Призрак осени - Юлия Евдокимова

рядом, на время почти переселившись в его модуль. Дэн не протестовал, но постепенно, понемногу снова уходил в себя — почти как в то непростое время реабилитации — после операции на Джек-Поте. Навигатор ничем не интересовался, подолгу зависая в сети и пытаясь найти хоть какой-то след супруги. Но, возможно ли найти хакера, который заранее позаботился о том, чтобы тщательно замести все свои следы?

Вывести отца из этого состояния помогла Алиса. Вместе с Кэрой она и раньше подолгу пропадала в замке: в главном филиале ОЗК организовали школу для юных киборгов, но, после побега матери она на время бросила занятия. Под руководством Джека и Полины девочка научилась готовить шарлотку, кексы на сгущенке и многое другое, угощая всем этим Дэна, и понемногу боль от потери начала отпускать его. Месяц спустя киборг написал заявление на имя капитана о предоставлении ему отпуска без содержания с открытыми датами, но Стас нахмурился и, посовещавшись с Кирой и Мэй, решил отправить своего навигатора в очередной декрет.

Свои обязанности, впрочем, Рыжий выполнял исправно, сбрасывая Теду составленную трассу по инфранету, хотя пилот горячо уговаривал его бросить свое отшельничество и вернуться на корабль. Наличие еще одного киборга, хоть и совсем еще маленького, на борту никого бы не смущало, а Полину такая перспектива привела бы в восторг. Но Дэн упрямо мотал головой и рыжим хвостом волос, а потом вообще устроился на свободную вакансию егеря, в самом дальнем и глухом заповеднике Кассандры. Друзья долго ворчали на него, но потом смирились. Теодор, правда, не оставлял надежды вытащить друга из этой глухомани и во время каждой стоянки "Мозгоеда" на Кассандре прилетал к другу с ведром мяса для шашлыка, новыми забористыми байками и упаковкой темного пива.

В эту теплую, душистую из-за опадающей пряной листвы ночь, Дэну не хотелось идти спать в тесный модуль, он задремал на улице, с помощью имплантатов без труда и особых неудобств сохраняя нужную позу на жестком бревне. Алиса тихо сопела, пригревшись и уснув под его толстовкой, а киборг дремал, вдыхая приятный дымок от угасающего костра, чувствуя мерное дыхание южного ветра, обдувающего его лицо, рыжие прядки, давно выбившиеся из хвоста, щекотали его шею и щеки, но киборг едва ли ощущал это. Над горизонтом взошла огромная кассандрийская луна — словно великанский круг ароматного сыра, непривычного для людей золотисто-розоватого оттенка.

Несмотря на осеннее время, почва ощутимо нагрелась за день, ночью отдавая свое тепло, и Рыжий снова вспомнил слова покойной герцогини о том, что ей кажется, что планета живая и порой говорит с ней. Сейчас он, как никогда был с ней согласен и почти не удивился, когда зафиксировал необычное возмущение электромагнитного поля напротив за дрожащим маревом костра, а затем над бревном на противоположной стороне полянки воздух помутнел и сгустился в полупрозрачный силуэт герцогини Кассандрийской.

— Что, белочка, не спится? — хихикнул призрак старой вредной бабки, и Дэн вздрогнул: так его называла только Полина, да и то уже давно. — Что же ты тут мерзнешь и в норку не идешь?

— Ночь сегодня теплая, — невозмутимо ответил Рыжий, словно каждую ночь привык беседовать с призраками. — А вот что вы-то тут делаете? Я думал, что ваша светлость не может далеко уходить от замка и сейчас, как и прежде, пугает туристов-полуночников из vip-номеров на третьем этаже.

— Хе-хе-хе, совсем скоро канун Дня всех Святых, ты, наверное, не знаешь о таком? — погрозила ему тощим сморщенным пальцем Ванесса. — Чем ближе этот день, точнее, ночь, тем дальше я могу путешествовать. Вот и к тебе заглянула на огонек, потому как вижу — тебе нужна помощь.

— Не нужна, — опустив глаза, проворчал Рыжий. — Я уже давным-давно взрослый киборг и сам могу о себе позаботиться. — Он поплотнее укутал спящую девочку, прищурился и попытался понять, не разбудит ли ее скрежещущий фальцет герцогини.

— А вот мне кажется, что нужна и даже очень, — проницательно прищурилась Ванесса и вытащила из-под призрачного мехового манто на плечах старинный лорнет. — Ты ведь уже которую ночь не можешь заснуть сам, без команды от процессора. И даже твоя любимая сгущенка стоит в холодильнике нетронутая. С тобой что-то явно не так, Рыжик.

Дэн болезненно вздрогнул, но простил герцогине неприятное для себя обращение. На вредную старушенцию он не злился и тяжело вздохнул, наконец оторвавшись от созерцания потухающих угольков, прямо по курсу перед собой, и хмуро спросил:

— Ну, допустим. Но, что делать? На приеме у Мэй я был, а врачи в медблоке для киборгов говорят, что я здоров.

— А вот это навряд ли, мальчик мой, — усмехнулся призрак герцогини. — Ты ведь до сих пор мучаешься, что не можешь найти её, верно?

— Откуда вы знаете про Мию? — тихо прошептал Дэн, делая неимоверное усилие, чтобы не вскочить с места и не подбежать к призраку ближе.

— Я многое знаю! — Ванесса победно улыбнулась. — Я многое слышу, многое помню. Да и информационный трафик из твоего модуля весьма насыщенный — ты же каждую ночь ищешь ее в сети, так?

— Да, — угрюмо буркнул киборг, слегка расслабившись, и снова ссутулился на насиженном бревне. — Но, не могу найти. И теперь не уверен — жива ли она вообще. И нужен ли я ей.

— Эх, малыш, знал бы ты, сколько раз я ссорилась с мужем, — ностальгически вздохнула герцогиня, деликатно приложив к глазницам тонкий кружевной платок. — Как-то раз, я потеряла с ним связь на долгих пять лет, когда тот улетел в экспедицию к малоизученным границам нашей Галактики, и я тоже не знала, увижу ли его вообще. Я продала дом и на последние деньги наняла гоночную яхту. Вот было время, скажу я тебе!

— И вы нашли его? — удивился Дэн, хотя заранее знал ответ.

— Конечно, нашла! — довольно фыркнула Ванесса, горделиво выпрямившись на излюбленном самим Тедом бревне для посиделок. — И с тех пор всегда летала в экспедиции с ним. Несмотря на отвратительные, "ортопедические" койки в каютах и жуткий санузел на всех.

— Но, зачем вы рассказываете все это мне?

— А затем, молодой человек, что совсем скоро у тебя не будет времени грустить, — захихикала ее светлость, указывая киборгу на шустро ползущий по небу огонек корабля, идущего на посадку. — Просыпайся, а то судьбу свою проспишь!

Дэн дернулся, как от удара, и проснулся: ветер усилился, став заметно свежее, лес вокруг тревожно шелестел, усиливая тревогу. Алиса недовольно завозилась у него за пазухой, но не проснулась, а киборг досадливо