Разожги мой огонь - Куив Макдоннелл

- Странно, что это кажется забавным?

- Сидеть в темноте на ледяном кладбище? Да, очень весело.

- Ладно, - сказала Ханна, - ну, не про кладбище. Я просто хочу сказать, что я всегда хотела отправиться в поход, но так и не смогла. Ну, знаешь, под звездами.

- Облака.

- Но за облаками есть звезды.

- За каждым облаком есть звезды, - протянула Стелла насмешливо. - Ты можешь нацепить это на кошку, висящую на ветке, и выставить на Etsy. На таких полотенцах можно озолотиться.

- Издевайся сколько хочешь.

- Поверь мне, - сказала Стелла с улыбкой, - я так и сделаю. Ты можешь быть уверена, что Окс будет работать над плакатами к концу недели, и мы используем их, чтобы оклеить ими офис.

- Это если мы еще доживем. Я могу умереть от истощения до этого.

- Почему ты сегодня не спала?

- Ну… - начала Ханна.

- Ты была слишком взволнована своим большим прорывом в расследовании сегодня, не так ли?

Ханна виновато улыбнулась.

- Немного.

- Что-нибудь…

- По-прежнему никаких сообщений от Стерджесса, - он и сержант Уилкерсон просматривали записи с камер видеонаблюдения, чтобы выяснить, что случилось с Би и женщиной из “Пикок Лаундж” в их потерянные часы, учитывая, что они определенно не пошли домой смотреть “Лоуренса Аравийского”. - Ты не думаешь, что я бы сказала, если бы были какие-то новости? Я ведь сижу прямо рядом с тобой.

- Да, но ты же отлучалась пописать час назад. Тогда можно было получить сообщение.

- Ты думаешь, я пишу Стерджессу, пока писаю?

- Я не знаю, какими извращенными вещами вы занимаетесь, старики.

- О, не надо, - сказала Ханна, скорчив гримасу.

- Ненавижу ждать, - сказала Стелла.

- Этого или того, чтобы здесь что-то произошло?

- И того, и другого.

- Я уверена, что Бэнкрофт сказал бы: “Добро пожаловать в профессию журналиста”.

- Да, я читала об этом - журналистика в основном заключается в том, чтобы сидеть на кладбищах и отмораживать свою ай-яй. Мы проходили это на первой неделе курса.

- Нужно было взять с собой больше одеял, - сказала Ханна.

- Надо было взять с собой больше одеял, - согласилась Стелла.

***

- С тобой все в порядке? - спросила Грейс.

- Конечно, - отрезал Бэнкрофт.

- Просто ты смотришь вдаль и корчишь странные рожицы.

- Я не корчу рожицы.

- Именно это ты и делаешь.

- Ладно, если хочешь знать, там стоит мужчина ростом шесть футов восемь дюймов в черном, с лицом, похожим на пожеванный мяч для гольфа, и он ухмыляется мне так, словно собирается затащить меня в ад примерно через, - Бэнкрофт посмотрел на часы, - часов через двадцать, плюс-минус.

- Я не буду с тобой разговаривать, если ты собираешься вести себя глупо, - отругала его Грейс.

- Если бы я только знал, что это все, что потребуется… И раз уж мы заговорили об этом, на что ты уставилась? - спросил Бэнкрофт.

- На могилу. Ту, за которой мы должны следить.

- Мда, не беспокойся об этом, - он кивнул в сторону Брайана, который присел в нескольких футах от него. - У меня есть лучший человек, который занимается этим делом. Он почует, кто бы это ни был, прежде чем мы его увидим. А теперь, могу ли я получить свою флягу обратно?

- Нет. Я же сказала - не раньше, чем через час.

- Прошел уже как минимум час.

- Я забрала ее у тебя шесть минут назад.

- Она согревает меня, - взмолился Бэнкрофт.

- Если бы это было так, то бедные пьяные люди не замерзали бы насмерть на улицах, - благословила себя Грейс.

- Если мы продолжим в том же духе, я, возможно, добровольно к ним присоединюсь.

- Я также не одобряю то, что ты позволяешь Стелле ходить в ночные клубы.

- Она уже большая девочка.

- Она еще ребенок.

- Ну, если это хоть как-то утешит, я не думаю, что ей понравился этот опыт, поэтому я бы не беспокоился о том, что она пойдёт туда снова.

- Я беспокоюсь обо всем, - сказала Грейс. - И ты тоже должен.

Бэнкрофт снова взглянул в сторону.

- Я очень беспокоюсь.

Их внимание привлек Брайан, который внезапно оживился и принюхивался.

- Что с ним? - спросила Грейс.

*

- Я говорю тебе, - прошептал Окс, - вот этот куст шевельнулся.

- Конечно, - сказал Реджи. - Точно так же, как этот надгробный камень махал рукой час назад, а до этого ты убедил меня, что на том дереве кто-то есть.

- Это была чушь, но в этот раз правда.

- Да. Конечно. Я полностью влюбился в это, мистер Мальчик, который кричит “Волки!”.

- Ладно, - сказал Окс. - Будь таким. - Он встал с шезлонга, сгорбился и начал медленно продвигаться вперед.

- Хватит возиться… - начал Реджи, но Окс отмахнулся от него и продолжил двигаться между деревьями, направляясь к могиле.

- Он издевается, - сказал себе Реджи, не будучи уверенным на сто процентов. - Нет, он издевается. Он издевается. Он всегда так со мной делает, - пробормотал он, тем не менее медленно поднимаясь со своего места.

*

Даг закончил расставлять четырех латунных гномов, потянулся и сел в шезлонг. Ему нужно было найти себе какую-нибудь модную подушку. Складной стул не обеспечивал ему необходимую поддержку поясницы, и спина все больше болела.

Он надеялся, что ему не придется делать этого еще много раз. Ранее доктор Марш вернулась из своей небольшой поездки очень взволнованной, как будто она совершила какой-то прорыв. Это было самое близкое к хорошему настроению, что он когда-либо видел у неё. Она все еще обзывала его, но в ее глазах был огонек. Воспоминание об этом заставило его поерзать на стуле. Он думал, что в этом что-то есть, но он ошибался раньше. Проблема с возбуждением от женщин, ведущих себя так, будто они тебя презирают, заключается в том, что их трудно отличить от женщин, которые на самом деле просто тебя презирают.

Он произнес фразу на древнем языке, которого не понимал, и четыре маленьких копателя принялись за дело. Понаблюдав за ними несколько секунд, он вытащил журналы, которые подобрал в гараже, и изучил их в свете двух фонарей. Он торопился. Один из них был