Александр Чубарьян - Игры в жизнь

И пригласить всех родных из села на новоселье. Пусть посмотрят все, что Муслим тоже может хорошо жить.

И дядя Иса скажет, поглаживая седую бороду: «Муслим — настоящий мужчина, он достоин уважения…»

И Аслан, старший брат, пожмет руку, обнимет Муслима и тоже скажет: «Мой брат смог добиться всего, он…»

Муслим не успел додумать фразу брата до конца: скрипнули дубовые половицы на лестнице, ведущей в подвал, и дагестанец повернул в ту сторону голову.

Сначала были только ноги: одетые в спортивные штаны и белые кроссовки, они сделали два шага вниз, и Муслим увидел половину туловища.

А потом он увидел дуло автомата, уставившееся на него, и лицо молодого пацана, с интересом осматривающего помещение бильярдной.

Муслим замер на месте, не решаясь пошевелиться, а неожиданный гость, держа Муслима на прицеле, спустился в подвал и подошел к столу.

— Шары гоняем? — спросил он; голос был еще детский, несформировавшийся, но слышалось в нем равнодушие взрослого человека, для которого автомат в руке не более чем зубочистка, которой он может поковырять в зубах, а может — и нет.

От настроения зависит.

Дагестанец сразу понял, что пацан может пустить оружие в ход, даже не задумываясь. Не мог он объяснить, откуда взялась такая уверенность, не мог, но знал точно.

Шел парнишка как-то странно, словно заяц петлял, только не так заметно.

Цепкий взгляд сразу осмотрел все помещение и опять уставился на Муслима, который продолжал сидеть на столе и курить.

Муслим сидел в неудобном положении, с этого места, несмотря на близкое расстояние, трудно было атаковать, но спрыгнуть со стола он не решился, боясь сделать неосторожное движение.

— Ты кто такой? — спросил он.

— Мне Хызыру кое-что передать надо, ты не знаешь, где он? — ответил парень и облокотился на стол.

Дулом автомата он толкнул один шар, и тот покатился через все поле к лузе, остановившись возле нее.

— Смотри, почти попал! — удивился парень.

— Кто тебя пустил? — Муслиму неудобно было спрашивать, для этого приходилось поворачивать голову, поэтому он все-таки слез со стола, но приближаться к парню не стал.

Потому что дуло автомата сразу переместилось в направлении дагестанца.

— Ребята там, во дворе, — кивнул парень, — они пропустили. Так где мне Хызыра найти?

— Автомат убери сначала, — предложил Муслим, и парень искренне расхохотался.

— Может, его тебе отдать? Ну ты даешь, Петька!

— Я не Петька…

— Где Хызыр?! — Парень прищурился, дуло автомата нацелилось в живот дагестанцу, и тот почувствовал, что парень может сейчас выстрелить.

— Его нет сейчас здесь… — сделал Муслим последнюю попытку спасти шефа; он уже понял, что хочет парень передать ему.

Скрипнули половицы, и парень перевел взгляд на лестницу, уводя в этом направлении и дуло автомата.

Муслим рванулся к парню, рассчитывая, что успеет выбить автомат, но…

Слишком быстро тот отреагировал: очередь из «МП-5» снесла дагестанцу полчерепа, когда до цели оставалось еще метра полтора.

Спускавшийся по лестнице человек прыгнул вперед и приземлился на полу, стоя на одном колене. Это был молодой парень в спортивной одежде.

В руке у него тоже был автомат, только не «МП-5», а «узи».

— Погиб Хызыр? — кивнул он на труп, поднимаясь с колена.

— Это не он, — мрачно ответил Артем, подходя к телу.

— А где же он?

— Да хер его знает. Я его допросить не успел, он кинулся, ну а я по привычке…

— В голову, — продолжил Серый, — блин, если бы я знал, тех бы не мочил. Слышь, Тема, а наверху ты смотрел?

Тема кивнул:

— Смотрел, нет никого. Что делать будем?

Серый замолчал, глянул на дверь в котельную, подошел и рывком распахнул её.

— Тут котельная, — разочарованно протянул он и закрыл дверь.

— Бл…во самое натуральное! — выругался Артем и стукнул кулаком по столу.

— Может, Лебедь ошибся? — неуверенно предположил Серый.

— Или свою игру крутит. Сдается мне, это подставой пахнет, а?

— Тема, не гони. Зачем Лебедю нас подставлять? Он…

Внезапно какой-то шорох привлек их внимание, оба уставились на дверь в котельную, из которой и доносились странные звуки — словно кто-то двигал что-то тяжелое.

Дверь распахнулась, и в проеме показался мужик лет сорока с растрепанными волосами. Он тупо посмотрел на ребят, направивших на него автоматы, перевел взгляд на то, что раньше было Муслимом, а затем облизал пересохшие губы.

