнул начальник кафедры. — Тем более оно всё долго не заняло, опять менее десяти секунд на схватку. Поздравляю?

— Спасибо. Ты только за этим?

— Не совсем. Мне только что электронный запрос пришёл, за подписью…

— Я в курсе! Я же и инициировал. — Подчинённый явно не хотел, чтобы начальство озвучивало что угодно по теме.

— Ну тогда комментируй. Ты же понимаешь, что подписывать такое не глядя — не вариант, а тараканы в твоей голове мне отсюда не видны.

— Да не хотелось бы по телефону, — подчинённый неожиданно засомневался.

— А ты в самых общих чертах. Я, конечно, подпишу в любом случае, но давай сперва пойму твои намерения?

— Да намерения простые. Ты же помнишь последние трупы у нас на территории?

— И предпоследние тоже помню. И причины, по которым они образовались.

— Я только что имел беседу с одним очаровательным джентльменом…

#_на облачный носитель кафедры передан скрин экрана. Изображение алгоритмами военной полиции расшифровке не подлежит ввиду… #… и специального протокола защиты исследовательских подразделений Министерства Обороны…

— О, знаю эту рожу! — Блекстер, получив какое-то фото, оживился. — Я понял, о ком ты! Ну и?

— Есть предварительные договоренности. — Бак соединил ладони на животе и скромно потупил взгляд. — Детали я тебе расскажу лично, не в этом канале… пошевели дальше мозгами сам.

— Нашему чемпионат нужен резко подросший авторитет?

— Да. В качестве гарантии от рецидивов.

— И страховочная крыша, в том числе документальная?

— Да.

— Понял.

— Подписывай?

— Делаю.

— Спасибо за помощь, — благодарю Алекса по пути на тот ярус, где сидит куратор.

После окончания боя он вызвал Хаас, которая в отличие от меня в манеже была при коммуникаторе.

Маленькая блондинка послушала его пару секунд, дисциплинированно кивнула и передала мне, что меня просят рысью прибыть к любимому преподавателю. Номер ложи прилагается.

— Ты сейчас будешь смеяться, — веселится тёзка в ответ. — Не за что.

— Для меня по понятным причинам очень важна эта победа. Я очень ценю то, что ты для меня сделал и продолжаешь делать.

— А я сейчас тебе не помогал.

В этом месте даже останавливаюсь, словно налетел на стену:

— В смысле⁈

— Ты помнишь, что такое нейросеть в мозгу?

— Да, помню. Ты несколько раз объяснял. С тех пор тренирую мозги чуть ли не больше, чем тело, хотя снаружи этого никому и не видать.

— В продолжение. Нейросеть может возникнуть двумя путями: сформироваться у тебя в результате тренировок и опыта либо, если учесть конкретный чип, её тебе можно импортировать снаружи.

— И? К чему прелюдия? Мы же этим импортом нейросетей достаточно регулярно занимаемся? Иностранные языки, кое-какие навыки?

— Ты думаешь, это я тебе помог прыгнуть и отстреляться в последней схватке? — изо всех виртуальных пор Алекса так и сочится густой сарказм.

— Да. Хотя, судя по твоим интонациям, пора начинать то ли сомневаться, то ли нервничать.

— Не с чего. Ты и прыгнул сам, и отстрелялся сам, я только наблюдал.

Вот это да.

Впечатлённый, озвучиваю это вслух. Затем добавляю:

— Странно. Потому что по ощущениям было, как когда ты участвуешь в управлении.

— Это твои личные наводки, — на глазном нерве возникает проекция изображения собеседника.

Он качается в шезлонге на берегу виртуального моря, пренебрежительно кривит физиономию и легкомысленно отмахивается.

— Инерция бывает не только в физике, а и в мозгах, — продолжает Алекс. — Это она и есть.

— Но как я смог⁈

Сказать, что моему удивлению нет предела, значит ничего не сказать.

— Чип прогрессирует вместе с тобой. Если на пальцах, он из импланта всё больше становится частью организма: врастает в процессы, пропитывается твоей органикой, всё больше становится естественной частью твоих мыслительных процессов и рефлексов.

— Странно.

— Помнишь, я тебе в самом начале говорил, что на вашем уровне развития такой чип — всё равно что лазерный прицел на рогатку⁈

— Да, помню.

— Ну вот его органическая компонента, как оказалось, может себя модифицировать. Опуская сложную науку, он всё больше считает себя частью тебя и старательно превращается в неотличимую часть организма. — Собеседник какое-то время молчит. — Помнишь, ты тренировался усиливать мощность мышц через подачу по нервам более сильного сигнала?

— Помню, — в этом месте хочется поёжиться. — Не один литр пота пролил плюс больно было поначалу. Именно что гонял сигнал по кругу, опасаясь пошевелиться и сбить настройки.

— Мастеру Донгу надо памятник ставить, — неожиданно выдаёт сосед, обитающий в моей голове. — То ли у него интуиция как у бога, то ли вообще мистика.

— А он тут причём? — я окончательно потерял нить рассуждений товарища.

— Те упражнения, которые он тебе давал и которые мы поначалу считали бесполезными, на самом деле каскадно накопились. — Алекс выдерживает паузу, давая мне проникнуться величием момента.

— В каком плане накопились?

— В плане нагрузки, к которой приспосабливается мозг. Короче, в результате получилось слияние, которое прогрессирует.

— Чипа и меня слияние?

— Угу.

— Не думал, что такое возможно.

— Я и сам не думал. Мы оба ошибались.

— Получается, я теперь и сам смогу так? — вот это новость.

— ДА! Ты сам всё и сделал последний раз, повторяю. Чип, конечно, помог, но он больше не протез. Считай, твоя деревянная нога ожила и приросла к родной, став её частью.

— Для меня слишком сложно, особенно с точки зрения биологии процесса. Я тебя услышал, но пока не понимаю. Хотя старательно всё запомнил.

— Скажу иначе. Ты — единственный в этом мире обладатель полноценного универсального нейроимпланта, который достиг слияния с носителем. По идее, это даже там, откуда я родом, изрядный прорыв.

— Всё равно непонятно.

— Бывает, — философски пожимает плечами товарищ по общежитию. — Могу сбросить литературу, почитаешь на досуге. Могу кое-что объяснить чуть попозже, когда освободишься. И когда я сам до конца разберусь, если разберусь.

— В смысле⁈

— В грамм добыча, в год труды, с таким разбираться. Ну есть феномен и есть — можно пользоваться. Ты сильно вникаешь в науку, когда свет в комнате зажигаешь?

— Стоп. Ладно, подпрыгнул я сам. — В голове сам собой всплывает второй нюанс. — А стрельба?

— С ума сошёл⁈ — искренне удивляется Алекс. — Вот уж где даже чип никаким местом. Скажи спасибо собственному настрелу у майора Стоуна, ну и ему за компанию: гонял он тебя, судя по всему, правильно.

— Точно? — озадаченно тру затылок.

Кто бы мог подумать, что я теперь и сам могу так стрелять, как раньше только в кино видел.

— Точнее не бывает, исключительно собственная мышечная память. Ну и у парализатора же отдача нулевая — Стоун предупреждал, что из подобных стволов на дистанции до двух десятков метров тебя хоть сейчас в ганфайтеры.

— Я думал, он шутит.

— Я тоже, до этого боя. Хотя он вообще никогда не шутит.

Как оказалось.

Располневший на научной работе подполковник, представляющий интересы специфической кафедры Корпуса федералов в одном из дальних муниципалитетов. На текущий момент именно этот муниципалитет находится под Меморандумом.