— Вы кто? — хрипло спросил он.

Серый с удивленным лицом заглянул за спину мужика и увидел отодвинутый от стены стеллаж, за которым зиял темный провал.

— Тю, б…! У них тут потайной ход. Слышь, мужик, Хызыр там? — ткнул Серый мужика в живот дулом автомата.

— Вы кто такие? — опять прохрипел тот, чуть отшатываясь в сторону.

— Стой, мужик! Давай веди туда. Или сдохнешь. — Артем подошел к мужику и, достав из-за пояса пистолет, направил тому в голову.

— Это «дессерт-игл» — уважительно сказал Серый, кивая на пистолет. — Если Артем выстрелит, у тебя полбашки вдребезги разлетится. Веди, Сусанин. Кстати, слышь, мужик, ты ведь русский, ты чего с черномазыми работаешь?

Так, понемногу балагуря, ребята втолкнули Мирона в проем коридорчика и шагнули вслед за ним. Через полминуты они стояли перед металлической дверью, слегка приоткрытой. Из комнаты доносилась гортанная речь — Важа что-то горячо доказывал Хызыру на родном языке:

— …дун божу ла ро…

— …дун гу… — соглашался Хызыр.

Артем, ткнул Мирона пистолетом в затылок, и тот вошел в комнату. Следом за ним туда прошли двое ребят.

Важа осекся и посмотрел на вошедших, Хызыр тоже повернулся и уставился на них.

— Тэк-с, и хто туточки Хызыр? — спросил Серый.

— Это кто такие? — спросил Важа у Мирона, чувствуя, как у него начинает сильнее биться сердце.

Мирон не ответил.

— Вон он, со стаканом, — кивнул Артем, и дуло «узи» переместилось в сторону Хызыра.

Тот сразу все понял. Левая рука медленно стала опускаться вниз, к поясу, за который был засунут пистолет, правой Хызыр спокойно поставил стакан с вином на стол и спросил:

— Что вы хотите?

— А ты не понял? Прощай, дружище…

Пальцы Хызыра только нащупали рифленую рукоятку «беретты», как в комнате раздалось несколько выстрелов. Две пули «дессерт-игла» и несколько пуль «узи» просто разнесли в клочья голову дагестанца. Кусочки мозга и осколки черепных костей забрызгали лицо и спортивный костюм Важи, который в ужасе отшатнулся от шефа во время стрельбы и прижался к стене.

Мирона вырвало.

— Фу-у, ублюдок, наблевал! — возмутился Артем.

— Четвертый, — улыбнулся Серый, кивая на останки Хызыра.

— Обойдешься, это мой фраг, — ответил ему Артем.

— Я первый попал!

— Слышишь, ты еще спорить будешь? У тебя три фрага есть, достаточно. А это мой второй. Тут еще трое есть, два мне, один — тебе, будет по четыре. Так справедливо, согласен? — произнес Артем, переводя пистолет на Важу.

Тот, открыв рот, слушал странную беседу, пока не увидел дуло, направленное на него.

— Может, договоримся? — сглотнул Важа.

— Да, сейчас, — ответил Артем и нажал на спусковой крючок.

Важа сполз по стенке, оставляя на ней следы крови, брызжущей из затылка: на расстоянии в пару метров «дессерт» легко пробивал череп человека, оставляя в затылке дыру намного большую, чем входное отверстие.

Мирон сделал шаг назад, отступая к двери.

— Даже не думай, дядька. — Артем направил на него пистолет. — Это кто у вас сидит обдолбленый? Наркоманов плодите, ублюдки?

Серый подошел к сидящему на стуле и приподнял безвольно висящую голову.

— Тема, это же Макс! Максимус… с Вампиром в клуб приходил, помнишь? Вы чем его накачали, суки?

— Скополамин, — ответил Мирон, — ничего опасного, обычная «сыворотка правды». Это Хызыр приказал…

— Вот это «ничего опасного»?! Да он без сознания!

— Скополамин воздействует на нервную систему таким образом, что человек переходит в состояние, близкое к релаксации, но на самом деле такое состояние требует от организма некоторого напряжения, и после сеанса человек обычно теряет сознание. Нет ничего страшного, — поспешил успокоить ребят Мирон; ему было неприятно оправдываться перед какими-то щенками, но эти «щенки» только что на глазах у Мирона спокойно расстреляли трех человек и, судя по их разговорам, не прочь завалить и четвертого.

Мирон четвертым быть никак не хотел.

— Релаксация, некоторое напряжение… Чего ты чешешь, дядька? И где ты взял этот, как его…

— Артем, цигель, цигель… — Для наглядности Серый постучал указательным пальцем по запястью руки.

Артем развел руками, словно извиняясь, затем навел на Мирона пистолет:

— Извини, дядька, ты тут лишний…